Чтение онлайн

– Это то, что нужно сейчас всем - герои, в которых будут верить и за которыми пойдут хоть на край Вселенной.

– Все это хорошо, Гилад, да только не тех героев выбирает себе народ. Прославлять следовало бы тебя или джедаев, а в итоге всю выгоду извлек тот, кто оказался в ненужное время в ненужном месте, - Траест почесал загривок.
– В особенности мне жаль Коррана Хорна.

Пеллаэон, помедлив, кивнул.

– Да, человека, потерявшего Итор.

– О, ты еще не слышал последних новостей! Теперь его называют человеком, погубившим Итор.

– Кого-то же надо было во всем обвинить, - уголки рта имперца едва заметно дернулись, - Знаешь, в те полчаса между гибелью Шедао Шаи и крахом планеты я был горд тем, что он сделал. Он добился победы и смог спасти бесчисленное множество жизней. Теперь это все - ворнскру под хвост.

– Хуже. Весь Орден теперь выставили скопищем недоумков, а над военными Сенат установил строгий надзор, - Кре'фей ухмыльнулся.
– Может, мне податься к вам, в Империю?

Пеллаэон прыснул со смеху.

– А я еще собирался просить тебя сохранить мне местечко в той маленькой империи, которую ты планировал организовать в Неизведанных регионах.

– Почту за честь, сэр, - клыки ботана блеснули, когда он расплылся в дружеской улыбке.
– Я постараюсь держать тебя в курсе того, как развивается мой проект.

– Буду рад дальнейшему сотрудничеству, Траест, - Пеллаэон перевел взгляд на двух мужчин, которые спешно приближались к адмиралам.
– Генерал Антиллес, полковник Фел, что вы решили?

Джаггед Фел застыл на месте и неловко поднял взгляд на адмирала.

– Я отошлю одну из моих эскадрилий назад, сэр. Пилоты доложат обо всем произошедшем моему отцу. Сам я намерен остаться с двумя эскадрильями здесь, в Республике, буду служить бок о бок с Разбойным эскадроном. Надеюсь, вы поймете меня, сэр.

– Пойму, конечно. А еще я уважаю ваш выбор и завидую вам, - Пеллаэон протянул юноше руку. Обменявшись рукопожатиями с Фелом и Антилле-сом, он снова заговорил.
– Это не последняя наша встреча, друзья. Прямо сейчас мои люди напуганы и противятся сотрудничеству с Новой Республикой. Придет время, и они уже испугаются не сотрудничать с вами. Тогда я вернусь. Надеюсь лишь, что к тому времени еще не будет слишком поздно.

– Мы тоже на это надеемся, адмирал, - Траест Кре'фей еще раз пожал руку Пеллаэону.
– Да будут ваши звездые маршруты безопасными, а орудийные батареи - бьющими без промаха. Удачи.

– И вам того же, друзья, - Пеллаэон мерно зашагал вверх по трапу, лишь на секунду обернувшись, чтобы в его памяти навек запечатлелись эти лица. В его седой голове неотступно молотом стучала мысль, что он больше никогда их не увидит. Отбросив сомнения, он шагнул внутрь челнока, который в скором времени отвез имперского адмирала домой.

Джейна до сих пор не могла прийти в себя, даже после стольких часов, проведенных в комнате отдыха на «Ралрусте». Гибель Анни заволокла ее душу черной пеленой скорби, чему девушка несказанно удивилась и одновременно ужаснулась. Удивляло то, что скорбила она, в принципе, по человеку, которого едва знала. Дд, мы вместе летали и иногда проводили время,, но… Анни обожала азарт, но никто в здравом уме не станет соревноваться в азартных играх с джедаем, а потому она предпочитала находить себе других партнеров по сабакку. Однако в другое время они прекрасно ладили друг с другом, Джейна знала, что она нравится Анни, и испытывала к ней взаимные чувства.

Ужасало совсем другое. То, что когда погибла Анни, девушка вдруг поняла, что ничего о ней не знает. Когда полковник Дарклайтер составлял ее семье письмо соболезнования и попросил Джейну тоже набросать пару строк, та с ужасом осознала, что она вообще понятия не имела о существовании семьи у ее лучшей подруги. Анни ни разу даже словом не обмолвилась о своей жизни вне эскадрильи, во многом потому, что и сама Джейна не распространялась на эту тему, считая, что все и так знакомы с подвигами ее родных по сводкам голоновостей.

Девушка опустила тяжелый взгляд на инфочип, зажатый в правой руке. Пересилив себя, она тогда сумела написать письмо семье своей лучшей подруги и вот теперь получила ответ. В видеопослании пожилая женщина с красными от слез глазами, вытирая лицо ладонью, делала все возможное, чтобы не удариться в истерику. Она поведала Джейне, что ее дочь всегда писала о подруге исключительно в восхищенных тонах. Еще мать Анни добавила, что у нее сохранились кое-какие вещи, которые Анни хотела бы передать напарнице, и предлагала приехать как можно скорее на Кореллию и забрать их.

Я не знала. Я должна была знать. Я… Джейна прикрыла глаза левой рукой, но слезы просачивались сквозь пальцы. Чувство утраты незаметно дополнилось ощущением вины. УМОМ она понимала, что ничего не могла сделать для спасения жизни ведомой, но все равно продолжала укорять себя за то, что так и не сумела найти способ уберечь подругу от смерти. Теперь я понимаю, что чувствует Анакин после гибели Чубакки.

Она шмыгнула носом и распрямилась, утерев слезы тыльной стороной ладони, когда входная дверь в комнату слегка приоткрылась и в проходе возник человеческий силуэт. Она выдавила из себя легкую улыбку.

– Тебя мама послала?

Анакин лишь многозначительно пожал плечами и присел с ней рядом, только не в кресло, а на пол.

– Она знает, что ты захочешь побыть в одиночестве, но еще она знает, что тебе нужна поддержка и сочувствие родных. Я вызвался пойти к тебе, и она это одобрила.

– Но почему ты? Зачем я тебе?

– Обстоятельства. На борту столько джедаев, а я чувствую себя неуютно в их обществе. Одних гнетет ситуация вокруг Коррана, другие, вроде Бурта, удивляются, как это я смог избавить Галактику от такого количества вонгов, в то время как их чуть было не прирезали в первой же схватке, - он вздохнул.
–

Я заставил их усомниться в собственных силах, и мне тяжело мириться с этой мыслью.

– Это все еще не объясняет, почему ты пришел ко мне. Чем я отличаюсь от других?

– Я просто подумал… Ты потеряла друга, как и я. Вот поэтому…

– Ты просто искал услужливую жилетку, в которую можно поплакаться?

Он решительно замотал головой.

– Нет. Послушай, когда Даешара'кор умирала, она сказала мне… Я посчитал это глупостью, но…

Голос Джейны смягчился.

– О чем ты, Анакин?