Шрифт:
Бывают такие контракты, что их и выполнять не хочется.
Митра, капитан космического корабля экспериментального типа «Эссе хомо», неподвижно сжался в полукресле рубки, слепым взглядом уставившись на многочисленные панели, на которых однообразным потоком текли слова и числа, сливаясь в данные. Наконец, придя в себя, он со вздохом откинулся назад и закрыл глаза, обхватив руками голову.
Ему не нравилось ничего.
«Эссе хомо» повис в экзосфере планеты Посейдон-627, третьей из пяти планет, вращающихся вокруг звезды Пси созвездия Рака. Посейдон-627, названная согласно одной из классификаций периода Космической Конкисты, была планетой, по большей части, с тропическим и субтропическим климатом. Прямо под кораблем наемников раскинулась лазурная чаша Плоского Океана – главной достопримечательности этой планеты.
Обычно планеты категории Посейдон становились курортными планетами, однако буквально полтора столетия назад, во время первичного геологического исследования, разведка фирмы «Минерал Арт Индастриз» обнаружила колоссальные залежи редких металлов на дне того самого Плоского Моря. Это предопределило судьбу планеты.
Выкупив планету в свою собственность (а такое происходило сплошь и рядом даже во времена Космической Конкисты), фирма начала заниматься добычей ресурсов.
На протяжении десятилетий подводная инфраструктура «Минерал Арт Индастриз» разрасталась, усыпая пучину местами раскопок, логистическими маршрутами, геотермальными станциями, сложной сетью подводных перевозок. Наконец, полвека назад фирма вышла на запланированную производственную мощность, а потом многолетние инвестиции начали окупать себя: экспорт редких металлов сделал планету захолустной звезды, стоящей в стороне от основных торговых маршрутов, настоящей промышленной жемчужиной созвездия Рака.
Колониальная администрация планеты, подсчитав доходы, поняла, что самое время осваивать следующую ступень извлечения прибыли: развитие туризма. Благодаря продуманной и дьявольски дорогой стратегии добычи полезных ископаемых, «Минерал Арт Индастриз» умудрились оставить практически нетронутой подводную биосферу планеты.
На одном из двух материков, которые как раз и разделял Плоский Океан, был основан курортный город Акваторис. Он располагался на прибрежной полосе, где раньше была ремонтная база и космодром «Минерал Арт Индастриз». Время шло, город рос, туристические потоки ширились, все казалось мирным и благополучным…
А потом появилась проблема, как её назвал нынешний работодатель «Эссе Хомо», Менеджер По Разрешению Кризисов И Черт Ногу Сломит В Его Должности.
Капитан Митра тоскливо вздохнул и вывел на экран карту подводных владений фирмы. Изображение захватывало дух: это была целая страна различных сооружений, стоянок для подводного транспорта, аккумуляторов и осветительных устройств, раскинутая по ровному, как бильярдный стол, дну океана на десятки и десятки тысяч квадратных километров.
А потом Митра вновь включил видеозапись с подводной камеры, установленной для контроля состояния аккумуляторов на расстоянии трех тысяч километров от побережья.
Вот вдалеке, примерно метрах в полтораста, темнеет громадина аккумулятора, напоминающая осьминога с огромными щупальцами кабелей, оплетенных фосфоресцирующими водорослями. Вот плавают рыбы разной степени уродства, характерные для трех с половиной километров глубины. Вот из темноты появляется темный силуэт, при виде которого можно спятить. Вот силуэт трескается пополам и внутри показываются колонны, способные подпирать земную твердь. Вот до обмочившегося от ужаса сюрреалистической картины наблюдателя доходит, что это – пасть, в которую легко мог влететь корабль Митры. Вот пасть легонько сжимает аккумулятор и инерцией движения сносит установку весом в пятнадцать тонн, даже не заметив. Вот пасть проплывает над камерой, и та выключается, перегорев.
Это была единственная запись, которую удалось передать после четырнадцатого нападения в разных точках Плоского Океана. Почему-то остальные камеры и большая часть электроники перегорали незадолго до или во время нападения, а немногие выжившие сходили с ума. Впрочем, оно и неудивительно.
Пару раз тварь всплывала на поверхность, и тогда спутники могли фиксировать монструозную, невозможно огромную махину, которую прозвали левиафаном. Он достигал в длину примерно сорока километров и двигался на крейсерской скорости в океане от одного объекта фирмы к другому, в ярости разрушая и сминая все, что было построено человеком.
Откуда он взялся – вопрос, оставшийся без ответа. Ученые, члены команды «Эссе хомо» первым делом предположили, что виной был антропогенный фактор – деятельность фирмы, пробудившая этого представителя древней мегафауны. Представитель фирмы клялся с документами в руках, что обнаружение или пробуждение левиафана не прошло бы незамеченным, однако он просто возник из неоткуда. Даже подводные датчики не всегда могли отследить его перемещения, он будто телепортировался.
Экзобиолог Юмэ-но Сэкай лишь разводила руками: это существо отрицало своим существованием все мыслимые и немыслимые законы биологии и физики. Левиафан просто не мог существовать в природе, однако, мало того, что существовал, так еще и причинял чудовищные убытки компании: каждый день простоя обходился в сумму, которую фирма не могла возместить. Отсюда и возникала срочность контракта, а также нелепое решение проблемы.
Конец ознакомительного фрагмента.