Чтение онлайн

Миша указал на него пальцем:

— Ты следующий, Манни. А кто она?

— Понятия не имею, старина.

Манни повернулся и галантно вручил букет Присцилле, стоявшей рядом. Саша наблюдал за этой сценой с хитроватой улыбкой.

Вера взяла Мишу под руку. Они обменялись с гостями последними прощальными словами и направились к выходу. Родители уже ждали у лифта со слезами на глазах. Снова последовали поцелуи, объятия, и наконец молодые вышли из дома. У подъезда ждала машина, которая отвезет их в аэропорт. Оттуда на чартерном «Гольфстрим V» они полетят без остановок туда, где проведут свой медовый месяц.

Дом, расположенный на вершине холма, недалеко от Убада, в центре Бали, выходил окнами на живописную гряду вулканических гор Аянг-Ривер-Гордж и поднимавшиеся террасами рисовые поля. Он казался естественной частью тропического леса, из пород которого и был построен. Некоторые комнаты открыты всем ветрам, другие защищены от непогоды лишь стеклянными французскими дверями, открывая в то же время изумительные виды, от которых дух захватывало. Ветер разносил стрекотание цикад, кваканье лягушек, сладкий аромат цветущих растений.

Именно здесь, в этом доме, на огромной кровати из тикового дерева, под снежно-белой сеткой от москитов, Вера зачала своего первенца. Ночь за ночью, день за днем они с Мишей занимались любовью на этой гигантской кровати. Запах секса смешивался с ароматом цветущих деревьев, доводя их до безумия. Такого секса, такой страсти Вера еще не знала. Они словно изголодались друг по другу так, что этот голод невозможно было утолить. Для Веры любовь с Мишей всегда казалась чудесным подарком, но сейчас она как бы обрела другие пропорции, стала настоящим чувственным наваждением.

Переполненные пляжи с отелями, полными туристов, располагались далеко отсюда, как они и хотели. Здесь они проводили медовый месяц в полном одиночестве, если не считать исполнительных и ненавязчивых слуг. Читали, слушали музыку, бродили по округе, не думая и не заботясь абсолютно ни о чем.

Так прошли несколько дней, в еде, сне, прогулках, любви. Однажды утром Вера лежала в постели рядом со спящим Мишей и размышляла об этом чуде, их любви. Тело у нее ныло и болело в буквальном смысле, чего раньше никогда не бывало. Она ощущала необыкновенную наполненность, завершенность, чего раньше тоже не знала и не думала, что такое возможно. Она уже поверила в то, что Миша действительно ее любит, но никогда не думала, что он находит ее такой возбуждающей и желанной. Ни одну женщину, наверное, не любили так, как ее. Чем же она заслужила такое счастье? Достойна ли она этого?

Нахлынули непрошеные воспоминания о том ужасном вечере. Словно ядовитая змея прокралась в сознание и свернулась там, высунув раздвоенный язычок. Вера уже сотни раз говорила себе, что на самом деле никого не убила. То, что она тогда собиралась сделать, оказалось ненужным. Однако чувство вины не уходило. Намерения тоже имеют значение, говорил осуждающий голос. Намерения могут быть убийственными. Да, она шла к нему с твердым намерением убить, если понадобится. Значит, на самом деле она убийца… монстр! Она закрыла лицо руками, словно отгоняя видения. Вот Саймон сползает вниз, хватаясь руками за воздух. Потом тяжелый стук — он ударился о гигантский болт — и всплеск воды. Она смотрела туда, вниз, на темную воду, и ей казалось, будто она видит зловещий взгляд Саймона, его презрительно изогнутые губы. Он обвинял ее в убийстве.

Руки ее задрожали, она почувствовала, что задыхается. Непроизвольно застонала. Зарылась лицом в подушку, пытаясь унять боль. Никогда она не расскажет Мише о том, что произошло. Никогда в жизни не омрачит ту совершенную, идеальную любовь, которую они чувствуют друг к другу.

Дыхание ее постепенно успокоилось. Возможно, со временем эти ужасные видения и грызущее чувство вины исчезнут. Может быть, она перестанет ненавидеть себя. В конце концов, это Саймон собирался убить ее.

— О чем ты думаешь? — услышала она сонный голос Миши.

Вера заставила себя улыбнуться. Это оказалось совсем легко, если видеть перед собой его красивое лицо со спутанными иссиня-черными волосами.

— О нас, — спокойно произнесла она. — О том, как здорово будет оказаться в твоей квартире. И какой у нас потрясающий медовый месяц.

Он притянул ее к себе. Игриво укусил в мочку уха.

— Ты в самом деле так думаешь?

Мрачные мысли исчезли без следа.

— Да, я в самом деле так думаю.

— Давай-ка сделаем его еще лучше.

Он провел рукой по ее груди, чуть сжал пальцами сосок. Потом наклонил голову, почти благоговейно, подумалось ей, и начал ласкать грудь губами и языком. У нее дыхание перехватило. Она сжала рукой его член, наслаждаясь его мощью, его способностью дарить удовольствие и новую жизнь.

Они снова, в очередной раз, любили друг друга. Вера заснула, насытившаяся, удовлетворенная и — об этом они еще не знали — беременная своим первым ребенком.

Через несколько дней они улетели в Нью-Йорк, посвежевшие, чувствуя себя на вершине счастья. Теперь они не просто добрые друзья, экспериментирующие с сексуальными удовольствиями, как до женитьбы. Теперь они стали настоящими любовниками.

«Пусть так будет всегда, — молилась Вера. — Пусть мы всегда будем любить друг друга так, как эти последние недели. Боже, всемогущий Боже, только бы это не изменилось!»

Манхэттен-Бич. Бруклин

Дом выглядит дорогим. Невероятно дорогим. И чудовищно безобразным. Так думал молодой человек, подъехавший на своем автомобиле, также невероятно дорогом и роскошном, но отнюдь не безобразном. Несколько минут он сидел неподвижно, разглядывая отвратительное сооружение. Он никогда еще не видел, чтобы столько денег выбрасывали на ветер так бездарно. Беспорядочное смешение стилей, различных строительных материалов, всего, что только возможно. Похоже, что владелец и архитектор трудились над этим гигантским монстром совместно, стараясь не упустить ни одного исторического периода и ни одной дорогостоящей породы дерева.

Расстояние между Брайтон-Бич и Манхэттен-Бич совсем небольшое, но кажется, будто между ними пролегли десятки световых лет. Брайтон-Бич — это установившееся, обжитое сообщество обыкновенных эмигрантов из России, между тем как Манхэттен-Бич быстро превращается в дорогой анклав российских эмигрантов, добившихся большого успеха в бизнесе. И у многих из этих людей, так же как и у того, к кому он сейчас направляется, бизнес находится буквально за углом, на Брайтон-Бич.

Молодой человек выключил мотор. Сделал глубокий вдох. Он давно ждал встречи со старым неандертальцем из России с ужасающими манерами. Да, они прекрасно сочетаются с этим чудовищно безобразным домом, который он построил для себя и жены, такой же безобразной и вульгарной.