Чтение онлайн

Но и так вся картина наконец-то сложилась у него в голове. Парень не сжёг себе источник, а обнулил, что на самом деле не одно и то же. Каналы и прочее восстановилось бы само собой, и возможно в прежнем объёме, но вот когда парень воевал с некром на морском берегу, ухитрился поглотить его сущность, что и сложило плюс с минусом, и произвело действие равнозначное вышибанию пробок у электрического прибора.

А позже, был поглощённый дар вора, пытавшегося ограбить казанского работника горкома, и ещё пара схваток, где юноша отчётливо выглядел сильнее своих возможностей и самое эффектное — поглощение племянника знаменитого адмирала Канариса, когда Мечников скрутил его в буквальном смысле сильнейшим проклятием, уже вполне некромантским по сути.

Но тщательный анализ энергетической составляющей Александра не показал некроэнергии. Он оставался, как и все энергетики СССР, условно-белым, и не зависел от жертвоприношений, хотя при случае поглощал убитых магов становясь сильнее за их счёт. Вот и сейчас поглотив пятерых некров-магистров, он и ослабил будущего голема, и сам подскочил в силе так, что теперь вообще непонятно что с парнем делать. Удар выше двухсот пятидесяти тысяч — это сила командора которых в СССР было всего двенадцать. Теперь вот — тринадцать.

Сталина Гурджиев знал ещё по работе в Спецкомитете Энергетиков в двадцатые годы, так что обращался к нему по имени как старый друг и поэтому попав в комнату засекреченной связи ЗАС, и дождавшись соединения произнёс: — Здравствуй Иосиф…

Несмотря на беготню серьёзных дядь и тёть с большими погонами, Александр всё же досдал зачёты, вполне заслуженно получил отметку о прохождении военной подготовки, и получив в штабе Округа все документы, включая проездные до Москвы, завис, в раздумьях.

На такое быстрое прохождение задачи он никак не рассчитывал. Три месяца это самое малое, что он выделял для военподготовки, а вообще курс длился до полугода. Но теперь с получением статуса командор, уже не нужно было сдавать работу в круге, потому что он попросту сжёг бы всех, кто станет с ним в один круг, если они будут рангом меньше советника. А найти хотя бы десяток советников для его обучения не представлялось возможным. Поэтому в графе «Круг» стояло лишь «теоретически».

И вот теперь, он банально не знал, что делать. С одной стороны, дел-то было как всегда море, а с другой, всё катилось по наезженной и без него. И сейчас запросто можно было умотать куда-нибудь на море, и отдохнуть от забот.

Сидя в парке имени Артёма, Александр аккуратно ел мороженное, которое от жары быстро плавилось и капало на асфальт, а он подхватывал капли языком, и блаженно зажмурившись впитывал в себя звуки и запахи лета.

— Александр Леонидович? — Рядом на скамейку присел генерал Протасевич. Начальник охраны Сталина.

— Добрый день товарищ генерал. — Александр кивнул. — Что-то срочное?

— Можно сказать и так. — Генерал улыбнулся, и сняв фуражку вытер лоб носовым платком. — Хозяин просил вас подъехать к нему.

— Он в Москве?

— Нет, в Пицунде.

— Поехали. — Александр выкинул в урну пустой стаканчик, и вытер липкие ладони носовым платком.

Охранники Сталина прилетели на маленьком АН-14 «Пчёлка» выпуск которого только-только налаживали на заводе в Ульяновске. Но несколько десятков машин уже осваивались армией и гражданской авиацией в качестве разъездных машин. Шестьсот километров от Донецка до Пицунды самолётик пролетел часа за три, и сел на грунтовую полосу рядом с городом, где уже ждали две новеньких «Чайки-А».

Едва слышно загудел моторчик, и тяжёлая машина, приподнявшись над дорогой плавно заскользила по узким горным дорогам.

Сталин работал с документами в кабинете с видом на море, но, когда ему доложили, что прибыл Мечников, спустился на первый этаж чтобы встретить гостя.

— Давай товарищ Саша, сейчас чаю попьём, а потом обедать будем. — Он сам налил Мечникову чай из большого, литрового чайника, и пододвинул поднос со сладостями. — Угощайся и рассказывай. Чего там у тебя приключилось. А то я читаю рапорт и не понимаю, награждать нужно людей или отдавать под суд.

— Под суд в общем некого. — Александр прихлебнул чай, глядя куда-то в море. — Невозможно быть готовым к тому, что превышает твои возможности. Ну можно конечно приготовится к смерти, но быть готовым к ней постоянно… с ума сойдёшь. Полк-то учебный. Приняли постояльцев, обучили чему надо, да отпустили на все четыре стороны. А тут такое вот. Диверсанты да не простые боевики, а маги настоящие. Да ещё уровень такой… Охрана в полку кончено же никакая. Не пограничники же. И не секретная часть. Вот они и пролезли. Но перед тем как пролезть, с информатором встретились. Встретились, узнали где я живу, и естественно зачистили дурачка. А я замотанный был до такой степени, что никак не мог уснуть. Ну и ушёл в транс. Он конечно не полноценный отдых, но лучше, чем ворочаться в полусне. И в этом трансе я их и зацепил. Сначала они полыхнули смертью бойца, а после словно ниточка протянулась между моим окном и ими. Ну я и подхватился.

Из комнаты выхожу, а там четверо сержантов из старослужащих. Помощники инструктора по физподготовке и рукопашному бою. Они обиделись на меня слегка, ну и решили по-своему разобраться. А тут я с орденами. Но когда узнали, что на территорию полка просочилась диверсионная группа, без вопросов решили помочь. И ведь знали парни, что ничего хорошего их не ждёт. Некр уровня магистр, это настоящая машина войны. Но не сплоховали. Нам удалось подойти совсем близко, и вступить в рукопашную, что было для них совершенно неожиданно. Ну и когда положили их всех, один из этих, что-то на груди сломал такое, от чего все они словно слиплись в ком, а после стали превращаться в огромного паука. Ну и тут уже подоспели солдаты и офицеры полка и вместе мы эту зверюгу добили.

— А обманывать нехорошо. — Сталин покачал головой. — Вот у меня докладная моего старого друга Георгия Ивановича Гурджиева, так он пишет, что ты сначала нанёс голему удар в семьдесят тысяч единиц, а после ещё раз ударил в двести тысяч, после чего голем перешёл в состояние живой бомбы. А солдатики только — только поцарапали у голема броню. На тридцать тысяч единиц всего ударили. Несерьёзно ударили солдаты. Да и нечем им было. Всё тяжёлое вооружение было на складе, а до него ещё добраться нужно.