Чтение онлайн

БРИЗБИ. A я не знаю?

КОРОЛЕВА. Нет. Ты дворянин. Деньги твоего отца заплатили за тот какун, в котором ты провел большую часть жизни. Только один раз ты своими глазами видел реальность, и в этот единственный раз твоя реакция была ошибочной.

БРИЗБИ. Когда это?

КОРОЛЕВА. Год назад. Твоя вспышка преданности была никому не нужна и абсурдна. Тебе нужно было стать на сторону моего брата.

БРИЗБИ. Кларет!

КОРОЛЕВА. Люди с головой, знающие жизнь, и с добрыми намерениями, все они были на стороне Фредерика. A ты защищал меня - что не делает чести твоему уму.

БРИЗБИ. Фредерик хотел вернуть Закон О Крепостных.

КОРОЛЕВА. A тебе-то что? И кроме того, кто б ему позволил? A Босой, со своим богатством, с ресурсами - человек, в котором этот остров нуждается больше всего сегодня? Он тоже был на стороне Фредерика. У тебя был случай подружиться с ним в последствии, но вместо этого ты отнял у него все его владения, и его финанасовая империя рухнула, так что теперь тебе нужно удваивать налоги, чтобы платить пособие. В довершение этого, ты посадил его дочь в тюрьму и собираешься ее вешать, после этого циркового суда.

БРИЗБИ. Фредерик собирался тебя выслать, нет?

КОРОЛЕВА. Да. Ну и?

БРИЗБИ. Что - и? Ты что?

КОРОЛЕВА. A, поняла. Я бы тогда не стала твоей любовницей.

БРИЗБИ. Я не об этом.

КОРОЛЕВА. Нет? Жаль.

БРИЗБИ. Кларет, я....

КОРОЛЕВА. Я знаю. Ты очень мне предан. Вот что, мне нужно в душ. Поспи еще, я быстро.

Она встает и уходит налево. Бризби слушает напряженно, идет к столу, вооружается перочинным ножом, открывает ящик, запертый королевой. Вскрывает конверт, вынимает письмо, читает быстро, волнуется. Открывает другой ящик, роется, вынимает исписаный лист, складывает его, кладет в конверт вместо письма. Кладет конверт в ящик и закрывает, пользуясь ножом. Идет к куче одежды у кровати, находит штаны, кладет письмо в карман. Начинает одеваться. Звонит колокольчиком. Входит Дворецкий.

ДВОРЕЦКИЙ. Вы меня звали, сударь?

БРИЗБИ. Карету к черному ходу. Кто сегодня на дежурстве?

ДВОРЕЦКИЙ. Лейтенант Максорли, сударь.

Бризби несколько секунд наслаждается звучанием нового звания Максорли.

БРИЗБИ. Скажи ему, чтоб взял с собой человек пять, скажи, что приказ королевы.

ДВОРЕЦКИЙ. Боюсь, он будет задавать вопросы, сударь.

БРИЗБИ. Мы едем в Подземелья.

ДВОРЕЦКИЙ. Слушаюсь, сударь.

БРИЗБИ. Если будет еще чего-нибудь спрашивать, спроси, не думает ли он, что он - Сфинкс.

ДВОРЕЦКИЙ. Да, сударь. Разрешите напомнить вам, сударь, сегодня праздник.

БРИЗБИ. Ну и?

ДВОРЕЦКИЙ. Будет парад, и будут праздненства.

БРИЗБИ. Я просто не понимаю этих людей. В городе убийства, насилия, выстрелы, a они чего-то там праздновать собрались. Что именно? Неистребимая глупость.

ДВОРЕЦКИЙ. Комиссар Полиции говорит, что сверхурочные потребуют дополнительных фондов. Департмент Санитарии....

БРИЗБИ. Опять деньги! Они что, хотят новых налогов?

ДВОРЕЦКИЙ. Вам бы поговорить с лидерами общества, сударь.

БРИЗБИ. Нет у меня на это времени. У меня нет времени даже яйца помыть. Пусть берут в долг у Босого.

ДВОРЕЦКИЙ. Господин Босой - банкрот, сударь.

БРИЗБИ. Вранье. Он только что нанял лучшего адвоката в стране, чтобы дочь защищать. Хватит трепаться! Иди.

Бризби одет. Дворецкий уходит, Бризби за ним. На какое-то время, сцена остается пустой. Внезапно, Джером влезает через окно. Он одет по-дорожному, мешок через плечо. Оглядывается. Слушает. Вынимает большой конверт из мешка, кладет на стол. Входит Дворецкий.

ДВОРЕЦКИЙ. Эй, сударь!

Джером прыгает через комнату, хватает Дворецкого и зажимает ему рот.

ДЖЕРОМ. Одно слово. Бац. Нет тебя. Ясно?

ДВОРЕЦКИЙ. Да, сударь.

ДЖЕРОМ. Заткнись же ты. Где королева?

ДВОРЕЦКИЙ. Она омывает свою плоть, сударь.

ДЖЕРОМ. A любовник ее?

ДВОРЕЦКИЙ. Отбыл в Подземелья.

ДЖЕРОМ. Э? Его что, арестовали?

ДВОРЕЦКИЙ. К несчастью нет, сударь. Он туда по делам уехал.

ДЖЕРОМ. В добрые старые времена, делами обычно занимались на бирже. A теперь, значит, в Подземельях. К чему эта страна катится! Королева как довольна?

ДВОРЕЦКИЙ. Нет, сударь. Очень несчастна.

ДЖЕРОМ. Почему?

ДВОРЕЦКИЙ. Мне кажется, ее величество не любят Первого Комиссионера, сударь.

ДЖЕРОМ. Так, понял.

ДВОРЕЦКИЙ. Мне кажется, она все еще любит вас.

ДЖЕРОМ. Ты уверен?

ДВОРЕЦКИЙ. Я их знаю с тех пор, как они изволили быть маленькой девочкой. Кроме того, я читаю ее почту.

ДЖЕРОМ. Зачем?

ДВОРЕЦКИЙ. Приказ господина Бризби. Прошлой ночью, королева писала брату, лидеру оппозиции, что если он сможет найти вас и доставить ей здоровым и невредимым, она откажется от трона в его пользу.

ДЖЕРОМ(свистнул). Ну и дела.

ДВОРЕЦКИЙ. Ее величество не понимают, что ее брат ей не доверяет, и что он не заинтересован в устраивании ее любовных дел. О, сударь, прошу вас, увезите ее. Похитьте ее, женитесь на най, и живите потом счастливо. У нас тут больше нет места для нежных сердец.

ДЖЕРОМ. Увезу, увезу, не бойся. Но не сейчас. Дворец так хорошо охраняется. Надо отдать Максорли должное, он свое дело знает. Что с Анжелой?

ДВОРЕЦКИЙ. Она исчезла сразу после того Большого Приема. Через семь месяцев, ее нашли в ее квартире, где она и была арестована. Ее отвезли в Подземелья. Там она с тех пор и сидит.

ДЖЕРОМ. Зачем они ее там держат?

ДВОРЕЦКИЙ. Она ведь Сфинкс, сударь.

ДЖЕРОМ. Хуйня какая. Я-то знаю, я от Сфинкса сам избавился, при всех. Она просто Анжела, добрая старая Анжела, моя подружка из детства. Идиоты!

ДВОРЕЦКИЙ. Никто об этом не знает, сударь. Все думают, что Белые Плащи, под предводительством господина Бризби, бывшего тогда лейтенантом, арестовали Сфинкса на Большом Приеме. Ее будут судить за преступления против островитян.

ДЖЕРОМ. Правда? Да, это все можно было предвидеть.