Реставратор
Шрифт:
Малышев не выдержал и побежал в ванную. Но тут же, весь зеленый, вылетел обратно. Его хватило только до ближайшего угла. Видимо, этот путь проделал не он один – весь угол был заблеван. Но Вячеслава это уже не беспокоило, его выворачивало так, что, казалось, сейчас в голове что-то лопнет.
Когда наконец спазмы утихли, Малышев утерся носовым платком и, решив умыться, направился на кухню. Ему бы понять взгляды оперативников, которые с зелеными лицами следили за перемещениями следователя. Они-то уже на кухне побывали…
– О черт! – раздалось оттуда, и снова послышались характерные звуки.
– Да что же здесь было? – пробормотал Глотов.
Не желая искушать судьбу, он выскочил на лестничную клетку, жадно ловя ртом воздух. В глазах стояли круги, живот стянуло холодным обручем. Глотов хотел нажать кнопку вызова лифта, но кто-то его опередил, индикатор показывал, что кабина движется вверх. «Может, кто-то сюда едет?» – с надеждой подумал фээсбэшник.
Так и оказалось. Дверь кабинки открылась, и появился запыхавшийся Порывайко.
– Евгений Романович, – спросил он, – что случилось?
Глотов, не в силах отвечать, показал большим пальцем на дверь – сам, мол, зайди и посмотри. Вам, крутым ментам, полезно. Не дав двери закрыться, он ввалился в кабину и нажал кнопку. Только бы доехать, только бы не опозориться прямо здесь!
Но не все желания сбываются. Лифт пошел вниз, и этого легкого движения хватило, чтобы и несгибаемого скрутило…
Чернов чувствовал, как в нем поднимается раздражение, но старался не подавать вида. Ведь Вован и его ребята ему ничем не обязаны. Наоборот, то, что они привезли его сюда, в сауну какого-то спортивного общества, давало Олегу хоть какую-то передышку. Здесь он мог почувствовать себя в относительной безопасности и посидеть, не озираясь по сторонам. Но как долго все это продлится? Не напьется ли бригадир так, что позабудет о своем обещании подвезти его к Жаку? Чернов, кровь из носу, утром должен быть у татуировщика. Хотя в этой лихой компании пьют так, что сказать заранее, чем все кончится, трудновато… Может, слезными клятвами в дружбе, а может, дракой. Все уже порядком в подпитии, у многих оружие, его никто и не скрывает… О том, что они в сауне и что парилка давно уже готова, все давно позабыли. Хорошо еще верхнюю одежду сняли, а потому Олег мог безошибочно определить, кто и чем вооружен, так что сомнений в серьезности ситуации не осталось.
– Знаешь, Олег, – Вован доверительно положил руку на могучее плечо бывшего сокамерника и поднял указательный палец вверх, – я, признаться, одно время и сам думал, что это ты девчонку порешил.
Олег вздрогнул и недоуменно посмотрел на сидящего рядом авторитета. Шутит так, что ли? Нет, Вован не шутил.
– А чего ты хотел? Тебя даже по ящику показали! И все как один говорят, что это ты сделал, – продолжал, оправдываясь, бригадир. – Но потом вспомнил, что ты был с нами в хате, когда мусоров порубили, и все понял. Ведь дикторша говорила, что и мусорня твоих рук дело. Вот тут я и въехал, что тебя в непонятку кто-то гонит. Да и не похож ты на маньяка. Вон какой вымахал, тебе бабы и сами дадут, зачем их насиловать?
– Я?! – возмутился Олег. – Я насиловать?
– Да нет же! – Вован почувствовал, как под одеждой соседа заиграли стальные мускулы. Такого лучше не злить. – Теперь все понимают, что это мусора какую-то игру с тобой затеяли. Тебя никто виноватым в этом деле не считает. Правда же, братва?
– Конечно, о чем разговор? – поддержал Костя. – Да и вообще, кончайте бодягу, пора выпить за ваше чудесное освобождение.
Он взял фигурную бутылку и разлил водку. Вован подмигнул подельникам и поднял свою рюмку.
– Давай, Олежка, выпьем за то, чтобы мужчина, где бы ни оказался, всегда оставался настоящим мужчиной. В деле так в деле, в камере так в камере, за столом так за столом!
– На бабе так на бабе, – добавил Марат, и все рассмеялись.
Авторитет выпил. Вся его бригада последовала примеру. Олег только пригубил и поставил. Нет, он ничего против Вована и его друзей не имел, но водку он не пил. И не только водку. Олег вообще не употреблял спиртное. Он и сам не знал, почему у него выработалось такое отношение к выпивке, но факт оставался фактом. Все близкие друзья знали об этом свойстве Олега и со временем научились не обращать на это внимания. Его просто оставляли в покое и не приставали со спиртным.
– Олег, а ты чего? – обиделся Вован. – С нами западло выпить? Или мы не ровня тебе, преступники, дерьмо, а ты весь в белом…
– Вован, не обижайся, но я вообще не пью. – Ну вот, началось. Вот за это он не любил застолья. Каждый раз объясняй одно и то же. Было бы куда податься, ни за что бы в эту сауну не приехал. – И я не различаю компании, просто не употребляю спиртное… Понимаешь, вообще не пью.
– Как это? – не понял авторитет. – А-а, спортсмен! Ну так я тебе как играющий тренер говорю: одну рюмку можно!
– Нет, ты не понял, я совсем не пью. – Как надоели одни и те же разговоры! И зачем он здесь? Надежды на то, что все скоро закончится и Вован его подвезет, оставалось все меньше и меньше.
– Как это вообще не пьешь? – недоверчиво спросил Вареник. – Ни разу в жизни?
– Ни разу, – подтвердил Олег.
– Но с нами выпьешь, – заявил Вован. – Если ты нас уважаешь, одну рюмку выпьешь.
– Вован, я вас всех уважаю, но…
– Нет! – не унимался бригадир. – Только одну, чтобы я видел, что ты наш. Свой, понимаешь? Свой!
Олег обвел взглядом зал. Заметил помост для тренировки штангистов, а на нем штангу с надетыми на нее блинами. Видимо, кто-то тренировался и оставил ее в таком виде. Сто сорок, многовато для его нынешнего состояния, но не станешь же при всех снижать вес.
– Хорошо, я выпью, – согласился Олег. – Но сначала сделаем так.
Он встал из-за стола, сопровождаемый удивленными взглядами подошел к помосту, наклонился к штанге и поднял ее. Черт, рановато он взялся за тяжести, да еще и без разминки… Но делать нечего, нужно ставить все на свои места. Стараясь не показывать, что ему тяжело, Олег подошел к столу и положил штангу так, чтобы ее гриф оказался на свободном стуле. Тот сразу разъехался под непомерной тяжестью.
– Ты чего? – опешил Вован. – Для чего тебе эта штука?
– А вот если уважаешь меня, подними, – предложил Олег. – А я за тебя выпью!
– Но… Да ты чего, ох-х-хренел, что ли? – Бригадир был явно растерян. Ситуация выходила из-под его контроля. – Я ее с места не сдвину!
– Ты меня уважаешь? – Олег подошел к сидящему авторитету и грозно навис над ним. – Ты меня уважаешь?
– Олег! – Попавший в переплет бригадир оглядел своих подельников. Он искал поддержки, но бандиты отводили взгляд. Во всяком случае, желающих вступиться за товарища не наблюдалось. – Олежка, погоди… ну посмотри сам, ты же видишь, я не могу! – просительным тоном проговорил Вован. – Пойми, я тебя уважаю, но не могу!