Расстрельщик
Шрифт:
– Москвич?
– По рождению – да.
Молотов приподнял бровь, давая понять, что ждет разъяснений.
– Я всю жизнь прожил в Москве, но четыре года назад пришлось уехать.
– Далеко?
– Далеко, – без улыбки сказал Корнеев. – В Антипаюту.
– Это где?
– На Севере. Почти на одной широте с Норильском.
– Причина?
Корнеев помолчал, изображая секундное замешательство.
– В то время чистки шли одна за другой, – сказал он после паузы. – Мне предложили на выбор: или оставляю службу, или уезжаю из Москвы. Я решил послужить.
– Чем же вы занимались в Антипаюте?
Корнеев даже опешил. Он впервые встретил человека, который, раз услышав в разговоре незнакомое сложное название, был способен без усилий его вспомнить и воспроизвести.
– В основном работой оперативного характера.
– Это ваш профиль? – уточнил Молотов.
– Нет. Вообще-то я – аналитик.
– Я думаю, вам будет сложно освоиться у нас, – без разочарования, даже как бы равнодушно сказал Молотов.
– У меня хорошая подготовка. И я ничего не забыл там, на Севере. При стрельбе «сотку» делаю без труда плюс навыки оперативной работы. Ведь все это можно проверить.
– Проверим, – кивнул Молотов. – Проверяльщики у нас знатные.
Помолчали. Молотов думал о своем. Корнеев терпеливо ждал. А человек за его спиной все еще не проронил ни слова. Так хотелось обернуться и взглянуть на него. Но еще не представилось повода.
– Как же вы в Москве оказались? – снова вспомнил о госте Молотов.
– Всю жизнь на Севере не проживешь. У меня до поры не было мысли возвращаться в Москву, но в прошлом году приехал в отпуск, случайно встретился со старым знакомым, со Свечиным. Он предложил идти к нему в «Вальтер». Я еще подумал некоторое время – и написал рапорт об отставке.
– Так вы сейчас в отставке?
– Уже три месяца.
Сейчас разговор шел в струю. И про встречу со Свечиным, и про отставку – это пусть проверяют, здесь Корнеева не зацепить.
– Жилье у вас в Москве есть?
– Нет пока.
– А где живете?
– У родственников. Родители жены готовы разменять квартиру…
– Мы вас будем проверять, – внезапно сказал Молотов, прерывая собеседника.
Корнеев кивнул, давая понять, что нисколько в этом не сомневался.
– Сейчас вы пройдете с начальником отдела безопасности нашей фирмы, – Молотов кивнул за спину Корнееву, – заполните бумаги, которые требуются. Заодно обговорите вопрос оплаты. К работе приступите с завтрашнего дня. У нас не хватает людей, так что проверку будем проводить по ходу дела.
Будь Корнеев сейчас один, он непременно расплылся бы в улыбке. А может, даже счастливо рассмеялся бы. Потому что все устраивалось просто великолепно. Еще час назад жизнь виделась ему в мрачных тонах.
Молотов попрощался, давая понять, что говорить им больше не о чем. Человек у дверей поднялся с дивана, пружины скрипнули. И Корнеев обернулся. Чувство, которое он испытал, нельзя было назвать даже потрясением. Это было нечто сродни ужасу.
Перед ним стоял начальник охраны «Росэкспорта» – Захаров, собственной персоной.
Глава 31
Они молча, не обменявшись ни словом, прошли по коридору. Захаров шагал, сжав губы, отчего его лицо стало неприятным и строгим. Корнееву хотелось смять охрану и вырваться из превратившегося в ловушку особняка. Вошли в какой-то кабинет, где никого не было. Захаров захлопнул дверь и надвинулся на Корнеева, так что тому пришлось даже отступить. Корнеев подался назад и наткнулся на стену.
– Что за маскарад, Вадим? – спросил Захаров, зло щуря глаза.
Источаемую им недоброжелательность Корнеев ощущал почти физически. Нечто холодное и липкое – так ему представлялось.
– Я объясню…
– Ты чей? – резко спросил Захаров.
– Не понял.
– Кто тебя сюда заслал?
– Я сам.
– Врешь!
– Я сам, – упрямо повторил Корнеев.
Сейчас он увидел Захарова таким, каким не видел никогда прежде. И внутри стало холодно и пусто, как бывает, если внезапно наткнешься на змею.
– Я ухожу, – сказал Корнеев.
– Откуда?
– С прежней работы. И мне нужно куда-нибудь приткнуться, чтобы кушать хлеб с маслом. Попал к вам. Что тут странного?
Мозг работал лихорадочно, на ходу выстраивая последовательность причин и следствий.
– Странно то, Вадим, что я услышал от тебя в кабинете у Молотова. Ведь это липа все. Типичная легенда.
У них были одни учителя. И это создавало для Корнеева трудности.
– Вешать лапшу – не моя стихия, – сказал Корнеев. – Но сегодня пришлось.
– Зачем? – зло спросил Захаров.
– У меня подписка о неразглашении.
Захаров закатил глаза и шумно вздохнул. Его не так легко было провести.
– Уходи, – сказал Захаров. – Я тебя отпущу, но только скажи сначала, кто тебя послал.
– Я сам.
– Кто тебя послал?! – взорвался Захаров, брызжа слюной. – Я должен знать!
Он отвечал за безопасность «Росэкспорта» и уже понял, что означает появление здесь Корнеева. Их обложили и теперь станут достреливать. И он хотел знать, кто это будет делать.