Чтение онлайн

Вот и не спешат частные владельцы внедрять новинку. Опять же, разводка электрических проводов, и демонтаж системы подачи газа. Потому что тогда уж следует сменить и освещение. Как следствие, за подобное нововведение брались только когда доходило дело до реконструкции здания.

Но, признаться, Бориса это устраивало целиком и полностью, потому что спектр ацетиленовых фонарей ему подходил куда больше электрических. Возможно сказывалась привычка. Но какая разница, если ему так комфортней.

— Итак, Денис, коротко и по делу, — едва они оказались в номере, заговорил Борис. — Рота трех взводного состава всего сто двадцать пять человек. Взвод четыре отделения, три стрелковых, одно минометное.

— Минометное? — вздернул бровь Денис.

— Это новое оружие. И не делай вид, что ничего не знаешь о нем.

— Ну, в ЦК может и следят за всеми твоими новинками, но я не в курсе. Разве только о тех, что уже нашли свое воплощение. Вот об аквалангах знаю. Хотя о конструкции понятия не имею. Они уже внедряются во флоте, под строжайшей тайной.

— Знаю. Мина, это та же граната калибра шестьдесят миллиметров, с начинкой в триста грамм пироксилина. Летит по крутой траектории со скоростью сто шестьдесят метров в секунду, на тысяча восемьсот метров. Масса миномета девятнадцать килограмм, скорострельность до двадцати выстрелов в минуту. Точность оставляет желать лучшего, но множество осколков позволяет накрыть плотным огнем определенную площадь. В общем, тебе понравится. И таких игрушек по две на отделение, шесть на роту, — переодеваясь в чистую начал пояснять Борис.

— В стрелковом отделении командир, три снайпера и шесть стрелков.

— Если судить по моему прошлому опыту, то снайпера показали себя не самым лучшим образом.

— У нас разработана новая методика подготовки, используем оптические прицелы своей выделки. Ты должен быть в курсе.

— Да, я знаю. Посмотрим, что из этого выйдет на практике.

— Нормально получится.

Вообще-то было бы неплохо поставить на вооружение отделения ручной пулемет. Но пока не было патронов на бездымном порохе, не было и нужды в этом. Те же гатлинги наглядно демонстрировали малоэффективность такого оружия из-за чрезмерного задымления. Пулеметчику только и оставалось, что стрелять куда-то в направлении противника, сквозь сплошную дымовую завесу. Ситуация облегчалась при наличии ветра. Но делать ставку на это он посчитал глупым.

Оно конечно, готовь сани летом. Так и с пулеметом, можно было бы разработать с прицелом на будущее хоть под бердановский патрон. Ведь появление бездымного пороха это только вопрос времени. Но вот этого-то времени постоянно и не хватало. Всегда находилось что-то более важное.

Опять же, особой необходимости на кораблях в таком оружии не было. Нужда появилась только когда встал вопрос о формировании роты морпехов. Он мог набросать принципиальную схему, а остальное вполне по силам доработать уже его команде ученых. Благо из них получились весьма разносторонние специалисты. Но они сейчас заняты созданием дизельного двигателя. И как по мнению Бориса, это куда важнее.

— На каждый взвод свой фельдшер, — продолжал между тем Измайлов. — На роту дипломированный доктор, у него отделение из четырех санитаров, из тех же фельдшеров.

— Немного ли медиков? Еще и на каждом корабле как минимум по фельдшеру. Поди еще и «Аптечек» нашпигуешь. Их ведь сами производите.

— Производим. Но их не так много, как хотелось бы. Поэтому глупо отказываться от традиционной медицины, там где это возможно. Артефакты только для самых тяжелых случае. Опасных для жизни. А так, ведь и при ранении в ногу можно загнуться, от потери крови или болевого шока.

— Как по мне, так масло масляное. Начальной медицинской подготовки для матросов более чем достаточно.

— Медицинская подготовка, само собой. Но отчего отказываться от содержания большого штата медиков, если мне это по силам. Это позволит существенно снизить потери личного состава. Знаешь сколько я заработал в Бразилии свободного опыта?

— Могу только предполагать.

— Больше пяти миллионов.

— Не слабо.

— Сейчас остались одни слезы. Он уходит в людей, как вода в песок. Результат будет, тут я не сомневаюсь. Но в будущем. И если я стану разбрасываться кадрами… Каждый потерянный человек, это серьезный удар по моей мошне. Так что, мне дешевле сберечь людей, чем каждый раз обучать новых вкладывая в них прорву опыта. Твои товарищи по партии правы, я хочу стать боярином. Но прийти к этому со своей командой, а не с той, что мне предоставит добрый дядя. А война, это самый лучший цемент. Она обнажает человеческое нутро и скрепляет дружбу.

— С этим согласен целиком и полностью.

— И еще. Ты сможешь подобрать десяток своих партизан?

— Допустим.

— Но только тех, кто согласится дать мне вассальную клятву.

— А потянешь? У тебя вассалов наверное уже под потолок.

— Пока нет. Но я уже на подходе к следующей ступени, так что добавится еще дюжина мест. Но таких ребят я должен иметь только в вассалах.

— Что-то мне подсказывает, что и в них ты станешь вкладываться опытом.

— Сначала да. Но очень скоро это вложение окупится сторицей.

— То есть, они будут добывать опыт на территории противника.

— Именно.

— Не хочу тебя обидеть, но партизаны… Эти люди из другого теста. Они не станут служить только за деньги.

— Не вопрос. Мой отряд будет выполнять приказы разведотдела генерального штаба. Так что, действовать мы будем сугубо в интересах России.

— Это другое дело.

— Так, Денис, в общих чертах я тебе все рассказал. Но тут нюансов еще на полночи разговоров. Там и вооружение, и тактика. А я есть хочу. Давай в ресторан, потом вернемся и поговорим более обстоятельно.

— Согласен. Признаться, тоже не ел, зная, что застану тебя за ужином.

— Вот и договорились.

— Катя? Матушка? — спустившийся в фойе гостиницы Борис замер, что говорится громом пораженный.

— Воспитанные дети замечают сначала матушку и только потом подругу, — шутливо-назидательным тоном произнесла Мосскаленко.

При этом она первой протянула ручку приемному сыну, чтобы он опять не напортачил. Измайлов приложился к ней, испытывая смущение. Все же она выглядела его сверстницей. Затем поцеловал ручку зардевшейся девушке. Надо сказать, прошедшее время для него не прошло даром.