Чтение онлайн

– Фа-акты? – протянула я. – Ну, может быть, в деловых вопросах ваш босс просто монстр, но в том, что касается безопасности, он полный профан. Зато вы – профессионал, верно?

– Слушай, чего тебе надо? – взорвался Скрынник, на минуту утратив контроль над собой. – Я не могу лезть в дела его семьи. Это личное, ясно?

Я шагнула вперед, теперь мы со Скрынником стояли в шаге друг от друга. Я видела морщины вокруг его глаз, дряблую кожу щек и холодные глаза.

– Скорее всего, ее похитили, – тихо, едва слышно проговорила я. – Выманили под каким-то предлогом и увезли. И вы, и я это понимаем. Вот только делать вы ничего не хотите. Интересно, почему?

Скрынник моргнул.

– Может быть, для вас важно, чтобы постель олигарха оставалась… свободной?

И тут он меня ударил. Ну, не совсем ударил – его тяжелый кулак рассек воздух там, где секунду назад находилось мое лицо. Я увернулась, и кулак просвистел мимо моего уха.

Скрынник сразу же пожалел о том, что сделал, но было поздно.

– Ну, вы даете!

Я отступила на шаг.

– Подождите! – заторопился безопасник. – Вы не так поняли…

Но я не желала с ним разговаривать. Что ж, раз начальник службы безопасности, на чью помощь я так рассчитывала, превратился в моего врага, придется действовать самостоятельно. Ну и ладно. Я всегда работаю одна…

В доме было тихо, только из библиотеки раздавались голоса. Мне показалось или там действительно кричали?

Ну, раз господин Скрынник не желает выполнять свои служебные обязанности, придется вмешаться мне.

Решив, что стучаться в такой ситуации глупо – а вдруг там как раз сейчас совершается очередное преступление? – я распахнула дверь. И замерла на пороге. Я ожидала увидеть что угодно – к примеру, олигарха с приставленным к виску пистолетом или драку между супругами Берг… Но только не это.

В библиотеке происходила самая настоящая попойка. На зеленом сукне стола выстроилась шеренга бутылок. Чего здесь только не было! Дорогущий коньяк пятидесятилетней выдержки, бутылки русской водки и виски, бренди… Из закуски присутствовала растерзанная коробка шоколадных конфет и яблочко, нарезанное на множество тонких долек. Очевидно, олигарх вспомнил студенческую юность.

За столом сидели Андрей Станиславович и Ойген Берг.

– Евге-ения! – приветствовал меня широкой улыбкой Новицкий. – Присоединяйтесь к нам, дорогая! Ойген, друг мой, ну-ка быстренько штрафную нашей очаровательной гостье!

Н-да, это же надо так надраться – да еще за такое рекордно короткое время… Ну сколько я беседовала со Скрынником? Минут пятнадцать, не больше. И что я вижу? Домашний пиджак олигарха расстегнут, физиономия красная, седые волосы венчиком вокруг лысины… ну просто добрый дедушка из тех, кто любит клюкнуть вечерком рюмашку-другую.

Но тут Новицкий поднял на меня взгляд, и я поняла, в чем дело. Глаза Андрея Станиславовича составляли резкий контраст с антуражем бесшабашной попойки. Они были абсолютно ясные и страдающие. Новицкий испытывал такую душевную боль от предательства Марины, что заглушить ее не мог даже коньяк пятидесятилетней выдержки.

Между тем Ойген, который ни слова не понимал по-русски, жестом профессионального бармена наполнил мой стакан.

– Штрафную, штрафную, Евгения! – погрозил мне пальцем олигарх.

– Вас разве догонишь, – усмехнулась я и сделала крохотный глоток. Ароматный напиток цвета чая раскрылся во рту, как знойная темная роза. Я невольно вздохнула. Это просто преступление – напиваться таким коньяком! Однако я отсалютовала стаканом Новицкому и потянулась за яблочком.

Спустя час обстановка в библиотеке сделалась совсем уж неформальной и дружеской. Мне показалось, Новицкий уже не очень понимает, кто пред ним. Обращаясь ко мне, он пару раз назвал меня «Оля», а однажды даже «Амалия». Но уж когда он обратился ко мне «Мариночка», я поняла, что олигарх, что называется, готов.

Видимо, Новицкий был из тех людей, кто не привык показывать свою слабость – просто не мог себе этого позволить. Но напиваться в одиночку – это уж слишком. Поэтому был приглашен Ойген. Немец пил, не пьянея – только физиономия его становилась все более багровой. Но рука не дрожала, и он ловко и как-то профессионально разливал спиртное, следя за тем, чтобы рюмки не пустовали.

А вот то, что Новицкий пригласил меня присоединиться к их мужской компании, говорило о том, что олигарх мне доверяет. Считает своим человеком, который не будет болтать лишнего и не продаст. Это радовало.

Новицкий с Ойгеном пили все подряд, вперемежку, и скоро олигарх совсем обмяк в кресле. Своей цели он достиг – напился в зюзю, как говорит моя тетя. Но от своей проблемы убежать так и не смог.

– Женька, разве я не понимаю? – с пьяными слезами заплетающимся языком бормотал Новицкий. – Она вышла за меня из-за денег…

Причем было непонятно, к кому обращается олигарх – ко мне или к Ойгену, которого Ольга тоже называла Женькой. Немец сочувственно кивал.

– Знаете, Андрей Станиславович, – проговорила я задумчиво, круговыми движениями взбалтывая янтарную жидкость в своем стакане, – на Марину это не похоже. Я встречала много длинноногих хищниц, охотниц за состояниями… Марина совершенно другого типа человек.

– Правда? – Новицкий поднял голову и благодарно улыбнулся. – Ты тоже так думаешь, детка?

«Детку» я пропустила мимо ушей и кивнула. Кресло подо мной стояло нетвердо. Или это Земля вертелась слишком быстро? Проклятый Ойген, он все-таки ухитрился меня напоить…

– Не-ет, – протянул олигарх, – ты меня утешаешь просто. Из-за денег, зуб даю. Но ты, Женька, права – Марина необыкновенная. Когда я увидел ее в первый раз, она стояла на пье… пьедестале. Улыбалась и прижимала к себе золотую медаль. Играл гимн, и флаг наш подняли выше всех. И она была такая счастливая… И я сказал себе: «Новицкий, вот твой последний шанс. Эта девушка может подарить тебе вторую молодость»… Я просто купил ее юность и красоту!

Олигарх пьяно ударил рукой по столу, но промахнулся и попал себе по колену. Ойген осторожно придержал бутыль с выдержанным марочным бренди.

– И что вы намерены делать теперь? – поинтересовалась я, стараясь выговаривать все буквы в словах.

– Н-ничего! – торжествующе поднял палец олигарх.

Я с подозрением уставилась на Новицкого.

– Вы настолько благородны, простите мне мою прямоту?

Новицкий поднял на меня глаза – не такие уж пьяные, кстати.

– Она мне дочь подарила, – просто ответил олигарх. – Разве я стану ее преследовать?