Чтение онлайн

И вот эти двое уже стоят на высоком скалистом берегу, на тонком выступе голой обледеневшей скалы, а внизу беснуется штормовое море. Сделай шаг - и полетишь в темную рокочущую воду. Злые холодные волны пенятся, шипят, с грохотом пытаясь сдвинуть скалы, россыпь искрящихся в зимнем солнце брызг долетает до босых ступней, и очень хочется отшатнуться, спрятаться за широкую спину...

Но вместо этого Виктория подставила лицо холодным порывам ветра. Это было больно, но не давало шанса расслабиться. Редкие солнечные блики отражались в поднимающихся волнах, переливаясь мрачными оттенками серого, и постепенно утихала боль в голове, и становилось спокойнее.

– Ты сама как стихия, – обнял ее со спины Вадий. – Непредсказуемая, сильная, неистовая. Трудно ожидать от ветра послушания, не так ли, Вика?

– Что ты задумал? – Виктория понимала, что мужчина не ждет ответов.

– Я хочу тебя вернуть, – просто ответил он и, почувствовав, как дрогнули плечи девушки, быстро добавил: – Не сейчас. Когда-нибудь.

– Так странно, я не ощущаю холода, но чувствую твои прикосновения. – Голос Виктории был тихим и задумчивым. – Зачем, Вадий? Почему вы сами не вселились в тело Валлида и не изменили этот мир?

– Все не так просто. – Вадий опустил голову ей на макушку. – Мы не можем вернуться в этот мир, а чтобы перенести чужое сознание, нужно двое. Один следит за приборами, второй контролирует процесс.

– Сознание? – Виктории показалось, что она ослышалась. – Сознание, не душу?

– А что есть душа?

Действительно, что? Нечто неуловимое, неопознанное, неизведанное, как русский характер...

– Это тонкая материя, энергоинформационная оболочка, результат связи сознания с физическими процессами, совокупность самосознания, памяти, характера, воспитания, – пробормотал Вадий в макушку. – Много еще чего скрывается за коротким и емким словом «душа». Но нам не нужна душа без разума, без памяти и навыков, поэтому мы переносили в новое тело все в комплексе. Знаешь, я не ангел, даже наоборот... И у нас с Ксю получилось не сразу. Но получилось же! – Виктория почувствовала, что он улыбается, зарывшись носом в ее волосы. – И получится еще раз. Ты не представляешь, как я хочу обнять тебя наяву, а не во сне. Никогда не думал, что это случится. Я всегда был одиночкой. Все мои жизни. Работа, наука, развитие. А оказывается, я так много пропустил... Не знаю, какого бога мне благодарить за то, что встретил тебя, за то, что ты оказалась...

«О, Отец Небесный! – расхохоталась про себя Виктория. – Нашел наивную дурочку!»

– ...непокорной, дерзкой, смелой. А еще доброй, щедрой, самодостаточной личностью. Самой лучшей. Хотя и вредной, конечно.

Сердце застучало чуть громче, Виктория улыбнулась и без злости спросила:

– Ты бог обмана и лжи, манипулятор хренов, коварный соблазнитель и гнусный лгун, почему я должна тебе верить?

Вадий молча повернул ее к себе, поймал взгляд.

– Вика, ты прожила хорошую жизнь, щедро отдавая сердце, любовь и нежность. Но все это было в другой жизни. В той, где тебя уже нет. Отпусти прошлое.

Да, нужно отпустить и жить дальше. Отпустить...

– Да легко! Вот сейчас проснусь и сразу же отпущу!

– Ты мне не веришь. – Это прозвучало достаточно горько, чтобы она засомневалась, но не более того. – Ладно, у меня будет время доказать, что я серьезен. Спрашивай.

– Итак! – На душе стало легко и беззаботно. В конце концов, Вадий за это время стал частью ее жизни, она испытывает к нему искреннюю симпатию и, что врать, огромный интерес, а еще это ее сон, и она здесь устанавливает правила, да и вопросов накопилось. – Что это за тело? И какие козни ты строишь, бог зла и порока?

– Узнаю мою Вику, – улыбнулся Вадий и сразу посерьезнел. – Не буду лгать, знаю, что ты не простишь. Эту девушку зовут Айрин. Айрин Ванеско - сирота, ей двадцать один год. Наркоманка со стажем. Именно наркотики привели ее к нынешнему состоянию. Она в коме полгода, и я уверен, душа в тело не вернется. Разрушена ее душа... Есть такое понятие – смерть души, так вот и прежний Алан, и Айрин больше не существуют. Мироздание не всех прощает, Вика.

– И ты хочешь поместить мою душу и мой разум в тело наркоманки?

– Я научу тебя излечивать физическую оболочку. Да и наука в мире, куда я тебя приглашаю, ушла далеко вперед.

– В мире? Ты не на Земле?

– Нет, – Вадий улыбнулся. – Тебе понравится новый мир. Я уверен.

– Погоди! – Виктория сжала виски. Новый мир. Вот так просто? – Слишком много информации. Мне нужно переварить. И понять, захочу ли я?

– Захочешь, – коварно улыбнулся Вадий, и девушка, в теле которой во сне оказалась Вика, стукнула его кулачком в грудь, настолько самоуверенной стала его физиономия. – Я буду приходить каждую ночь, и все твои ночи будут принадлежать мне. Я буду учить тебя и соблазнять, я не позволю ни на час забыть о себе, и ты сдашься.

Виктория рассмеялась. Наглец! Самоуверенный наглец! Но как же приятно вот так легко, не задумываясь, пикироваться с умным мужчиной, не веря в его доброту, но и подлости уже не ждать. Когда он успел занять такое место в ее душе? Когда успел просочиться в мысли и сердце? Нет, нет, это просто временное помутнение, это пройдет. Проснется, и все сразу же пройдет! Не может же она влюбиться? Ей пятьдесят один год, в этом возрасте не влюбляются в семисотлетних манипуляторов и интриганов!

– Мне нужно вырастить детей, – вместо протеста произнесла она и, не удержавшись, провела ладонью по его небритой щеке. – Разобраться с женами, – фыркнула со смехом. – Завоевать трон и разрушить устои. Ты согласен ждать?

– Хоть вечность. – Вадий перехватил ее ладонь, прижал к щеке. – Но что-то мне говорит, что ты справишься лет за двадцать.

– Двадцать лет ты будешь держать тело Айрин в коме?

Виктория грустно улыбнулась, давя в себе хлипкий зачаток надежды.

– В моем мире пройдет всего три года, Виктория. – Он обхватил ее лицо ладонями. – Дай мне шанс.

Как же это сложно: вновь довериться кому-то, поверить, начать жить с оглядкой. Зачем? А с другой стороны, что ей мешает и этот план воплотить в жизнь? Потом... когда здесь ей станет скучно. Интересно, как это - проживать несколько жизней в разных мирах? Дух авантюризма, словно зомби, восстал из глубин сознания.

– Давай попробуем, – вопреки всем мыслям ответили губы. Вадий искренне и с явным облегчением вздохнул.