Сфинкс
Шрифт:
Со стороны подвала донесся тихий свист. Макс рывком распахнул калитку и ринулся к будке. Сторож начал поворачивать голову...
Гюнтер Холбрук уже выползал из подвала через окно.
Макс вышиб хлипкую дверь будки и обрушил на череп сторожа монтировочный ломик, обернутый полотенцем.
– Готов, - удовлетворенно констатировал Макс.
– Часа полтора проваляется.
Подбежал Холбрук.
– Скорее к окну, - шепнул он, увидев поверженного сторожа.
На вырезание стекла ушло ровно сорок шесть секунд. Грабители забрались в зал, и Холбрук зажег потайной фонарь. Он по-хозяйски шагал вдоль витрин, брал заранее намеченные экспонаты и складывал их в сумку Штайнера, заполнившуюся доверху за три минуты.
– Уходим, - распорядился Гюнтер.
Грабители беспрепятственно покинули территорию музея и вернулись к машине. Штайнер положил сумку в багажник и устроился рядом с Холбруком, который сел за руль. Заурчал мотор.
– Как всё здорово получилось, - ликовал Штайнер, стягивая перчатки. Замечательно получилось! Ты гений...
Холбрук скрипнул зубами. В отличие от недалекого Макса он понимал, что завершен лишь начальный этап операции. Самое трудное было впереди. Главное - не нарваться на полицию, потом спрятать ценности в подготовленном тайнике за границей города. Потом вывезти из страны, продать, при этом соблюсти анонимность и не схлопотать пулю в лоб...
Занятый своими мыслями, Холбрук вел машину трущобными районами, где не было стационарных полицейских постов и практически отсутствовала вероятность наткнуться на автомобильный патруль. Он перевел дыхание лишь тогда, когда выехал на загородную дорогу, ведущую на восток...
Как оказалось, расслабился он рано.
Первым фары встречной машины заметил Макс.
– Полиция?
– встревожился он.
– Не паникуй, - Холбрук сбавил скорость.
– Вряд ли полиция. А если и так, зачем им нас останавливать? Об ограблении музея наверняка ещё не известно.
– Какого дьявола они лупят дальним светом?
– нервничал Штайнер.
И тут конусовидные лучи фар описали дугу. Встречная машина преградила "Опелю" путь, встав поперек дороги. Холбрук тоже включил дальний свет и увидел открытый джип, в котором сидели трое бородачей в тюрбанах.
– Не полиция, - пробормотал Гюнтер.
– Да как бы не похуже...
– Объехать сумеешь?
– Нет.
Холбрук остановился метрах в пяти от джипа. Один из бородачей соскочил на дорогу, подошел к "Опелю", наклонился к открытому окну.
– Кто такие, куда едете?
– высоким голосом спросил бородач по-арабски. Гюнтер сделал вид, что не понимает вопроса.
– Я не говорю на вашем языке, - ответил он на ломаном английском.
– Мы туристы из Германии, в чем дело?
Араб перешел на английский, звучащий в его устах как воронье карканье.
– Выходите из машины.
– Да в чем дело?
– упорствовал Холбрук.
– Представьтесь, покажите документы!
– Выходите из машины, - повторил араб и указал на джип. Двое бородачей продемонстрировали стволы устаревших американских штурмовых винтовок М-16.
– Влипли, - прошептал Макс.
Холбрук осторожно опустил руку в карман, нащупывая рукоятку пистолета. Их трое, три метких выстрела - только так можно спастись. Миндальничать нечего, орудующие в этих районах банды редко щадят свидетелей, особенно если они же - то есть свидетели - одновременно и потерпевшие.
– Выходи и не трусь, Макс, - негромко распорядился Холбрук. Выкрутимся...
Он открыл дверцу и ступил на бетон дороги, не вынимая руку из кармана.
– Руки за голову!
– скомандовал араб. Гюнтер криво улыбнулся.
– Пожалуйста.
Он выхватил пистолет и выстрелил. Но не в безоружного бандита, что стоял перед ним; Холбруку показалось, что важнее сначала снять других, в джипе. К несчастью, он промахнулся. В следующее мгновение бандит нанес ему сокрушительный удар в лицо, тут же загрохотали очереди М-16. Все было кончено в полсекунды. Холбруку пуля попала в сердце, Штайнеру - в голову.
Арабы приступили к обыску "Опеля".
– Авад!
– позвал тот из них, что открыл багажник.
– Смотри...
Главарь банды осветил фонарем сумку, рванул застежку-молнию и разочарованно сплюнул.
– Дерьмо! Похоже, они и впрямь туристы - скупали всякую сувенирную дрянь. Что за добыча... Ладно, продадим на базарах. Деньги у них есть?
Третий бандит сноровисто обыскал трупы.
– Мало.
– Вот дерьмо, - прорычал Авад.
– Забирайте все и поехали... Пистолет у этого тоже возьмите.
Бандиты вернулись в джип. Несколько секунд спустя машина растворилась во тьме.
5
Около четырех часов дня в кабинете директора Египетского археологического музея Гамаля Седара заверещал внутренний телефон.
– Господин директор, пришел начальник полиции.
– Просите, скорее...
Внушительная фигура начальника каирской полиции Ирамуна аль-Расула, казалось, заполнила весь кабинет. Директор, невысокий щуплый человек лет сорока, шагнул ему навстречу и порывисто пожал руку.
– Рад видеть вас так скоро!
– воскликнул он.
– Неужели вы с хорошими новостями?
– Как посмотреть, - уклончиво ответил аль-Расул, усаживаясь в кресло для посетителей.
– Мы нашли тех, кто ограбил музей...
– Вы поймали их!
– Нет, мы НАШЛИ их, - подчеркнул начальник полиции.
– К сожалению, мертвыми... И без ваших экспонатов.
– Что это значит?
– Лицо директора вытянулось.
– Мы нашли машину за окраиной города, на восточной дороге. И два трупа... Одного покойника опознали легко - личность, хорошо известная Интерполу. Это некий Гюнтер Холбрук, преступник с международным размахом, специализировавшийся на музейных кражах. Его разыскивала полиция пяти стран, и я ума не приложу, как он ухитрился пробраться в Египет. Второй не опознан, но...