Чтение онлайн

Ну и, понятное дело — тот, кто, отпахав на работе 11,5 часов и возвратившись в свой убогий клоповник, понимал, оглянувшись вокруг, что светлого будущего лично у него нет и быть не может, не мог испытывать каких-либо светлых чувств к тем, кто, как он полагал, жировал за его счёт, покуда сам он едва сводил концы с концами. В том числе не мог проникнуться этими самыми чувствами к нам — Яковлевым, как к очень ярким представителям зажиточной буржуазии.

И я их мог понять! Не нынешний я, что родился пусть не с золотой, но уж точно с посеребрённой ложечкой во рту, а тот, прежний я, которому не один десяток лет пришлось ютиться в заводских общежитиях и коммуналках, прежде чем обзавестись своей собственной квартирой.

Да и нижние чины полиции не сказать, что были сильно состоятельными людьми. И с жильём у их семей имелись те же самые проблемы, что у семей рабочих. Вот мы и решили… Правильно! Подстрелить очередных пару зайцев одним выстрелом. И тем угодить, и этим, да ещё и обезопасить наш райончик от всякой преступной шушеры. Ну и свести весь этот народ вместе, объединив их общей осточертевшей темой.

Я, честно говоря, никогда не понимал ту битву с морем, что вёл Бэтмен, размахивая своими кулаками по ночам. Ведь, будучи Брюсом Вэйном, он мог просто напросто купить всех своих противников. Вот взять и купить, как это сделал я с «апашами».

Даже не так! Он бы легко мог их всех купить, потом продать, потом снова купить и снова продать, но уже дороже. И проделать всё это так, чтобы даже сам Паниковский пустил бы скупую слезу умиления, глядучи на всё это дело со стороны. Возможности-то позволяли!

Но нет! Почему-то обязательно требовалось вечно превозмогать! Наверное, чтобы большие продажи шли у всяких издателей комиксов и иже с ними. Нам же тут вообще не до комиксов покуда было, отчего действовали мы с отцом с изрядной долей меркантильности. Хоть и от доброты душевной тоже.

Да, в запланированном нами к устройству первом крупном жилом районе на 10 многоквартирных 5-этажек мы отводили один из стоквартирных домов под нужды столичных «служак», чтобы они, значит, одновременно и поближе к народу были, и за местом компактного проживания своих семей получше приглядывали на службе.

И, да, можно было смело говорить, что это была чистой воды благотворительность с нашей стороны по отношению к целой тысяче семей самых обычных работяг.

Почему благотворительность? Да потому что цену аренды мы собрались устанавливать за каждую квартиру, как за комнату в каком другом доходном доме — то есть от 3 до 6 рублей в месяц за 1 и 3 комнатные квартиры соответственно. Но вот окупаемость будущих домов при столь невысоких ценах выходила за порог аж в 60 лет эксплуатации самих зданий! И это с учётом того, что мы не закладывали в эту самую окупаемость цену той земли, на которой он ставился! А земля при этом выходила едва ли не дороже воздвигаемого на ней сооружения.

С чего мы вообще могли себе подобное позволить? Да с того, что себестоимость строительства блочной пятиэтажки по сравнению с кирпичными домами, что привычно ныне возводят во всех крупных городах по всему миру, была в целых 7,5 раз ниже!

Соответственно та же пятиэтажка на 5 подъездов при условии её возведения в столице обходилась нам в 200000 рублей за штуку. Втрое дороже, чем в том же Харькове, как из-за разницы в цене рабочей силы, так и в цене стройматериалов! Что цемент, что стальная арматура, что гравий в Санкт-Петербурге были в разы дороже, чем на юге страны. Но уже по сравнению с ценой кирпичного дома, что в среднем обходился в 1 миллион 500 тысяч и возводился 2 года, вместо 2 месяцев заложенных у нас в проекте, эти затраты уже не казались совершенно неподъёмными.

Но, всё равно, не частному лицу было решать в одно своё попаданческое рыло подобную проблему всей страны. Сколь бы состоятельным он ни был.

Вон, тот же Советский Союз десятилетиями вкладывался безумно огромными средствами и ресурсами в жилищное строительство и то за многие десятки лет так всю программу-минимум не осилил.

Однако же показать пример всем остальным участникам этого рынка и ткнуть пальчиком в возможность сильно сэкономить при строительстве — было попросту необходимо. Тут ведь главное было подтолкнуть всю эту домостроительную машину, чтобы она после сама с горочки покатилась самокатом в нужном направлении.

Так я предполагал, когда только давал отмашку началу этого проекта. Проекта, на который у нас уже ушло безумных 7,5 миллионов рублей здесь, в Санкт-Петербурге, и втрое меньше в Харькове. Хотя там, на юге, работников наших заводов было в разы больше. Но да там и цены на всё совсем другие, включая городскую землю.

Ну и, конечно же, пулестойкая броня, в которой я со своими телохранителями ещё совсем недавно гонялся за всяким местным отребьем, также была уже подготовлена в количестве аж 2500 комплектов для передачи в дар столичному управлению полиции, в котором и городовых-то столько не имелось к 1903 году. А для «близкого общения с народом» мы к этой самой броне вдобавок приложили 2500 резиновых дубинок и 2500 алюминиевых щитов. Точнее дюралюминиевых. Технолог я всё же или погулять вышел? Еще 5 лет назад мы с батей алюминий превратили во что-то более удобоваримое и пригодное в нашем деле. Иначе как бы мы построили мотор и кузов для своего гоночного болида?

Не знаю, кто как, а лично я сделал такое логичное предположение, что пусть лучше несогласный с чем-то народ оприходывают с помощью таких вот не летальных средств домократизации общества, нежели ведут по ним огонь из винтовок с револьверами, да охаживают шашками с нагайками. И пусть теперь хоть кто-то только слово скажет, что я не думаю о людях и их благополучии!

Ещё как думаю! Мы даже заказали первую партию револьверных патронов с резиновыми пулями! Специально для презентации нашей уважаемой полиции! Всё же, как я полагаю, получить огромный синяк на ляжке или где ещё, куда как лучше для здоровья, нежели обзавестись аккуратной сквозной дырочкой в теле от обычной пули.

— Александр Евгеньевич, время выезжать, — раздалось из-за двери сразу же после деликатного постукивания в неё пудовым кулаком. Это Михалыч даёт понять, что и нам пора выдвигаться на всенародные гулянья. А то все вокруг радуются, да веселятся с раннего утра и лишь один я, как старый сыч, в квартире до сих пор сижу. Не порядок! Мне тоже надо быть как все! Радостным и весёлым! Со сранья!

Что за Михалыч такой? Так не сумевший отхватить звезд на арене борец с нашего общества любителей спорта.

Прекрасно понимая, что готовых и опытных телохранителей я сейчас хрен где отыщу, мне пришло на ум обойтись на первое время просто громоздкими парнями, за которыми я смог бы легко спрятаться, как за каменной стеной, и которым таскать пуленепробиваемую кирасу было бы относительно комфортно. Мышца, что называется, позволяла.

Потому и пал мой выбор на здоровяков-атлетов, у которых не задалась спортивно-развлекательная карьера рестлеров местного разлива.

А в помощь им набрал вчерашних военных моряков, как бывших боцманов, так и относительно молодых. Первые умели грамотно командовать и профессионально раздавать тумаки с затрещинами, а вторые — из числа марсовых, что те мартышки, умели лазать по всяким там вантам и прочим парусам всё ещё сохранявшимся на множестве устаревших кораблей Российского императорского флота. То есть были шустрыми, ловкими и с хорошей реакцией. Ну и минёров, конечно же, с рулевыми не обошёл стороной. Должен же будет кто-то в очень скором будущем давать громкую рекламу нашим с Кази минным катерам.