Чтение онлайн

В первый раз после того, как он отошел от реки, Борис немного попил из фляги. Жара и тяжелый подъем иссушили организм. В таких условиях человек, оставшись без воды, может умереть за считанные часы. Неудивительно, что здесь, в ущелье, так мало постоянных поселений.

Снова двинувшись в путь, Брусилов почувствовал себя куда лучше и принялся пересекать седловину горы. Она была меньше мили в ширину, и, сам того не ожидая, русский оказался в верхней точке скал на другой ее стороне. Еще один неосторожный шаг, и путник шагнул бы в пустоту, свалившись с высоты тысячи футов. И опять Борис двинулся вдоль хребта, пока не нашел подходящее место, чтобы осмотреть окрестности.

Река осталась такой же — широкая лента, полная вспененных белых порогов. Она текла навстречу охотнику, описав дугу. Дорога шла по ближайшему берегу, хотя ей и пришлось сделать небольшой крюк из-за отвесных круч и каменных игл, поднимавшихся из вод Нила.

В пустоте ущелья замерло все, если не считать текущих вод и вечного танца дрожащего воздуха. Борис понимал, что Мек Ниммур не мог настолько обогнать его. Выходит, отряд просто не показался из-за поворота.

Борис попил воды и отдохнул почти полчаса. К концу этого времени он почувствовал прилив сил. Брусилов подумал, не стоит ли спуститься и устроить засаду прямо на дороге. Но все же решил остаться наверху до тех пор, пока не увидит намеченных жертв.

Он внимательно осмотрел ружье, убедился, что прицел не сбит во время подъема по скалам, потом опустошил магазин и оглядел все пять патронов. Медная гильза одного из них немного позеленела и помялась, поэтому русский выкинул его, заменив другим. Полностью зарядив ружье, Брусилов поставил его на предохранитель.

Отложив оружие в сторону, Борис сменил пропитанные потом носки, достав чистые из рюкзака, и аккуратно перешнуровал ботинки. Только новичок может рисковать натереть ноги в таких условиях — через пару часов они воспалятся и начнут гноиться.

Борис еще раз попил, потом поднялся и вскинул ружье на плечо. Теперь он был готов к любому дару богини охоты и двинулся вдоль хребта, навстречу отряду.

После каждого поворота русский оглядывал простирающуюся внизу долину, но никак не мог заметить свою добычу. День начинал клониться к вечеру. Брусилов стал уже беспокоиться, что Мек Ниммур каким-то образом умудрился незаметно проскользнуть мимо него, пройдя через реку по тайному броду, или двинулся по другой тропе сквозь скрытую долину, как услышал жалобный, заунывный крик, разнесшийся в раскаленном воздухе. Русский поднял голову. Над зарослями колючих кустов у берега кружила пара коршунов.

Желтоклювые коршуны — одни из самых распространенных падальщиков в Африке. Они живут рядом с людьми, питаясь их мусором. Они собирают людские отбросы, кружа над деревнями или временными лагерями, надеясь на объедки или терпеливо дожидаясь, пока человек пойдет в кусты. Коршуны слетают вниз, как только тот закончит свое дело, исполняя роль отсутствующей канализации.

Борис внимательно смотрел в бинокль на птиц, лениво кружащих в горячем воздухе над группой приречных кустов. У них была особенная манера управлять полетом раздвоенными хвостами, поворачивая их из стороны в сторону на ветру. Ярко-желтые клювы вспыхивали на солнце, когда они поворачивали голову, дабы посмотреть на что-то в зарослях.

«Ага! — холодно улыбнулся Борис. — Ниммур рано разбил лагерь. Должно быть, жара и такая скорость оказались чрезмерны для его новой женщины. Или он остановился, чтобы поиграть с ней…»

Русский двинулся вперед, пока не нашел подходящую позицию напротив колючих кустов. Он внимательно осмотрел их в бинокль, но не заметил ни малейших признаков присутствия человека. Через пару часов Борис начал сомневаться в своем изначальном предположении. Единственное, что убеждало в этом, — пара коршунов, сидящих на вершине дерева рядом с зарослями. Оставалось думать, что они смотрят на расположившихся внутри людей.

Борис беспокойно взглянул на солнце. Оно медленно плыло по небу, теряя свой жар. Потом Брусилов перевел взгляд в долину.

Прямо под зарослями в береге реки было небольшое углубление, похожее на маленькую лагуну. Во время половодья его затапливало, но сейчас рядом с потоком образовался маленький галечный пляж. На нем было полно валунов, скатившихся со скал. Некоторые лежали прямо на берегу, другие в реке, наполовину затонув. Самый большой был размером с дом. Огромный темный камень.

Неожиданно из кустов вышел человек. Пульс Бориса участился, и он внимательно смотрел, как тот спрыгнул на камень, а с него на берег. Наклонившись к воде, партизан наполнил брезентовое ведро водой, вскарабкался обратно и исчез в кустах.

«Так, значит, жара допекла и наших бравых ребят. Им нужно пить, а это выдает их врагам. Если бы не птицы, я бы никогда не догадался, что они прячутся там. — Борис невольно восхитился противником. — Ниммур — осторожный человек. Неудивительно, что он умудрился так долго выживать. Надо же быть настолько хитрым. Но даже ему нужна вода».

Борис продолжал наблюдать в бинокль, стараясь предугадать следующий шаг Мека Ниммура.

«Он потерял слишком много времени, укрывшись от жары, — решил русский. — Партизаны двинутся в путь, как только станет прохладней. Да, будет ночной переход. — Борис посмотрел на солнце. — До темноты осталось три часа. Надо все сделать до ее наступления. Без света трудно целиться».

Прежде чем подняться, он отполз от гребня, где был бы виден. Русский вернулся вдоль горы к скальному выступу, защищавшему его от глаз часовых Мека Ниммура. Потом Борис начал спускаться. Здесь не было козьей тропы, так что дорогу пришлось искать самому. Но после нескольких неудач ему удалось найти наклонный уступ, являющий собой довольно легкий путь вниз. Добравшись до дна ущелья, Брусилов хорошенько изучил окружающую территорию, чтобы отыскать ее при необходимости. Это был хороший путь для отступления, а он понимал, что скоро будет вынужден бежать.

Ему понадобился почти час на спуск, и время подходило к концу. Он добрался до дороги вдоль реки и зашагал к лагерю Мека Ниммура. Теперь Борис торопился, но, несмотря на это, соблюдал все меры предосторожности — шел по краю тропы и ступал только на каменистую землю, чтобы не оставлять следов. Невзирая на это, он едва не столкнулся с врагами.

Не успел Борис пройти и первые две сотни метров, как услышал низкий, горестный посвист бледнокрылого скворца. Брусилов поначалу не обратил на свист внимания, пока подсознание не забило тревогу. Неправильное время. Скворец издает этот крик на рассвете, покидая гнездо высоко в горах. Теперь же в раскаленном жарой ущелье близился вечер. Значит, это сигнал разведчиков, движущихся по дороге к нему. Отряд Мека Ниммура двинулся в путь.