Чтение онлайн

Выстрел, — рука солдата повисла на клочьях рукава, ещё выстрел, — следующий падает, хватаясь за ногу. Двоим, что залегли особенно удачно, он разнёс головы. Стреляли в ответ, стреляли часто, вот только смысла в этом не было никакого. Вероятность попадания, особенно теперь, когда из-за камня торчит только половина головы и правый локоть, ничтожна. Был бы у них пулемёт, тогда… Увы, пулемёт следует ещё притащить в такую даль, потом установить, а сложный механизм имеет обыкновение клинить на морозе. В конце концов, даже установи они пулемёт, пулемётчик стал бы его первой жертвой и больше к оружию никто бы не подошёл.

Но оказалось, что атаку не так просто остановить. Часть солдат валялась с отстреленными конечностями, оглашая равнину громкими воплями, но другие продолжали идти вперёд, не считаясь с потерями. Когда второй магазин опустел, пришлось ретироваться, поскольку он сам оказался в пределах уверенного попадания из солдатских винтовок.

Что же, противник обескровлен, теперь ставка на быстрый бег, пусть посоревнуются с ним в выносливости.

— Вперёд! Вперёд! — кричал Дриди. — Возьмите его, он ведь рядом!

Солдаты вопили от ярости, смешанной с ужасом, но команды выполняли. Вот только взяв высоту, где совсем недавно сидел стрелок, обнаружили там только десятки стреляных гильз и чёткий след на снегу. Он ушёл, оставив их с носом.

— Нужно идти дальше, — заявил Одри, указывая на след. — Он не мог далеко уйти, вы же видите. Это просто человек, идёт он с той же скоростью, что и мы.

— После того, что он натворил, я начинаю сомневаться, что он человек, — проговорил лейтенант странным тоном. — Человек на такое просто не способен.

— О чём вы, лейтенант? — воскликнул Одри. — Метко стреляет, согласен, но нас ведь намного больше. Так?

— Он выстрелил сорок раз, — продолжал давить своё Дриди. — Ни разу не промахнулся, почти все выстрелы по конечностям. С расстояния в полмили, если не больше. Это не человек.

— Умоляю вас, лейтенант, оставьте раненых и пойдём вперёд, мы ведь в шаге от разгадки.

— Мы пойдём, — спокойно сказал Дриди. — Но только потому, что я не намерен прощать ему убийство своих людей. И пойдём мы без солдат, сейчас я отдам приказ, со мной останутся трое унтеров, остальные с ранеными пойдут в тыл. Вы возьмёте своих.

— Моих почти не осталось. Но даже если на каждого раненого выделить двоих носильщиков, у нас останется…

Договорить капитан не успел, спокойная жизнь закончилась, как только Келд, снова ушедший недалеко, перезарядил магазины к винтовке. Теперь он бил слева, бил без остановки, солдаты, окончательно деморализованные, носились по камням с воплями, пытались спрятаться друг за друга, а многие даже бросили винтовки с подсумками.

Поймав унтер-офицера, чудом сохранившего остатки самообладания, лейтенант отдал ему последний приказ: уводить людей. Отдельно предупредил, что даже один забытый раненый — верная дорога к трибуналу. А крошечный отряд полиции и армейцев, выбрав безопасный (но куда более длинный) путь по неглубокому ущелью, отправились в погоню.

С сожалением выстрелив из винтовки последним патроном, Келд осторожно положил оружие на снег. Винтовка честно служила ему много лет, прощание с ней было равносильно прощанию со старым другом. Да и последние минуты владения ей прошли как никогда славно. Сам Келд никакого удовольствия в стрельбе по людям не находил, но оружию свойственно убивать, оружие для этого создано, оружие к этому стремится, оружие радуется, когда им владеют умелые руки, убивающие много и часто. Можно было думать, что эта винтовка с теплотой вспомнит бывшего хозяина.

Рядом валялась целая россыпь стреляных гильз, винтовка достанется врагам, хотя, какие это враги, просто глупые люди, имевшие несчастье связаться с тем, с кем связываться не следовало. Возможно, при наличии образца и патронных гильз местное оружейное дело рванёт вперёд. Или не рванёт, поскольку для автоматических винтовок ещё не пришло время, не придумали подходящую сталь, не создали рецепт пороха, не изготовили станки с нужными допусками. Даже если смогут скопировать, наверняка, в силу несовершенства изготовления, оружие окажется полным дерьмом, от которого откажутся военные. Да и объёмы производства патронов вряд ли позволит вооружать подобным оружием массовую армию.

Всё это он прокручивал в голове уже на бегу, осталось совсем немного. Оружие жаль, но ведь есть револьвер, патронов к нему хватает, да и стреляет он довольно далеко. Сгодится для последней схватки. Теперь бы только догнать.

Собственно, путь ему был ясен. Если не считать редких манёвров, призванных обойти совсем уж отвесные склоны и непроходимые ущелья, он мог двигаться по прямой, возможно, даже получится опередить Виньера и отрезать ему путь сразу к обоим окнам. Есть несколько мест, пройти мимо которых он не сможет, независимо от того, к какому окну идти. Вот только успеет ли Келд.

Надо сказать, что в этих местах он уже бывал, вот только было это, во-первых, летом, во-вторых, в незапамятные времена, около трёхсот лет назад, что даже для памяти Келда многовато, а в-третьих, рельеф здесь сильно изменился, возможно, из-за смещения ледников. Но при этом он умудрялся выбирать правильный путь. Не иначе, упомянутые духи продолжали шептать ему на ухо. От них же он узнал, что не успевает. Что Виньер внезапно вырвался вперёд, прибавил в скорости.

Причину он узнать не мог, но дело в том, что Виньеру попалось русло замёрзшей реки, теперь он уже не прыгал с камня на камень, а бежал по ровной дороге из льда, посыпанного снегом. Точка встречи приближалась, оставалось только…

Приступ головокружения остановил его и заставил присесть. Было ощущение, что он падает, но обе ноги крепко стояли на заснеженном камне. Началось, в прошлый раз такого не было. Или было? Увы, память о местных аномалиях хранилась где-то совсем глубоко в подсознании, достать её оттуда не было возможности, поэтому придётся всё изучать на бегу.

Усилием воли он заставил себя подняться и продолжить путь. Голова кружилась уже меньше, можно было представить, что всё в прядке, но для этого требовалось закрыть глаза. При открытых глазах назвать порядком ситуацию, при которой человек идёт не по горизонтальной поверхности, а по боковой, будучи наклонённым на шестьдесят градусов к настоящей поверхности земли, при этом вектор гравитации поддерживает его в этом положении. Со временем ему начало казаться, что всё в порядке, просто мир слегка повернулся, бывает такое, пройдёт скоро.