Чтение онлайн

Смерть друга повергла ее в самый настоящий шок, хотя, говоря по правде, оказалась не столь уж неожиданной. Когда в пятницу вечером она уходила из библиотеки, ее помощник все еще продолжал работать, сидя перед видеомагнитофоном и с головой уйдя в какой-то очередной проект. Значит, он каким-то образом все же увидел руны — иного объяснения она не находила. Возможно, обстоятельства его гибели оказались еще более фантастическими, нежели любой из накопленных им случаев, однако она ни на секунду не сомневалась, что семена, из которых проросла его смерть, нашли благодатную почву именно в библиотеке.

Придя в субботу на работу, она обнаружила осаждавшую вход стайку журналистов, один из которых потом даже преследовал ее до самого дома, после чего несколько часов торчал под окнами, что-то крича и предлагая деньги за интервью. Ну уж нет, теперь она будет безвылазно сидеть дома и дожидаться прибытия полиции, а потом поедет в библиотеку и тщательно осмотрит личные вещи своего помощника на предмет возможного обнаружения тех самых рунических проклятий. Дороти не допустит, чтобы они попали в чужие руки. Фрэнка уже не вернуть, но, вероятно, еще можно что-то сделать, чтобы предотвратить повторение его жуткой участи.

Гарри позвонил Грэйс со станции, подняв ее с постели. — Повтори-ка еще раз, — проговорила она хриплым ото сна голосом. — Где ты сейчас?

— По пути в Лондон. Поезд прибудет с минуты на минуту.

— А мне показалось, что ты поехал на машине.

— Сейчас не время объяснять. Слушай, к себе в квартиру я вернуться не могу — Кармоди и его люди первым делом именно туда и нагрянут.

— Насколько я понимаю, особых результатов ты не добился.

— Итак, отправляйся домой, а я приеду к тебе. До моего появления не подходи к телефону, наружу носа не высовывай, не смотри телевизор, не слушай радио и никому, кроме меня, не открывай дверь.

— Ну хорошо, поступай, как сочтешь нужным. — На несколько секунд возникла пауза. — Да, сегодня приезжали из полиции — искали тебя. Я сказала, что сама не видела тебя уже несколько дней. Так все-таки что же стряслось?

— Сам не понимаю. Кармоди уже готов был полностью довериться мне, а тут вдруг кто-то взял и вставил мою фамилию в его черный список. — Гарри услышал, как под колесами приближающегося поезда загудели рельсы. — Ну ладно, мне пора.

— Постой, постой! Должна же я знать, что он собирается делать.

На лице Гарри появилась горькая ухмылка, когда он увидел притормаживающий состав.

— Скажу только одно: с минуты на минуту “молитвы дьяволу” станут достоянием широкой общественности. Встретимся через два часа.

Подъезжая на автобусе к зданию библиотеки, Дороти стала копаться в сумочке в поисках ключей от входной двери. Подумав о том, что, пока она будет разбирать вещи Франка, ей все же необходимо избегать встреч с представителями полиции и прессы, Дороти решительно надвинула фетровую шляпу на самые глаза. В данный момент лучшим защитным средством станет иллюзия старческого маразма.

После небольшого перерыва в дожде, суля близкую грозу, небо снова заволокли тучи, опустившиеся чуть ли не на крыши столичных зданий. Дороти застегнула пальто и встала с сиденья, успев с удовлетворением заметить, что часы показывали лишь половину десятого. Дежурившие у входа в библиотеку констебли потоптались там еще несколько минут, потом один из них что-то проговорил в свою трескучую переносную рацию, после чего оба они благополучно отбыли. Дороти немедленно устремилась к заветным дверям.

Переступив порог, она ощутила холодное, сырое безмолвие. Ступая по знакомому паркетному полу, Дороти шла к столу Фрэнка и живо ощущала нараставшую в груди тревогу. Еще издали она заметила, что библиотечный видеоблок остался включенным. Значит, дьявол проник к ним тем самым путем, которого она опасалась больше всего, а именно — через пульсирующий поток невидимых электронных частиц. Дороти с удовлетворением воспринимала самые замысловатые и запутанные варианты печатного текста, однако нынешний технотронный мир продолжал оставаться для нее полнейшей загадкой. Подойдя к столу, она поймала себя на мысли, что боится даже просто смотреть на видеотехнику.

Краем глаза она успела заметить, что изображение на экране как бы застыло на месте — это был стандартный проверочный тест аппаратуры. Потом прочитала инструкцию по пользованию видеомагнитофоном, хотя толком ничего в ней не поняла. Опасливо обойдя монитор стороной, Дороти принялась разбирать бумага, лежавшие на столе. Рядом с видеомагнитофоном лежал футляр от видеокассеты. Заглянув в прорезь на передней панели, она убедилась, что кассета по-прежнему внутри. Скорее всего, Фрэнк просматривал ее перед уходом и забыл выключить аппарат. Оглядев панель с пультом управления, Дороти надавила на “ПЕРЕМОТКУ”, а когда послышался щелчок, нажала на “СТАРТ” и стала смотреть на экран.

“ОДЕЛ Инкорпорейтед”

Затем пошла традиционная заставка, предупреждавшая пользователей о необходимости соблюдения авторских прав на видеосюжет, за которой последовала еще одна — предостерегавшая насчет того, что просмотр данной кассеты может причинить зрителю физический вред.

На Фрэнка это, судя по всему, подействовало, как красная тряпка на быка, — ведь он только тем и занимался, что выискивал подтверждения своих захватывающих теорий по поводу всевозможных заговоров. Разве мог он удержаться от того, чтобы не узнать содержание кассеты? Итак, он ознакомился с ним и тем самым подверг себя воздействию рунических проклятий.

Дороти остановила видеомагнитофон, нажала кнопку “ВЫБРОС КАССЕТЫ”, убрала ее в футляр, после чего выключила монитор. Именно это доказательство она и искала.

Но стала ли смерть Франка результатом злого умысла или же просто явилась следствием чьей-то ошибки? Не исключено, что кому-то стало известно о проводимом ими расследовании. И если он поплатился за это жизнью, то не уготована ли подобная участь и ей? В таком случае, ей не следует подвергать себя риску и нужно немедленно возвратиться домой. Но как же тогда сообщить кому-то о нависшей над ней смертельной опасности? Да и кто поверит старой, выжившей из ума библиотекарше? Дороти подумала было о “шабаше” в Кэмдентауне, но сразу же отбросила эту мысль — от этой затеи может оказаться больше вреда, нежели пользы.