Пылай!
Шрифт:
— А это он мне не показывал, — произнес упырь, всматриваясь в плетение. — Нет, ты посмотри… это же…
Он замер, не донеся лакомства до рта, и не отрывал взгляда от плетения. Оно было настолько необычно, что больше напоминало странного паука, чем узел.
— Ах он засранец! Ты посмотри, что он сделал! — обернулся Роуль к Хойсо. — Видел?
— Видел, — кивнул черт. — Только не понял, что это было.
— Самонаводящийся узел с системой поддержки от стихии, которой рядом до задницы! — всплеснул руками Роуль, отчего хворостина взлетела вверх.
Упырь тут же подскочил и метнулся, чтобы ее не выронить, и в итоге поймал зубами.
— Фте пефли, — промямлил он, снова забираясь на крышу дома, с которого открывался прекрасный вид на ловушку. — Тьфу! Те петли, которые были у узла — это контуры сбора силы. Малые петли — это контуры жара. Орудие ближнего боя, а вон тот комок — поисковая система силы воздуха… Да, точно воздуха!
— И зачем он это сделал? — фыркнул черт. — Сиди себе и подливай силы. Этот анималист уже шерсть скинул, и спина вон вся облезла. Он почти сварился.
— Этот анималист пальцы за несколько секунд регенерировал. Что ему ожоги? — сморщился Роуль. — Живучий ублюдок.
— Тебе виднее. Я боевых форм не создавал. Не было нужды, да и мясорубка эта твоя — не мое, — пожал плечами Хойсо, откусывая следующую хворостину. — Демоны бездны! Почему у него получается так вкусно? Я не гурман, но…
— Даже я гурман и тоже спрашиваю себя об этом, — кивнул Роуль и указал на плетение, которое опутало анималиста и начало прожигать в нем нитями глубокие раны. Одна из нитей обвилась вокруг шеи и явно намеревалась отделить голову от тела. — Смотри-ка! Догадался!
— Что? О чем ты?
— Смотри на шею этой твари. Видишь белую от жара нить? Он пытается пережечь ему шею, чтобы обезглавить.
— М-м-м-м? Действительно. Ты ему рассказывал?
— Нет. Может он читал, а может сам догадался. Даже самый сильный анималист не отрастит себе тело или новую голову, — кивнул он и с удовольствием откусил лакомство. — О! Смотри! У него получилось!
— Ну, при таком уровне подготовки — не мудрено, — фыркнул Хойсо. — Но я думал, он устроит что-нибудь более фееричное.
— А это по-твоему было скучно? — обернулся к нему Роуль. — Он держал пламя на огромном пространстве минут семь, не меньше, и при этом еще умудрялся выдавать плетения.
Только тут упырь заметил, что старый друг в наглую сожрал оставшийся хворост.
— Ты… как ты мог! — возмутился он.
— Прости, Роуль, я не заметил, — с довольной мордой ответил Хойсо, хрюкнул, облизнул пятак и развел руками. — Это случайно вышло!
— Ты! Ты! Ты настоящий свинтус! — обиженно возмутился упырь и, сплюнув, спрыгнул на землю. — Вот так потом и приглашай тебя на представления!
Огонь спал, и Рус, вышедший из обгоревшего дома, подошел к телу. Тварь лежала отдельно от головы, из шеи сердце продолжало выталкивать лимфу с крупинками свернувшейся крови.
— Какая же живучая тварь, — сморщившись, произнес Рус и взглянул на голову, которая, в отличие от тела, вернулась в человеческое обличие.
— Это не волколак, — произнес Котган, подошедший к Русу.
— Это и раньше понятно было, — кивнул парень. — Ты старшего села видел.
— Да. Он знал, что это маг, — кивнул наемник. — Думаю, юлил он так, чтобы денег сэкономить. Тварь мы уложили, а у него может всей суммы не оказаться.
— Если у него вообще деньги остались, — кивнул Рус и подхватил голову анималиста. — Это надо в гильдию принести?
— Да. Этого будет достаточно, — кивнул старший воинов.
— Тогда я возьму остальное! — раздался голос Роуля.
Рус обернулся и обнаружил упыря в боевой форме. Он стоял, широко улыбаясь и поигрывая пальцами с длинными когтями.
— Здра-а-а-а-а-асть! — произнес он и развел руками. — Давно анималистов не пробовал. Редкое лакомство, хоть и на любителя…
Он подошел к телу и, обнаружив, что у того сердце еще бьется и выталкивает лимфу вместо крови, добавил:
— Тем более тушеных!
Упырь под удивленным взглядом наемника подхватил тело и с довольным видом отправился в ночь, махнув рукой и крикнув на прощанье:
— Обещаю громко не чавкать!
— Учитель Роуль! У меня есть к вам дело!
Упырь обернулся и заинтересованно уставился на парня.
— У моей сестры скоро день рождения. Я хотел сделать ей подарок.
— О делах на голодный желудок говорит не культурно, — произнес он и отправился с трупом мага дальше во тьму. — Я загляну ночью!
Рус обернулся к наемнику.
— Тащи сюда этого Токувара. Надо с ним поговорить, — протянул небольшую медную пластину с рунным ключом от дверей домов Рус.
— Парней отпускать? — спросил Котган, кивнув на воинов.
— Нет. Думаю, юлил он точно не спроста.
Луна аккуратно завернула последний порошок в вощеную бумагу и отложила в общую стопку.
Прошлый сезон выдался богатым на лихорадку и порошки для снижения температуры расходились на ура. Лекарь Жулье еще не давал ей разрешения на самостоятельную практику, и девушка занималась в основном простыми лекарствами необходимыми каждый день.
Поначалу ей было трудно.
Последний родной человек уехал из города, и это очень сильно давило на нее эмоционально. Все же быт и миропорядок в семье Жулье оказались совершенно другими.
Девочка каждый день по много часов практиковалась в чтении, но это было вызвано не трудолюбием, а огромным количеством освободившегося времени. Ее не нагружали домашними делами, она не готовила и в уборке не участвовала, за исключением своей крохотной комнаты. К тому же надзор за ее обучением контролировала супруга Жулье, оказавшаяся крайне строгой и дотошной женщиной.