Чтение онлайн

— Зачем же вы женились на ней, если она была такой? — спросила Коппер резче, чем предполагала, но уж очень обидным оказалось сравнение. А ведь она приготовилась ревновать Мела к покойной жене…

— Сначала я не понимал, какая она, потом уже было поздно отступать. Она была очень красивая… Жаль, вы не знали ее, — вздохнул Мел. — Она могла очаровать кого угодно, хоть птицу на дереве, если бы пожелала, но у нее была железная воля и четкое понимание своих интересов. Сначала она собиралась управлять магазинами из Бирраминды, и я вбухал целое состояние, чтобы оборудовать ей кабинет в моем доме. Как-нибудь зайдите посмотреть. Там есть несколько телефонов, компьютер, ксерокс, факс — словом, все необходимое. Но Лайзе этого было мало. Заниматься хозяйством ей было неинтересно, хотя я заново обставил и оборудовал кухню. Если она не могла заняться тем, что ей хотелось в данную минуту, то начинала скучать и дергать меня, чтобы я слетал с ней в Брисбен проверить счета, или посетить салон красоты, или встретиться с деловыми партнерами. Да, деловой сметки у нее хватало на двоих мужчин…

Почему его слова звучали как оскорбление? Разве плохо быть энергичной и умной?

— Если она была такая умная, то, должно быть, стала вашей женой только потому, что действительно хотела ею стать, — подумав, сказала Коппер.

— Я и сам так считал. Конечно, у меня были, как бы вы это назвали, романтические взгляды на брак. Лайза смотрела на наши отношения более рационально. Выйдя за меня, она приобретала статус замужней женщины, полновластной хозяйки поместья в придачу к тому, что уже имела в городе, но здесь ей совсем не нравилось, и постепенно она все больше времени стала проводить в Брисбене.

— А как же Меган?

— Меган — результат отчаянной попытки спасти наш обреченный союз. Конечно, она ничего не спасла. Лайза превратила беременность в предлог для окончательного переселения в Брисбен, говоря, что ей лучше быть поблизости к больнице, что Бирраминда не место для младенца. Она уехала и уже не вернулась на ферму, и не звонила мне, пока не родила. Говорила, что схватки начались неожиданно и ей было некогда позвонить и позвать меня в больницу. Но это ложь. Впрочем, я должен быть ей благодарен хотя бы за то, что она позволила мне увидеть дочь.

Мел говорил спокойно, но Коппер видела, как напряжено его лицо. Теперь она понимала, почему непроницаемы его глаза, и не удивлялась, что он стал другим. Он был отвергнут, лишен возможности участвовать в появлении на свет своего ребенка.

Коппер очень хотелось пожалеть Мела, но она не знала, как это сделать. Будь на ее месте другая, она взяла бы его за руку или обняла, но Коппер не могла, не умела этого, как ни ругала себя за бессердечие. И к тому же она боялась, что Мелу будет неприятно ее прикосновение. Она лишь крепче вцепилась в тулью своей шляпы и молчала.

Мел после долгой паузы снова заговорил. Слова давались ему с трудом, но, видимо, он твердо решил выговориться.

— И тогда мы оба поняли, что дальше притворяться, будто наш брак существует, бессмысленно. С одной стороны, я почувствовал некоторое облегчение, с другой — меня совершенно разорил развод. Все мои деньги вложены в землю, и до сих пор я еще не восстановил того, что имел раньше. Хуже всего было расставание с Меган, но все в один голос утверждали, что девочке нужна мать. Я и сам верил, что так будет лучше, пока не узнал, что Меган препоручена своре нянек, а Лайза по-прежнему работает по пятнадцать часов в сутки. Я прилетал в Брисбен как мог часто, но этого все равно было мало, чтобы дочка признала и полюбила меня. Когда Лайза погибла в автокатастрофе и я приехал за Меган, она громко плакала от страха. Ей было всего два годика. Наверное, она подумала, что чужой дядя заберет ее неизвестно куда.

Между тем Меган копалась в прибрежном песке, не обращая внимания на двух взрослых, смотрящих на нее. Она с головы до пяток перемазалась и с серьезным лицом болтала о чем-то сама с собой.

— Сейчас она выглядит вполне счастливой, — заметила Коппер.

— Когда она такая, как сейчас, я и сам думаю, что она счастлива, но слишком уж она привыкла быть сама по себе, — вздохнул Мел. — Она совсем не помнит Лайзу, но ей очень не хватает матери. Все могло быть по-другому, если бы хоть одна из экономок задержалась у нас на год, на два, а то все эти девушки, которые приезжают на две недели, только расстраивают ее. А Меган нужны защита и опора.

— Вы ее защита и опора, — мягко сказала Коппер, но Мел не согласился:

— Одного меня мало. Я ведь не могу весь день оставаться с ней дома. Меган требуется больше заботы, чем я могу ей дать. Слишком часто девочке приходится сидеть на заборе, откуда я могу видеть ее. Она много знает про то, как управляться с коровами и лошадьми, но у нее нет детства, а ведь ей всего четыре года.

Мел замолчал, глядя на дочь, и грустно улыбнулся.

— Конечно, мне надо бы жениться. Но, пожалуй, второго такого брака я не осилю.

— Он необязательно будет похож на первый, — возразила Коппер. Не надо быть романтиком, чтобы понимать: люди женятся не для того, чтобы всю жизнь воевать друг с другом, как это было у Мела и Лайзы.

— Неужели? — хмыкнул Мел. — А где, по—вашему, я найду женщину, готовую отказаться от всего, что у нее есть, ради жизни в такой глуши? Ни друзей, ни магазинов, ни ресторанов, ни интересной работы — одна жара, пыль и тяжкий труд.

Коппер внутренне согласилась. Действительно, все так. Но ведь у той, которая станет женой Мела, будет своя речка и камедные деревья, и воздух, прозрачный как хрусталь. Она сможет прижаться к Мелу, когда ей вздумается. Она будет знать его смуглое сильное тело так же хорошо, как свое собственное, будет проводить в его объятиях долгие блаженные ночи, будет засыпать рядом с ним и знать, что утром проснется рядом с ним. Кто же была эта Лайза, чтобы бросить такую жизнь?

Неприятный холодок сжал сердце Коппер: неужели она действительно похожа на Лайзу?

— Для нее все это не будет иметь значения, если она полюбит вас, — неуверенно возразила она.

— Я вынес один урок из своей семейной жизни, — равнодушно откликнулся Мел, — одной любви мало. Лайза любила меня, по крайней мере на словах, — и вы видите, что из этого вышло. А вы сами? Вы тоже любите Глина, но не настолько, чтобы отказаться от более важных для вас вещей. Почему же моя будущая жена непременно Должна оказаться иной? Да я днем с огнем не найду другую! Нет, — отрезал он, вставая и отвязывая пони от дерева, — больше я не женюсь. Лучше найду приличную экономку, Меган этого вполне хватит. Буду надеяться, что рано или поздно мне повезет.

Он искоса взглянул на дочь.

— Собирайся, Меган. Мы едем домой.

«Больше я не женюсь…» Эти слова не шли из головы у Коппер еще несколько дней. Впрочем, она не смогла бы внятно объяснить, почему они так врезались ей в память.

В конце-то концов, что ей за дело до Мела и его дочери? Жаль, конечно, что ему так не повезло с женой, но Коппер было обидно, что Мел поставил ее на одну доску с Лайзой. Коппер не бросила мужа, не лишила ребенка отца. Глин сам ее бросил, хотя она всего-навсего старалась работать как можно лучше. Что же его не устраивало?