Чтение онлайн

Что с Лизой? — мелькнула в помутневшем сознании одинокая мысль.

Тяжело ступая на ватных негнущихся ногах, Роман обошел растекающуюся из-под Чукчи лужу крови, опустился на колени рядом с Лизой и тронул ее за плечо.

— Лиза!

Лиза не отвечала. Лицо ее было иссиня-бледным, глаза закрыты, казалось, что она не дышит.

Осторожно перевернув Лизу на спину, Роман похлопал ее по щекам. Лиза коротко вздохнула, и ресницы ее затрепетали.

Слава богу, это всего лишь обморок.

Роман поднял Лизу на руки и побрел, спотыкаясь, в сторону Аллеи Героев. Гранитная лестница казалась бесконечной, и когда впереди наконец-то показалась ярко освещенная оранжево-желтыми фонарями улица Маршала Чуйкова, Роман уже основательно выбился из сил.

Усадив Лизу на первую попавшуюся скамейку, Роман бросился ловить машину, однако редкие таксисты и частники проносились мимо него, даже не притормаживая, стоило им только заметить бессильно откинувшуюся на скамейке Лизу.

Плюнув, Роман огляделся и с радостью обнаружил, что, несмотря на поздний час, кое-какая жизнь на абсолютно пустынной на первый взгляд улице Маршала Чуйкова все-таки теплится.

На фасаде второго от скамейки дома по противоположной стороне улицы ярко горела переливающаяся всеми цветами радуги надпись «Продукты, 24 часа». Дверь в «Продукты» была открыта настежь, напротив двери прямо на тротуаре стояла насквозь проржавевшая «копейка» неопределенного цвета с открытым багажником. Разгрузкой багажника занимался какой-то мужчина, расторопно перетаскивающий в магазин картонные коробки с позвякивающим содержимым.

Мужчина оказался средних лет лицом кавказской национальности. Выслушав Романа, он равнодушно пожал плечами.

— Гостиница «Мамай», говоришь? Почему нет?

— Слышь, друг, — попросил Роман, — и достань нам какого-нибудь коньяку поприличнее из своих коробочек.

— Почему нет? — повторил кавказец и закопошился в багажнике.

— Вот, бери, дагестанский, настоящий, у меня весь хороший… — он протянул Роману бутылку, не удержался и покосился на Лизу, — а безобразничать не будешь?

— Не буду, не буду, — усмехнулся Роман, — я на сегодня уже отбезобразничал.

— Ну тогда поехали! — кавказец решительно захлопнул багажник. — Этот товар-шманар потом разгружу, не убежит. Сто баксов, и ты дома, дорогой!

Гостиница была километрах в двух, максимум в трех, однако Роман махнул рукой и согласился. Вдвоем они усадили Лизу на заднее сиденье, Роман примостился рядом. Когда «копейка», взвыв натруженным мотором, рванула с места, Лиза пришла в себя и открыла глаза.

— Что это было, Рома? Какой ужас…

— Не волнуйся, все обошлось.

— А где этот тип, он такой страшный, все как во сне…

— Он ушел, забудь. Давай-ка лучше выпьем.

Роман открыл коньяк, протянул бутылку Лизе. Сделав маленький глоток, Лиза поперхнулась, закашлялась, потом облегченно вздохнула и уткнулась лицом в грудь Роману.

В зеркале заднего вида мелькнули глаза кавказца, Роман встретился с ним взглядом. Кавказец усмехнулся и замурлыкал под нос какую-то восточную мелодию.

— … Вот такие дела, — Роман закончил рассказ о волгоградских приключениях и потянулся за рюмкой.

Роман, Лиза, Боровик и Арбуз сидели в кабинете Арбуза за огромным стеклянным столом, в центре которого в окружении разнообразных маринадов и соленостей располагалась запотевшая двухлитровка «Смирновки», установленная на штативе из бронзовой проволоки на манер колодезного журавля. В углу кабинета глухо бормотал телевизор с плазменным экраном в полстены.

Арбуз ухватился за горлышко, наклонил бутылку и поочередно наполнил рюмки.

— Ну что, выпьем за ваше чудесное избавление! — торжественно провозгласил он.

И добавил после того, как все выпили, задумчиво похрустывая пупырчатым нежинским огурчиком:

— А ты ведь, друг детства, теперь у нас вроде как маг и волшебник, Гэндальф, едрен-батон…

— Тихо, тихо! — прервал его Боровик и схватился за пульт телевизора. — Опять про Ромку!

На экране появился мрачный диктор на фоне заставки «Криминальная хроника», Боровик прибавил звук.

— … дополнительная информация о недавней трагической гибели известного певца Романа Меньшикова, — донеслось из телевизора. — Милиция продолжает расследование. Напомню, что популярный исполнитель так называемого русского шансона погиб в результате взрыва бензоколонки прямо в центре города, на углу Каменноостровского проспекта и Кронверкской набережной. Отрабатывая различные версии, в том числе и версию теракта, милиция пришла к однозначному выводу — взрыв произошел в результате неосторожного обращения с огнем самого Романа Меньшикова. Таким образом, дело в ближайшее время будет прекращено…

Боровик щелкнул кнопкой на пульте, и экран погас.

— Ну что, покойник, — подмигнул Арбуз, пододвигая к Роману «Смирнова», — вечная тебе память! Наливай, выпьем за помин души твоей грешной.

Разлив водку по рюмкам, Роман откинулся на спинку кресла и закурил.

— А что, может, это и к лучшему. По всему выходит, что некоторое время мне нужно побыть инкогнито.

— «Воля народа» не дремлет! — поддакнул Боровик.

— Еще как не дремлет, — Роман повернулся к Арбузу, — Миша, дай мне твою машину!

— Свою не дам!

— А я тебе хрен когда-нибудь налью!

Арбуз поднял руки вверх:

— Против лома нет приема! Приятно, когда человек обладает непреодолимой силой убеждения.

Нагнувшись, Арбуз пошарил в сейфе, вмонтированном в тумбочку стола, достал оттуда пластиковую карточку со связкой ключей и перекинул их Роману через стол.

— Свою машину не дам, возьми вот эту.

— Небось рухлядь какая-нибудь? — подозрительно спросил Роман, разглядывая ключи и документы.

— Да уж не «Ламборджини», тебе сейчас светиться ни к чему. Не боись, старый добрый «БМВ».

— А еще… — Роман взял свою рюмку и задумался.

— Что — еще? — поинтересовался Арбуз.

— Мне бы пистолет…

— Что? — удивился Арбуз.

— Пистолет, вот что, — раздраженно сказал Роман и залпом выпил водку, — это такая штука, которая стреляет пулями. Понимаешь, сейчас у нас настало опасное время, и вы-то вооружены, а я голый, как в бане.

— Понимаю, — ответил Арбуз, — понимаю и поддерживаю.

Он вопросительно посмотрел на Боровика, и тот, немного подумав, кивнул.

— Значица, слушай, — сказал Арбуз, — сам я тебе оружия не дам, чтобы потом в случае чего не пришлось врать. А ты сегодня приезжай в пять часов на рынок «Юнона», встань около рекламы «GSM» и стой. Будь одет так же, как сейчас. К тебе подойдут.