Чтение онлайн

— Приготовься к «американским горкам». Как только взлетим и сделаем пару виражей, нужно будет садиться. Расстояние небольшое, поэтому весь полет будет не более семи минут.

Александр помог Жене надеть шлем и правильно пристегнуть ларингофоны, благодаря которым пилоты могут спокойно разговаривать во время полета, так как винт и двигатель биплана находятся впереди кабины, что создает сильный постоянный гул. Николай Иванович прокрутил лопасти винта, чтобы прокачать сгустки масла в цилиндрах и вынул стояночные башмаки из-под колес шасси. Александр повернул тумблер магнето и нажал кнопку запуска двигателя. Девятьсот конских сил одновременно начали толкать клапаны девяти цилиндров, и лопасти винта загрохотали, нарушая тишину ночи.

Минут пять прогревали двигатель до определенной рабочей температуры, одновременно включая необходимые генераторы, датчики и приборы, ночные огни и гирокомпас.

— Ну, что, полетели?! — улыбнулся Саня и добавил оборотов. Стрелки датчиков температуры двигателя подошли к норме, и Александр отпустил гашетку тормозов. Биплан тронулся с места и покатился к взлетной полосе. Саша установил закрылки во взлетный режим, перевел двигатель в режим максимальной тяги, и амфибия начала разбег навстречу звездному небу. Александр плавно потянул штурвал на себя и четырехтонная «птица» оторвалась от бетонной полосы. Стрелки вариометра и высотомера двинулись с места, показывая стремительный подъем. Теперь журналист отклонил штурвал от себя, стараясь разогнать самолет в горизонтальном полете. Затем перевел двигатель в режим набора высоты, убрал колесные шасси, и накренил амфибию, разворачивая в сторону озера Заспа. Именно на этот объект было решено осуществить посадку.

Столичные огни мерцали под крыльями одинокого ночного странника. В темном пространстве были видны высотные прожекторы телебашен и заводских труб. Небосклон, усеянный звездным зодиаком, время от времени пронизывался хаотичными метеорами. Александр перевел самолет на снижение.

— Согласно расчетам, озеро Заспа должно быть прямо под нами.

Журналист подмигнул амазонке и убрал обороты винта. Радиовысотомер показывал пятьдесят метров, когда стали виднеться горящие окна шикарных домов и свет уличных фонарей. Это была правительственная Конча-Заспа. Журналист крайний раз сверился с показаниями приборов и приготовился к приводнению.

На тридцатиметровой высоте он затяжелил винт и добавил немного оборотов. Потом помалу выровнял самолет, уменьшив угол снижения вплоть до горизонтального полета. Включенный прожектор осветил водную гладь озера, Александр заглушил двигатель и резко потянул штурвал на себя, создавая нужный посадочный угол. Амфибия заплескала по волнам, направляясь к берегу.

— А ты сомневался, — расстегивая ремни, радовалась Женька. — Теперь я пропаду минут на сорок. Твоя задача готовиться к нашему возвращению.

— Может, пойти с тобой?

— Не нужно, — улыбнулась амазонка и выскочила в фюзеляж. Было слышно, как скрипнули двери и по металлическим предкрылкам застучали каблучки. Александр направил инерцию самолета так, чтобы левый борт причалил к самому берегу, и было удобно по нижнему крылу сойти на берег.

Саша настроил FM-частоту на приятную ночную мелодию. Это было популярное в Украине «Русское радио». Слушая песни на волнах российского радио, он в который раз поражался тем украинским политикам, которые занимались популизмом в языковых вопросах, что вызывало лишь омерзение среди всех многонациональных слоев населения.

К примеру, швейцарского языка, вообще не существует. Швейцарцы разговаривают на немецком, французском, итальянском и ретро-романском языках, а все федеральные документы издаются на четырех официальных языках. Разные кантоны или провинции используют разные языки и имеют свои культурные различия. При этом швейцарцы научились жить достаточно дружественно, не отказываясь от своих отличий. Искусственно созданное противостояние между Западом и Востоком в Украине муссируется только недоумками. Голый шовинизм в языковом вопросе раскручивается на фоне противоречий между политическими кланами — нынешней власти и так называемой новой «оппозиции».

Александра клонило ко сну, и он решил выйти на свежий воздух. Прохладная ночь последних дней октября еще дышала остатками бабьего лета. Шуршание кустов напоминало аплодисменты довольных зрителей, которые, казалось, видели летное мастерство журналиста.

— Вы рассчитывали, что мы вас не найдем? — неожиданно прозвучал голос из темноты, и навстречу к Александру вышел тип в сером пиджаке. — Вашему уровню наивности можно только сочувствовать.

Александр ощутил огромную ненависть к этому человеку. Это презрение было настолько сильным, что ему хотелось броситься на него и бить, пока не иссякнут последние силы.

— Зачем вы нас преследуете?

— Не вас, — поправил тип в пиджаке. — К вам мы не имеем никаких претензий.

— Тогда почему они есть к Евгении?

— Это длинная и непростая история. У меня, также как и у вас, существует много вопросов к этой девушке. Один из них, — зачем она так стремилась попасть сюда? Что за тайна, ради которой необходимо среди ночи поднимать самолет? Почему рядом с ней сейчас находится провинциальный журналист, а не команда профессионалов?

— Такие же вопросы возникали и у меня.

— И вы, конечно же, не имеете на них ответов.

— Кто вы такие? Что за организация? На кого работаете?

— На тех, на кого и вы, — улыбнулся тип и достал сигарету. — Наша контора относится к таким, которые знают больше, чем остальные. Так же, как и ваша организация. Курите?

— Спасибо, не хочу.

— Вы, по-видимому, представляете Женю такой себе Жанной д'Арк, — раскуривая сигарету, ухмылялся тип. — Согласен. Евгения действительно незаурядная фигура. Жанна д'Арк была по-настоящему одержима идеей — привести на престол законного короля Франции. Жила и билась ради этого. Женя тоже активно помогает приходу к власти одного из кандидатов в президенты. Деяния двух девушек имеют большое сходство. Но при дворе Жанне д'Арк места не нашлось — ее послали бороться с разбойниками. Отсюда, кстати, появилось слово «жандарм», «жандармерия». А потом ее отправили на костер, и сердце Жанны, по легенде, не сгорело. Оно не поддавалось огню, поэтому экзекутор просто выбросил его в Сену. Жанна говорила: «Я не боюсь ничего, кроме измены». И ее предали!

— Вы полагаете, что Евгению постигнет та же участь?

— А вы задайте этот вопрос Дмитрию Олеговичу, точнее, Пал Палычу. Но, думаю, ему не очень понравится ваша любознательность, и тогда вы навсегда останетесь плавать в мутном болоте своей провинциальной прессы, — тип в пиджаке начал так громко ржать, что кровь журналиста вскипела и тут же застыла как лед.

— Саша! — где-то с неба раздался голос амазонки. — Саша, проснись!

Александр открыл глаза и увидел перед собой радостную Женю.