Разрушь преисподнюю!
Шрифт:
– Слышь ты, хрюша! – перебила деваха, обращаясь к Куроедову. Она просунулась в окно Гаврилыча, и серые ее глаза сверкнули сталью. – Когда я тебя прихвачу, ты не то что подачки…
– Капитан Сычова! – Мужик в кожанке взял ее под локоть.
Она оттолкнула его руку и закончила:
– Ты у меня, хрюша, на горшке не усидишь без костылей! Усек?
Глаза Куроедова покраснели и словно вспухли.
– Пошла вон, тварь! Сперва нарой что-нибудь, потом вякай!
– Вот именно, Володь, – подхватил начальник охраны. – Они просто на понт берут, а ты реагируешь.
– Заткнись, удавлю! – прошипел Куроедов. Глаза его еще более покраснели и вспухли.
Гаврилыч пристально в него всмотрелся.
– Э-э, да тебя, вижу, повело.
Откинув со лба волосы, Куроедов шумно дышал.
Мужик в кожанке, пользуясь возникшей паузой, вновь попробовал оттащить напарницу.
– Пошли, Свет. Пусть пока меж собой разбираются.
Она вновь его оттолкнула.
– Погоди. Дай полюбоваться на козла с букетом.
Куроедов явственно заскрежетал зубами. Салон «Мерседеса» потемнел, будто погружаясь в грязноватую дымку. Брови Светланы приподнялись: она не поверила глазам.
Напарник ее в досаде проговорил:
– Валяй, любуйся. А я посижу в машине. – Он зашагал к «Москвичу».
Тяжело и часто дыша, Куроедов буркнул:
– Поехали, Гаврилыч.
Начальник охраны включил зажигание, однако Светлана продолжала смотреть в окошко, держась за опущенное стекло.
– Предупреждаю один раз, – сказала она, – подойдешь к этой девушке на три шага – хоть с цветами, хоть с ананасами, – отвинчу твои причиндалы против резьбы. Усек, хрюша?
Куроедов издал звук, напоминающий то ли стон, то ли вой. Грязноватый сумрак в машине почернел.
– Прочь, сука! – завопил он, протянув руку к Светлане.
Рука его, окутанная сумраком, точно ватой, удлинилась на полметра и растопыренными пальцами толкнула девушку в лицо. Ошарашенная Светлана, как пушинка, отлетела шагов на пять.
Гаврилыч резко дал газа, и «Мерседес» рванул с места. Куроедов, откинувшись на спинку сиденья, тяжело дышал с закрытыми глазами. Выехав на шоссе, автомобиль катил в транспортном потоке. Мрак в салоне рассеялся.
– Слетаешь с катушек, – констатировал начальник охраны. – Как фраер сопливый.
Куроедов пробормотал:
– Тошно. Хочу бульона.
Начальник охраны хмуро на него покосился.
– Ясное дело, гвоздь мне в печень. – Солнце, подкравшись сзади, просвечивало сквозь его оттопыренные уши. – Они менты, Володь. Я вижу их насквозь: ни шиша у них нет, а начальство требует. Вот и куражатся для оттяжки.
– Послушай, Гаврилыч…
– К чему залупаться, Володь? Держи себя под контролем.
– Мне нужен бульон! Пойми, образина! – возопил Куроедов.
Начальник охраны приоткрыл было рот, но лишь сплюнул в окно и прибавил скорость.
Обалдевшая Светлана поднялась с пятой точки. Алексей вылез из «Москвича» и бежал к ней.
– Напросилась?! – прокричал он. – Цела хоть?
Светлана демонстративно себя ощупала.
– Вроде бы. Как ни странно.
– Ну, Сычева… могила тебя исправит! Что произошло?
– Как обычно: я – им, они – мне. В общем, высказались.
Алексей зашагал к «Москвичу».
– Пошли, попробуем их догнать.
Светлана не двинулась с места.
– Зачем? Мы нормально пообщались.
Алексей покрутил пальцем у виска.
– Ты с ба-альшим прибабахом! То сюда, то туда – ей-богу, определись, Свет!
Светлана задумчиво проговорила:
– Заскочу-ка я в школу. Подождешь?
Алексей вздохнул.
– Во-первых, я не завтракал. А во-вторых, надо бы отметиться у Жмыхова: его уже искрит. Давай твою школу отложим.
Светлана покачала головой.
– Завтракай без меня: я не голодна. А у Жмыхова отметься сам. Скажи, у меня встреча с информатором. Проглотит.
– Про тебя, Сычова, он проглотит все что угодно. Любой у нас проглотит.
– Леш, брось. Сходи поешь с аппетитом.
– Между прочим, Свет, у нас дел вагон.
– С каких пор, Калитин, ты меня понукаешь? Ты – меня!
Махнув рукой, Алексей, приоткрыл дверцу машины.
– Где встречаемся?
Шагая к зданию школы, Светлана бросила через плечо:
– Позвоню тебе на мобильник.
При ее появлении охранник приподнялся за своим столиком.
– Э-э, простите…
– Уголовный розыск. – Махнув перед ним корочками, Светлана проследовала мимо.
За ее спиной охранник проворчал:
– Ну да, уголовный розыск. Вы жена учителя физкультуры.
Светлана обернулась.
– Если знаешь, зачем тормозишь?
Охранник раздвинул в улыбке мальчишеские усики.
– Работаю.
Светлана хмыкнула.
– Хороший мент из тебя получится.
– Нет уж, увольте.
– Подумай. – Она двинулась к спортзалу.
Школьный спортзал, как обычно, издавал характерные шумы: топот, хлопки, девчачьи визги. Светлана приоткрыла дверь. Учитель физкультуры, веснушчатый рыжеволосый атлет, проводил с шестиклассниками разминку, от которой с детей ручьем катился пот. Светлана произнесла:
– Кхы, кхы!
На эти звуки рыжий учитель оглянулся.
– Теперь отжимаемся! – скомандовал он. – Ноги на скамейку, грудь до пола! – Выйдя из зала, он полюбопытствовал: – Соскучилась, что ли?
Воровато оглядевшись, Светлана обняла его и поцеловала в губы. Затем пробормотала:
– Стас, ты бы не очень их… Цыплята же еще.
– Разговорчики! – улыбнулся Стас, и веснушки его разбежались по лицу. – Вложу в них здоровья сколько смогу. Спасибо потом скажут. Что, кстати, у нас на ужин?