Чтение онлайн

А рассвет только-только начинался. Едва видны мохнатые смолистые стволы великанов кедров, чёрно-синие колкие лапы угрюмых елей, крохотные сосенки по колено в позолоченном мху. Тут небось любая коряга чудовищем кажется! И взрослому страшно. А каково маленькому?

Снова долетел тягучий жалобный плач. Ромка кинулся на голос, следом — Артос с Фомкой.

Шиповник шипами впивался в бока им. Боярка колючками больно кололась. А лапы царапала злая осока. И сучья, как пики, торчали повсюду.

Исхлёстанный, поцарапанный, задохнувшийся Ромка остановился перевести дух.

— Где-то здесь, — выговорил он, вытряхивая хвою из бороды.

— В-вроде, — пророкотал Артос, выдирая из лап колючки.

— Наверное, — буркнул Фомка, снимая репьи с длинного хвоста.

И снова тишину прорезал плач. Такой жалобный и призывный, что друзья, позабыв об ушибах, занозах и царапинах, опять ринулись было в чащу.

Но тут под самым Ромкиным носом вынырнул Гриб Боровик и еле слышно пискнул:

— Стойте.

И Тонкая Берёзка склонилась над ним. Тихо-тихо прошелестела:

— Стойте... Стойте...

— Стойте! — пророкотал Древний Кедр.

И разом весь лес ахнул:

— Стойте!

Ромка с ходу — кувырком. На него — Артос верхом. А в Артоса — Фомка носом.

— Ах!

— Ох!

— Ой!

А у них над головой... Что-то затрещало. Что-то падать стало.

Не успел Ромка сообразить, что бы это значило, как перед его носом шлёпнулась в мох какая-то птица.

Огромная и чёрная, как смольё. Тяжёлые, словно из чугуна отлитые, крылья тускло блестели. Крючком загнутый клюв казался откованным из чёрной стали. И глаза у чёрной птицы были тоже чёрными с жёлтыми горящими зрачками.

— Кт-то в-вы? — переполошился Ромка.

Медленно поднялась чёрная морщинистая лапа. С металлическим хрустом разомкнулся стальной клюв. И друзья услышали:

Я — Дрревний Воррон Каррыкарр. Карр! Мне трриста лет. Я очень старр. Карр! Зверрям больным и хилым в дарр. Карр! Варрю целебный я отварр. Карр! А злых настигнет мой ударр. Карр! Карр! Карр!

И деревья, и птицы, и травы, и цветы — все замерли, пока пел Каррыкарр.

— Куда вы стрремитесь? — строго спросил Каррыкарр.

— «Куда-куда», — передразнил ворчун Фомка. — Не слышали разве: малыш плачет.

— Кха-ха-ха! — засмеялся Каррыкарр. — Кррасиво рразыграл вас Клык-Клык Гррумбумбес. Не зрря он владыка сонного царрства Спиешьпей...

Хотел Ромка спросить: почему страшила Клык-Клык Громбумбес — владыка? И что это за сонное царство? Да не посмел перебивать Каррыкарра.

Но когда тот сказал:

— Здесь же не паррк. Не скверр. Тайга...

Ромка рассердился и огрызнулся:

— Видим, что тайга, и что?

— Бррысь, кррасивый и глупый щенок! — грозно прокаркал Каррыкарр. — Любой тррухлявый Мухоморр муд-ррее вас трроих...

Артос набычил голову, оскалил клыки и хотел цапнуть обидчика Каррыкарра за крыло. Но крохотная Бабочка села Артосу на нос и еле внятно пропищала:

— Слушай старого Каррыкарра. Он всех мудрей. Он всё знает.

А Каррыкарр, важно расхаживая перед растерянными друзьями, заговорил сердито и назидательно:

— Тайга — огрромный, дрревний лес. Поррядки здесь дрругие. Законы стрроги... Клык-Клык Гррумбумбес мстит вам за спасённых порросят. Хоррошо ещё, что за грраницами своего царрства он не имеет колдовской силы. Но и хитррости у него больше, чем у вас трроих.

— Как сказать, — встопорщился Артос.

— Не хррабррись! — прикрикнул на него Каррыкарр. — Это не малыш плачет, а Клык-Клык Гррумбумбес крричит. Прритворряется, заманивая вас в дебрри. Вы поверрили, потерряли трропу и теперрь не найдёте дорроги через лес...

— С моим-то нюхом! — вскочил обиженный Ромка.

— С моим-то слухом, — буркнул рассерженный Фомка.

— С моим-то зреньем! — рокотнул разгневанный Артос.

— Тогда сррочно обрратно! — прокаркал Каррыкарр. — Быстрро! Прридёте на трропу — и ррысью, аллюрром. — Вдруг голос у Каррыкарра сник, и он уныло выговорил: — Только от крровожадного, коваррного Клык-Клыка Гррум-бумбеса вам не удррать. Он пррячется где-то ррядом. Всё рравно нас-стигнет. Ррастерзает...

— Что же нам теперь? — растерянно спросил Фомка, свивая вопросительным знаком длинный хвост.

— Как же мы? — забеспокоился и Ромка.

— Сррочно рразыщите хитррого Кррасного Лиса, — посоветовал Каррыкарр. — Крроме него, не вырручит никто. Скоррее. Скоррее...

– Бегите, — зашумели кедры. И ели. И сосны. И осины.

— Бегите, — зашелестели травы и цветы.

— Бегите! Бегите! — разом крикнули птицы и звери.

И друзья напролом через чащу бегом. К потерянной тропе. По болоту, по траве. По колючим кустам. А за ними по пятам скачет Клык-Клык Грумбумбес. И вопит на весь лес:

— Не спасётесь! Не уйдёте! Все мне в зубы попадёте.

И в самом деле Клык-Клык Грумбумбес быстро нагонял друзей.

И хоть перед псами кусты раздвигались, и травы сгибались, и прятал шиповник шипы, и хоронила острое жало злая крапива — всё равно друзья выдохлись, притомились и бежали всё медленнее...

Он был красный, будто пламя. От ушей до самых пят полыхал он, как закат.

Его знал весь лес, потому что другого такого Красного Лиса не было больше в тайге.