Чтение онлайн

– Мне жаль, - бормочет он.

Я качаю головой:

– Нет, это не ваша вина. Я схожу в банк. У меня есть мысль о том, что произошло.

Я смотрю на тележку, заполненную краской и принадлежностями, и чувствую себя кошмарно. У меня есть немного наличных, но если мои подозрения верны, то эти деньги понадобятся мне для еды и более важных вещей. Если я хочу красить, то, возможно, у Ноны в гараже есть немного краски.

Как будто малярные работы так важны, Чарли, черт побери!

– Мне необходимо пойти в банк, чтобы разобраться, а это означает, что я оставляю покупки, и вам придется положить всё обратно. Мне так жаль.

Я не оборачиваюсь, наклоняю голову и, смущенная, направляюсь к выходу.

– Подождите!

Я поворачиваюсь и обнаруживаю его, толкающим тележку в мою сторону.

– Это подарок.

– Что? Нет. Я не могу принять такой подарок.

Он незнакомец и должен зарабатывать себе на жизнь.

– Цыц. Это мой магазин и когда я столкнулся с кризисом, ваш парень выручил меня. В любом случае я не хотел брать с вас деньги. Пожалуйста, примите его. Без условий и чего-либо еще, вам даже не нужно говорить об этом Шоу. Это просто то, что я хочу сделать.

– Я верну вам деньги потом.

Он подмигивает и качает головой:

– Тогда это не было бы подарком, не так ли? Это была бы рассрочка, а я же сказал – это не обсуждается.

Он выкатывает тележку на тротуар и смотрит на машину перед собой.

– Ваша?

– Ага, - говорю я, пытаюсь придумать, как отблагодарить его за доброту, которую я прежде никогда не получала без условий.

– Вы откроете багажник, а я все сложу.

– О, - я бегу к багажнику и открываю его дрожащей рукой, - спасибо.

Он улыбается и загружает багажник моими «подарками» и роняет крышку багажника, прежде чем снова посмотреть на меня, только теперь его взгляд наполнен пониманием. Он сказал, что пережил тяжелые времена, и я не удивлюсь, если он распознал это во мне.

– Не беспокойтесь, езжайте - разберитесь с банком и, если вам еще что-либо понадобится для ремонта – заходите ко мне.

– Огромное спасибо. Вы себе не представляете, как я ценю это.

Он усмехается:

– Я могу сказать то же самое о Шоу. Не берите в голову. Идите и наслаждайтесь вечером с ним, он тоже заслуживает этого.

Не знаю, почему делаю это, но я обнимаю его. Обнимаю совершенно незнакомого человека, который был добрее всех, кого я когда-либо встречала за все эти годы. Доброта и щедрость вдохновляют меня и дают понять, что хорошие люди существуют. Затем я отхожу и указываю головой в сторону банка дальше по улице. Он кивает и возвращается обратно в магазин, а я иду, чтобы разобраться с тем, что сделал Пол из мести.

Я захожу в прохладное, кондиционируемое здание банка и страшусь того, что меня ожидает. Интуитивно чувствую, что это не банковская ошибка. Хотела бы я, но моя жизнь не так устроена.

Банк небольшой, старинного вида и пустой. Я подхожу прямо к контрольной линии, на которой банковский служащий говорит: «Следующий, пожалуйста».

Тут же я сожалею о том, что ранее думала о маленьких городах, какие они замечательные, я забыла, что это также означает, что люди в них с ограниченным умом и глубоко засевшими, старыми обидами, которые они не могут отпустить. Молли Сейбер - яркий тому пример. Я буквально чувствую, как презрение из-за кассы проникает сквозь мою кожу.

– Шарлотта Барнс? Слышала, ты вернулась в город.

Её глаза косят, когда она изучает меня рентгеновским взглядом, пытаясь найти что-либо, чем она сможет меня спровоцировать. Что ж, она вполне может остановиться, так как я собираюсь преподнести ей повод для насмешек на блюдечке с голубой каёмочкой. Не сомневаюсь, она будет сплетничать об этом со своими друзьями и к концу недели половина города узнает обо всём.

– Да, я вернулась из-за работы. Так…

– Это не совсем то, что я слышала.

Она прерывает меня, поджав губы, что вызывает у меня желание шлёпнуть по ним ладонью. Вместо этого я вздыхаю и собираю всё своё терпение.

– В этом и проблема, когда дело доходит до сплетен, это – лишь сплетни.

Молли дёргается так, будто я действительно изменила ситуацию к лучшему при помощи простых слов. Но она меня не проведет, я не видела её с шестнадцати лет, тем не менее, она по-прежнему чертова сучка.

– У меня проблема с моим счётом, не могла бы ты, пожалуйста, посмотреть, почему мои карточки были отклонены, когда я пыталась их использовать? Знаю, что, по крайней мере, один из счётов вчера был в порядке.

Её брови поднимаются, а уголки губ слегка подёргиваются, будто она наслаждается этим. Я снова чувствую себя подростком, желающим выцарапать её глаза, не заботясь о последствиях.

Вместо этого я продолжаю молчать и находиться со своей стороны кассовой стойки, моё тело слишком напряжено и уже болит спина.

– Ну, похоже, что твой парень аннулировал счета.

Я кусаю губы, хоть они ни в чём и не виноваты, пока перевариваю сложившуюся ситуацию, как неизбежное. В самом деле, это моя вина, что я не сняла деньги прежде, чем Пол добрался до них. Наш счет должен был быть одним из первых, с чем я должна была разобраться. Вместо этого я отсиживалась вне укрытия подобно утке, сидящей перед охотником. Впрочем, зная Пола, если бы он захотел, сделал бы это в тот же день, когда выбросил мои вещи на тротуар.

– Выходит, что счёт закрыт без моей подписи? Не думала, что такое возможно, - эмоционально говорю я. Честно говоря, она и легкость того, как это могло произойти с кем угодно, бесят меня.

Она смотрит на экран, а затем обратно на меня.

– Заявка была оформлена, по украденным сведениям, о счёте, и к тому же ты подписала разрешение единоличной подписи. Он закрыл этот счёт и другой не открыл… это семейная проблема?

Моё сердце глухо колотится, я дрожу всем телом. Теперь это не имеет никакого отношения к Молли, тем не менее, она не оказывает содействия, и вдобавок всему виной моя собственная глупость. Я была глупой и теперь плачу большую, солидную цену за это. Я могла бы обратиться в суд, чтобы получить свою долю, но это значило бы, что всплывёт тьма информации, с которой я ни за что не хочу сталкиваться.