Чтение онлайн

Фон Шиллер и Утте Кемпер прилетели на вертолете компании. Теперь возле них стоял генерал Обейд. Он приехал попрощаться и пожелать доброго пути.

Пока деревянные ящики загружали в самолет, генерал переговорил с офицером таможни. Тот поставил печати на документах, где было написано «Геологические пробы», а потом деликатно удалился.

— Все погружено, можно заводить моторы, герр фон Шиллер, — сообщил, отсалютовав, старший пилот «Пегаса».

Фон Шиллер пожал руку Обейду и поднялся по лестнице на борт. Утте и Нахут Гуддаби последовали за ним. Круги вокруг глаз египтянина обозначились еще четче, чем обычно. Путешествие полностью вымотало его, но спускать глаз с деревянных ящиков он не собирался.

«Фалькон» поднялся в ярко-синее небо над горами и полетел на север. Вскоре после того как погасла надпись «Пристегните ремни», в кабину просунула красивую светлую голову Утте Кемпер и обратилась к главному пилоту:

— Герр фон Шиллер хочет узнать расчетное время прибытия.

— Я надеюсь приземлиться во Франкфурте в 21.00. Пожалуйста, сообщите герру фон Шиллеру, что я уже послал радиограмму в головной офис — нас будет ждать транспорт в аэропорту.

«Фалькон» приземлился на несколько минут раньше, чем по расписанию, и вырулил к частному ангару. Старшие офицеры таможни, ждавшие их, были давними знакомыми Шиллера, всегда приходившими на подмогу, если «фалькон» привозил особый груз. После завершения формальностей они выпили шнапса со своим приятелем-миллиардером в маленьком баре самолета и незаметно засунули в карманы конверты, лежавшие на стойке рядом с каждым стаканом.

Подъем в горы занял большую часть ночи. Личный шофер фон Шиллера следовал за грузовиком «Пегаса» по обдуваемой ветрами обледеневшей горной дороге, не выпуская груз из виду. В пять утра они въехали в каменные ворота Шлосса, в парке которого намело на метр снега. Сам замок с его темными каменными укреплениями и щелями бойниц навевал мысли о графе Дракуле из романов Брэма Стокера. Однако даже в этот поздний час дворецкий и все слуги вышли поприветствовать хозяина.

Герр Рипер, смотритель коллекции фон Шиллера, и его доверенные помощники, ждавшие на пороге, немедленно занялись переносом двух деревянных ящиков в хранилище. Они с почетом возложили их на погрузчик и отвезли к специальному лифту.

Пока служащие распаковывали ящики, фон Шиллер отправился в свои покои в северной башне. Он вымылся, съел легкий завтрак, приготовленный поваром-китайцем, а потом прошел в спальню жены. Ингмар еще сильнее исхудала. Волосы совсем побелели, а истощенное лицо напоминало восковую маску. Шиллер отослал сиделку и нежно поцеловал жену в лоб. Рак медленно убивал ее, но она родила Готхольду двух сыновей, и он неким странным образом продолжал любить ее.

Фон Шиллер провел с супругой час, а потом отправился в свою спальню. Миллиардеру не требовалось много сна, как бы он ни устал. Через четыре часа он поднялся, до полудня работал с Утте и двумя другими секретарями, а потом хранитель коллекции позвонил по внутренней связи и сказал, что герра Шиллера ждут в хранилище.

Фон Шиллер и Утте спустились в лифте вместе. Внизу их встретили герр Рипер и Нахут. По их лицам немец сразу понял, что они вне себя от волнения. Им не терпелось сообщить важные новости.

— Закончены ли рентгеновские снимки? — спросил фон Шиллер, следуя за учеными по подземному коридору.

— Да, работа закончена, — сказал Рипер. — Специалисты хорошо потрудились. Снимки просто превосходные.

Миллиардер финансировал местную больницу, поэтому любую его просьбу рассматривали как приказ короля. Директор отправил самый современный рентгеновский аппарат и двух техников, чтобы сфотографировать мумию повелителя Харреба. Старший рентгенолог проявил снимки.

Рипер вставил пластиковую карту в замок стального хранилища, и дверь с шипением открылась. Фон Шиллера пропустили вперед. Он остановился в дверях, оглядывая огромное помещение. Это удовольствие ему никогда не приедалось. Напротив, всякий раз становилось сильнее.

Стены были укреплены двумя метрами стали и бетона. Сокровища Шиллера охраняли всевозможные электронные приборы. Но это не бросалось в глаза, когда человек смотрел на мягко освещенный и элегантно оформленный зал. Его спланировал и оформил один из ведущих дизайнеров Европы. Основным тоном был синий, и каждый предмет коллекции находился в своей витрине, уложенный так, чтобы смотреться наиболее выигрышно.

Везде глаза встречал блеск золота и драгоценных камней на темно-синих подушках. Искусно расположенная подсветка усиливала блеск любовно отполированного алебастра и камня, слоновой кости и обсидиана. Здесь находились удивительные статуи. В зале собрался весь пантеон древних богов: Тот и Анубис, Хапи и Сет, сияющая троица — Осирис, Исида и Гор, их сын. Они будто смотрели загадочным взором на века, пронесшиеся перед ними.

На временном возвышении в центре комнаты стояло последнее пополнение и без того обширной сокровищницы — высокая изящная каменная стела Таиты. Фон Шиллер остановился рядом с ней, погладил блестящий камень и только потом перешел в следующую комнату.

Там находился гроб Тануса, повелителя Харреба, на деревянных козлах. Над освещенной доской, к которой были прикреплены снимки, склонилась рентгенолог. Фон Шиллер немедленно подошел и посмотрел на расплывчатые изображения. За контурами деревянного саркофага виднелись неясные очертания человека с руками, сложенными на груди. Мумия напоминала каменное изваяние рыцаря на гробнице в средневековом соборе.

— Что вы можете рассказать о теле? — спросил Шиллер рентгенолога.

— Мужчина, — коротко сказала она. — Довольно пожилой. Возраст старше пятидесяти, но меньше шестидесяти пяти на момент смерти. — Все слушатели поморщились и посмотрели на фон Шиллера, но тот, кажется, не заметил этого. Пяти зубов не хватает. Верхнего резца, верхнего клыка и трех коренных. Зубы мудрости поражены. Обширный кариес во всех оставшихся зубах. Наличествовал бильгарциоз. Возможен полиомиелит в детстве, слабая левая нога. — Врач перечисляла свои находки в течение пяти минут, а потом закончила: — Наиболее вероятная причина смерти — ранение в верхнюю часть грудной клетки. Копье или стрела. Войдя под таким углом, наконечник поразил бы правое легкое.

— Что-нибудь еще? — спросил фон Шиллер, когда женщина умолкла.

Рентгенолог помолчала, а потом продолжила:

— Герр фон Шиллер, вы помните, я осматривала для вас несколько мумий. В этом случае надрезы, через которые были удалены внутренности, были сделаны с большим искусством, чем на других трупах. Кажется, исполнитель был талантливым врачом.

— Спасибо. — Фон Шиллер повернулся к Нахуту. — У вас есть комментарии на этой стадии?

— Только то, что это не совпадает с описанием Тануса в момент смерти, данным в седьмом свитке.

— Каким образом?

— Танус был высок. Гораздо моложе. Посмотрите на портрет на крышке.

— Продолжайте, — попросил фон Шиллер.

Нахут подошел к рентгеновским снимкам и указал на несколько темных объектов с четкими очертаниями, расположенных в разных местах тела.

— Украшения, — сказал он. — Амулеты. Браслеты. Нагрудные пластины. Несколько ожерелий. Кольца и серьги. Но что всего важнее, — Нахут указал на темный круг на лбу, — урей. Очертания священной кобры легко угадываются под пеленами.