Регент
Шрифт:
Ничего угрожающего он не нашел.
И пришлось вернуться в рубку «Святого Георгия Победоносца».
– Ну? – рявкнул каперанг Приднепровский. – И что это было? Какие у кого предположения? Астрогатор! Что произошло?
Кап-три Рязанцев вскочил со своего рабочего места:
– Фрегат был нацелен именно в ту точку, где перед исчезновением находилась цель. Никакой ошибки не усматриваю.
– Тогда почему мы не вошли в туннель?
– Не могу знать, господин капитан первого ранга! Самое вероятное объяснение – потому что не было туннеля.
– Но ведь пространственная бомба не взорвалась. Я правильно говорю, капитан третьего ранга Перминов?
– Так точно! – отозвался главный безопасник «Победоносца».
– Значит, вход в туннель не должен был закрыться!
– То, что пространственная бомба не взорвалась, это удачный исход, – сказал Дед. – Мы-то, спрятавшись в коконе Фогеля, не слишком бы пострадали, а вот Новому Санкт-Петербургу досталось бы по первое число! Рядом с населенной планетой взорвать пространственную бомбу мог только сумасшедший!
– Он ее не взорвал, – напомнил кап-три Перминов.
– Господин капитан первого ранга! – Астрогатор выглядел очень возбужденным. – Должен вам напомнить, что на наших картах тут вообще никогда не существовало входа в риманов туннель.
– В таком случае куда делся беглец?
– Не могу знать!
– Я только что просмотрел запись со сканеров, – сказал старпом Свистунов, выглядевший подтянутым даже в ночное время. – Именно в таком режиме наши корабли уходят в туннели. Для наблюдателя со стороны – расплываются и исчезают. Полагаю, он все-таки ушел в туннель, о котором мы прежде не знали.
– А может, беглец потерпел аварию? – предположил Перминов. – В конце концов, всё ли мы знаем о пространственных туннелях?
– Да нет тут никакого туннеля! – взорвался астрогатор. – В такой близости от обитаемой планеты его бы давным-давно засекли! И около него дежурил бы какой-нибудь из наших кораблей!
Осетру стало ясно, что переливать из пустого в порожнее можно еще долгое время.
Понятно было одно – каким бы путем император Владислав ни унес ноги, это случилось. И Яна, скорее всего, осталась живой.
А это уже немало!
Искать императора и Яну мы будем позже. А сейчас требуется произвести совершенно определенные и неотложные действия.
– Послушайте, господа! – сказал он. – Вам не кажется, что теперь самое время захватить императорский дворец? Пока его возможные защитники деморализованы бегством своего командующего…
Все замолкли и обернулись к нему.
Похоже, только сейчас до них дошло, что главная цель заговорщиков – лишение Владислава Второго власти – кажется, достигнута. Пусть и неожиданно…
И пора подхватывать упавшее знамя!
Глава пятьдесят третья
Как ни удивительно, а поднять упавшее знамя власти оказалось очень просто.
Гарнизону дворцовой охраны был немедленно предъявлен ультиматум – в течение четырех часов сдать оружие. Всем была обещана жизнь и милостивое прощение со стороны регента.
В результате дворцовая охрана, немного постреляв друг в друга и уменьшив таким образом свою численность на два десятка человек, сдалась уже через два часа.
Десантники с «Георгия Победоносца», под руководством Найдена Барбышева занявшие дворец, не нашли никаких следов императорской семьи. Судя по всему, Владислав забрал Елену Прекрасную и ненаглядных дочек с собой.
Расстраиваться никто не стал.
Наоборот, если бы они остались на Новом Петербурге, возникла бы проблема – как с ними поступить?
А так: баба с возу – кобыле легче!
В течение следующих часов на сторону Остромира официально, с сообщением через средства массовой информации, перешли министерство обороны, имперской безопасности и имперское разведывательное управление. Министерство внутренних дел оставалось верно прежнему императору до тех пор, пока был жив его глава, граф Михаил Пантелеймонович Кушелев-Безбородко. Однако когда принявший сторону заговорщиков министр имперской безопасности Василий Илларионович Толстой встретился с графом Силантием Митрофановичем Бестужевым-Рюминым, подчиненные графа Кушелева-Безбородко взбунтовались, и он, застрелив в пылу бессилия пару своих людей (в том числе и Бестужева-Рюмина), был вынужден свести счеты с жизнью и сам. Поскольку руководителя у министерства больше не существовало, официального сообщения не последовало.
Центральный аппарат Адмиралтейства официально заявил о поддержке регента Остромира сразу же, как только средства массовой информации сообщили о бегстве Владислава. Командующие первого и второго флотов адмиралы Бельский и Оболенский ненамного отстали от центрального аппарата. Командующий третьим флотом адмирал Барятинский молчал целые сутки, прикидывая хрен к носу, но в конце концов тоже перешел на сторону восставших. После чего, если и оставались командиры отдельных кораблей, желавшие сохранить верность Владиславу Второму, они, в случае прямого выступления, были обречены на гибель.
Сумасшедших, мечтавших о таком подвиге, разумеется, не нашлось.
Руководство РОСОГБАК изначально находилось на стороне Остромира.
Таким образом, сутки спустя отстаивать интересы прежнего властителя внутри Росской империи оказалось некому.
После этого Осетр, все еще находившийся на борту «Святого Георгия Победоносца», пожелал оказаться на поверхности Нового Санкт-Петербурга и поселиться в императорском дворце. Тем не менее ему пришлось провести на орбите еще три дня – Дед, естественно, затеял замену всего личного состава охраны дворца.
Это было мудро, и потому Осетр не возражал.
В конце концов, что такое для «росомахи» потерпеть три дня! Тем более что скучать-то совсем не приходилось. Господа генералы запланировали и огласили личному составу приказ, в соответствии с которым майор Долгих (настоящая фамилия Приданников, а еще более настоящая Романов) производился в подполковники. Как ни странно, приказ был подписан самим Великим князем Владимиром (в просторечии «росомах» ВКВ), командующим РОСОГБАК.
Осетр полагал, что ВКВ вряд ли одобрит замену своего царственного брата на человека, который в первом приближении казался безродным ублюдком. В крайнем случае, он вполне мог пожелать самолично усесться на трон родного государства.