Рок
Шрифт:
Барри замолчал. Они стояли у стены дома, судя по его номеру, где-то в северо-восточной части города. Улица была пустынна. Они посмотрели друг на друга и решили, что для незнакомцев сойдут за сотрудников охраны. А для знающих Глетчера… да кто его тут знал?!
Без особых приключений они прошли три квартала, теперь Глетчер узнал местность и уверенно вел к больнице, она была рядом. Мимо них проехала машина службы безопасности, но не остановилась. Видимо, они настолько естественно торопились, что со стороны казалось, что они бегут по делам службы. А как же иначе? На самом деле они просто не заметили эту машину. У медицинского центра толпился народ. Немного, но для Амброзии целое столпотворение. Они без помех прошли внешнюю охрану и вошли в холл. Навстречу поднялся высокий охранник.
– Вы с визитом?
– Да.
– К кому?
– К Алисе Глетчер.
– Да, она у нас. Будьте любезны, ваши документы… Спасибо. – Охранник засунул карты в анализатор и через короткое время вернул их. – Ваши документы в порядке, господа, но я не могу вас пропустить.
– Но я же муж!
– Извините, мистер Глетчер, такова инструкция, все посещения надо согласовывать в администрации.
– Да все давно согласовано, сэр. Держите. – Бенни сунул в нос охраннику два пропуска.
Тот растерянно повертел их в руках, сверил с данными на дисплее компьютера.
– Простите, господа, но в сегодняшнем списке у меня нет этих пропусков. Хотя они и совершенно настоящие, но в них нет даты. Я не могу вас пропустить по ним.
– Сэр! – вступил в разговор Глетчер. – Вы знаете, какая фамилия у моей жены была до замужества?
– Нет, таких данных у меня нет.
– Так вот, ее отец – господин Харман, а я его зять. Теперь понимаете, откуда у нас пропуска с открытой датой?
Охранник побледнел, лицо его вытянулось. Он безропотно взял карточки, отметил их в компьютере и молча вернул.
– Похоже, ты его лишил дара речи, – прошептал Бенни, шагая вслед Глетчеру по длинному и безлюдному коридору. – Странная больница, людей совсем нет.
– А здесь и пациентов нет, вернее, почти нет. Сколько сюда не приходил, все время также пустынно было.
– Неужели в Амброзии так мало больных?
– Черт его знает. Пока тут жил, смотрел на людей, вроде здоровьем не блещут, а громадная больница пустая. Наверное, я чего-то не понимаю.
– Может, они дома лечатся?
Глетчер в ответ молча пожал плечами и, затаив дыхание, остановился перед белой дверью. Там его Алиса, как она его встретит? Он поднял руку, чтобы постучать, но внезапно дверь рывком распахнулась, оттуда донесся сердитый женский голос, а вместе с ним поспешно выскочил человек. Он очень резко захлопнул дверь перед самым носом Барри, прислонился к ней спиной и облегченно вздохнул. Это был врач, наблюдающий за Алисой.
– О! Мистер Глетчер?! – обратил он, наконец, внимание на стоящих перед ним людей. – А это кто?
– Мой коллега по работе, – Барри ответил таким тоном, что бедный доктор покраснел и побледнел одновременно.
– Простите, сэр, но господин Харман говорил, что вы пропали.
– Ну и что? Пропал, а теперь вернулся.
– Хорошо, очень хорошо. Алиса будет так рада!
– Доктор, как она себя чувствует? – голос Глетчера просел от волнения.
– Средне. Да, средне. Иногда бывает похуже. Но вы не волнуйтесь, ребенок под контролем. Вот только Алиса очень нервничает. Может быть, я ее подготовлю к вашему внезапному приходу?
Что-то не понравилось Адамсу в глазах доктора. Не говоря ни слова, он взял его за рукав, решительно отодвинул от двери и раскрыл ее настежь. Барри влетел в нее, и в ту же секунду из глубины комнаты раздался пронзительный женский крик и потом целый каскад неразличимых, но все равно понятных слов. Доктор затравленно смотрел в глаза незнакомому человеку и не мог заставить себя ни говорить, ни двигаться.
– Спокойно, доктор, спокойно. Давайте-ка, шагните через порог, вот так, отлично, а дверь мы за собой пока закроем.
Адамс огляделся: они находились в большом холле с мягкой мебелью и обеденным столом. За поспешно прикрытой дверью в дальнем углу громкие голоса стихли. Адамс усадил оцепеневшего доктора в кресло, а сам на цыпочках подкрался к двери. Там он, видимо, услышал нечто такое, что отбросило его прочь. Бенни помотал головой и заулыбался. Потом его взгляд наткнулся на испуганные глаза врача, и он сразу посерьезнел.
– Расслабьтесь, доктор. Как себя чувствуете?
– Нормально, – слегка заикаясь, ответил врач. Он стащил с головы белую шапочку и вытер ею вспотевшее лицо, обнажив обширную лысину. – Позвольте, кто вы такой?!
– Я друг, доктор, – ласково отозвался Адамс и участливо похлопал доктора по плечу. – Зовите меня Бенни.
– Да, понял, – поникшим голосом согласился врач и опять выжидательно застыл.
Адамс сел напротив и заглянул ему в глаза.
– Зовут-то вас как?
– Артур Оучи.
– Чудесная фамилия! Очень приятно. А лет вам сколько?
– Семьдесят шесть.
– И семья есть?
– Нет. – На глазах доктора внезапно навернулись слезы.
– Понятно, – кивнул Адамс. – Не прошел генетическую комиссию?
– Да, – Оучи всхлипнул. – И мама недавно умерла, теперь у меня никого нет.
– Сочувствую. У меня тоже никого не было.
– Почему не было? – спросил доктор.
– Потому что теперь у меня много друзей. Очень много.
– И мистер Глетчер тоже?
– Да, и мистер Глетчер тоже. Послушайте, доктор, а вы хотите стать моим другом?
– Да, хочу!
– Тогда признайтесь честно, как себя чувствует жена мистера Глетчера, и почему она на вас кричала?
– Скучает, – Артур махнул рукой. – А как иначе? Муж пропал, отец редко приходит, а последние два дня она даже дозвониться до него не может. Алисе здесь давно нечего делать. Но мистер Харман велел держать ее здесь. Меня это всегда смущало.
– Вот что, доктор, предлагаю вам один раз: хотите сменить вашу гнилую жизнь на настоящую, исполненную высокого смысла?
– Хочу! Да и Алисе доктор через пару месяцев понадобится. Вы ведь ее заберете?
– Да.
– А как? Здесь все охраняется, я вам не смогу помочь.
– Доверьтесь мне, Артур, все будет хорошо. Верите мне?
После продолжительной паузы послышалось твердое «Да».
Наконец-то дверь спальни растворилась и из нее вышла ослепительно красивая женщина, которую беременность только украсила.