Чтение онлайн

Верхолин, секунду назад пребывавший в злом недоумении, вдруг понял: машина Саймона, как и его «Фалангер» даже не шевельнулась.

Вновь включился индивидуальный канал связи между пилотами сформированной силой обстоятельств боевой пары:

– Нам дарят жизнь? Или думают, что станем путаться под ногами?

– Не знаю. «Беатрис», проверь список входящих команд.

Черед доли секунды на информационном экране появилось несколько строк. Внимательно пробежав их глазами, Верхолин произнес:

– Приказ Шмелева: продержатся пятнадцать минут, пока капитан Шелган перезаряжает трофейные машины. Затем отходить. Точка сбора обозначена.

– Взрослые дяденьки сжалились над детьми? – В голосе Саймона смешивались сейчас различные оттенки чувств, не разумом, но душой он уже начал постигать некоторые истины, например циничные нотки, прозвучавшие в его фразе, отдавали фальшивой, неуместной бравадой, но… он впервые растерялся, по-настоящему не зная, что делать – спасать себя, прикрывшись недвусмысленным приказом лейтенанта Макарова или…

«Беатрис» обсчитывала сигнатуры, наползавшие на край экрана [25] сплошной стеной алых маркеров.

Саймон и Антон подумали одновременно об одном и том же:

– У Макарова есть только одна идея: привлечь их внимание к своему звену. – Верхолин говорил быстро, но не сглатывал слова, он как будто оказался в чате, обсуждая с напарником тактику очередного боя.

– Согласен. – Эхом отозвался Саймон. – Он попытается выманить большинство машин на себя, чтобы замедлить фланговый охват базы.

– Где гарантия, что с других направлений не выдвигаются подобные группы?

– Посмотри на построение. К центру количество машин уменьшается, по флангам напротив увеличивается. Вот увидишь, вскоре они займут позиции для обстрела, центр вообще остановиться, а фланги продолжат движение.

Верхолин на секунду прикрыл глаза. «Беатрис» транслировала данные по сигнатурам в его рассудок.

Так. Тяжелые лазерные установки на шагающем приводе. Лазерный луч. В космосе он бьет со скоростью света, почти не рассеиваясь с дальностью расстояния, но в условиях планеты все несколько иначе. Разряд эффективен в основном с дистанции прямой видимости, на условия стрельбы налагается ряд ограничений, такие как рельеф местности, прозрачность атмосферы, наличие препятствий…

Почти семь сотен тяжелых лазерных установок. Остальные механизмы какая-то хрень, гибрид реактивного миномета, универсального гусеничного привода и импульсных орудий.

Насколько они сообразительны?

Вопрос пока оставался открытым, но тактика ближайших минут виделась абсолютно ясно: выбрать позицию и ударить из комплексов «L-700» [26] . Ракеты «Пилум» класса «земля-космос» обладали кассетной конструкцией боевой части. Предназначенные для атаки крупных космических кораблей, неосторожно сунувшихся в зону низких планетных орбит, они, благодаря широкому применению нанотехнологий, оснащались ста пятьюдесятью реактивными снарядами кумулятивного действия, обладающих вторичной, независимой системой наведения. Задача «Пилума» – поразить как можно большее количество отсеков космического корабля.

Двухступенчатая конструкция ракеты-носителя давно (еще по опыту сражений в виртуальной реальности) подсказала иной способ ее применения.

Теперь Антон собирался применить на практике отработанные на симуляторах приемы.

«Беатрис» получала от него четкие, недвусмысленные инструкции по изменению боевой программы восьми сверхтяжелых ракет.

Первая ступень поднимала «Пилум» по траектории атаки боевых станций. После отделения первой ступени двигатели ориентации неожиданно для противника разворачивали ракету назад, к земле.

На высоте четырех километров происходило разделение кассетных боевых частей.

Площадь рассеивания, при условии частичного перекрытия зон поражения, составляла почти двадцать километров.

«Беатрис», подхватив идею пилота, тут же осуществляла необходимые расчеты, учитывая скорость продвижения фланговых групп сервомеханизмов противника, внося необходимые поправки, уточняя данные – все заняло не более минуты, пока «Фалангер», затаившийся среди руин базы РТВ, занимал позицию для запуска, выдвигая дополнительные упоры, обеспечивающие машине устойчивость во время пуска, и одновременно отклоняя сборки стартовых тубусов «Легионера» на нужный угол относительно горизонта.

Окончательное наведение разделившихся боевых частей по активным сигнатурам. – Подвел черту под мысленно отдаваемыми инструкциями Антон.

– Верхолин, ты что задумал? – Прорвался в его рассудок голос Грина. – Антон, опомнись, нас же расстреляют на стационарной позиции! Ты по кому собрался запускать «Пилумы»? Вспомни виртуалку – дистанция до кораблей орбитальной группировки слишком велика. Даже на симуляторах такие номера не проходили!

– Саймон, пошло все к фрайгу!.. Перестань цепляться за прошлое. Нет его, врубаешься? Нам выжить надо! С планеты не удрать, выход один: драться!..

– Не понимаю, что ты задумал?! – Хрипло переспросил Грин. – «Аметист» передает больше тысячи сигналов!..

– Вижу. – Верхолин сам поражался спокойствию, с которым озвучивал разодранные, полные панических предчувствий мысли, роящиеся в голове. – Полные придурки, судя по анализу данных. Но их много, в таком количестве они нас сожгут по любому…

– Не каркай ты, и так тошно. Дело говори!..

– Занимай позицию для залпа «Пилумами». – Неожиданно приказал Верхолин.

– Ты точно спятил, Антон!

– Слушай, что говорю. Ну, давай же, начинай мыслить! Нужно перепрограммировать боевые части, «Пилумов» для удара по наземным целям!

– Как перепрограммировать?!

– Молча. Мысленно. Через интерфейс «Одиночки»!

Саймон поперхнулся ответом. Верхолин действительно предлагал здравый вариант действий, да и выхода у них не было. Либо сражаться, либо умереть, однажды, но по-настоящему, без права на спасительную перезагрузку, без надежды выйти из боя… С планеты не вырваться, помощи ждать, похоже, неоткуда и уповать остается только на самих себя. Конечно они с Антоном не программисты, но «Одиночка» в состоянии задействовать нужные кибернетические модули, способные изменить, пересчитать боевые настройки любого вооружения, в соответствии с задачей, поставленной пилотом.