Чтение онлайн

На привале Валентайн почему-то усомнился в успехе своей охоты. Гарпии могли быть где угодно.

– Вал, на реке свет, – доложил Оран.

Трое забрались повыше и посмотрели на север, на далекую точку на воде. Она была ближе к западному берегу реки, но шел ли свет с берега или с лодки, отсюда видно не было.

У кого хватило глупости зажечь огонь прямо на границе?

«Маяк для возвращающихся летунов?» – вдруг с надеждой подумал Валентайн.

Они решили проверить. Валентайн и Оран приготовили винтовки и пошли на север, стараясь держаться под прикрытием. Подойдя достаточно близко, чтобы разглядеть, что свет действительно идет с лодки, они остановились на минуту передохнуть, а затем поползли дальше.

– Это небольшая баржа и буксир, – глядя в бинокль, сказал Оран. Он лучше всех видел в темноте. Они залегли в небольшой яме, всматриваясь в реку из-за поваленного дерева, – вроде бы человек пять. У одного ружье. На барже никого. Она почти пустая. Свет электрический, не фонарь.

Буксир был пришвартован к одной из полуразрушенных свай, выступающих над водой. Возможно, это были остатки пристани.

Оран направил бинокль на баржу.

– Она на якорях спереди и сзади. Если там кто и есть, то они прячутся.

Порыв ветра с реки заставил их сморщить носы. Мужчины переглянулись.

– Я думаю, мы нашли их гнездо, – сказал Валентайн.

На скорую руку придумали план. Валентайн возьмет связку динамитных шашек и подплывет к барже.

Остальные двое используют другую связку динамита.

Джил сказал, что сможет бросить ее на те тридцать футов, которые отделяют буксир от берега.

– Вот, Вал, – сказал Дельвечио, снимая топорик с пояса, – тебе может пригодиться. Кто знает, что там, в трюме?

Оружие было нетяжелое и удобно ложилось в руку. Скорее военный томагавк, чем инструмент.

– Спасибо. Встретимся здесь, – приказал Валентайн. – Если будет погоня, просто дуйте отсюда на запад, не ждите меня.

– Надеюсь, тебя там не стошнит, – сказал Оран, но на его лице читалось беспокойство.

– Хватит терять время. Надо с этим завязывать к рассвету. Может, тот капюшонник в трюме спит.

Валентайн прокрался мимо фигур на буксире. Если пять человек не спали и стерегли в такой час, там, внизу, могло быть еще десять. Или они отправились на охоту вместе с гарпиями? Когда корпус баржи оказался между ним и буксиром, Валентайн подполз к воде. Динамит, спички и пистолет были у него на спине, в мешке, который, если повезет, мог спасти взрывчатку от влаги. Валентайн снял сапоги и погрузился в ледяную воду, сразу вспомнив про свое купание, про Гэбби, про то, как она согревала его полотенцем. Он сжал деревянную рукоять топорика и поплыл к барже, двигаясь, как крокодил: только глаза и ноздри были над поверхностью воды. Валентайн чувствовал себя таким бодрым и готовым ко всему, как будто только что пробудился после крепкого сна, а не провел восемнадцать часов на ногах.

Хорошо, что он давно не ел.

Когда Валентайн подплыл поближе, в нос ему ударила ужасная вонь баржи: мускусный запах, смешанный с чем-то более резким, похожим на скипидар.

Тусклый лунный свет обнажил детали древней баржи, ржавчину, облезлую краску, кустарную сварку, номер – М 33, – нарисованный на боку. Валентайн взял томагавк в зубы и поплыл брассом. Легкое течение подхватило его.

Молодой человек добрался до каната и, благодаря судьбу за его толщину, ухватился за него и подтянулся к краю борта, все еще держа топорик в зубах, как собака огромную кость.

Палуба баржи оказалась так же потрепана временем, как и борта. В ней имелся единственный люк, и он был открыт. Фонарь, а на самом деле фара от грузовика, работающая от автомобильного генератора, смотрел в небо, при этом заливая всю палубу бесстыжим, ничего не скрывающим светом. Валентайн пожалел о том, что не приказал Орану и Дельвечио открывать огонь, как только те увидят, что он на палубе. Надо бы придумать что-нибудь, чтобы привлечь внимание людей на берегу. Все еще болтаясь на канате, он осторожно положил топорик на палубу. Теперь или никогда.

Валентайн перебрался через борт и подполз к люку. Ожидая выстрела в любую секунду, он заглянул в вонючую дыру. Валентайн практически ничего не мог рассмотреть в темноте, но казалось, что пол примерно в шести футах внизу.

Валентайн прыгнул и приземлился босыми ногами в липкую грязь, с топором наготове. В трюме воняло, как на живодерне, и Дэвиду приходилось бороться с приступами тошноты, стоя в тесном маленьком помещении. В трюме было пусто.

Нет. Когда глаза привыкли к темноте, Валентайн осознал, что прислонившаяся к стене фигура – это гарпия, которая тяжело дышала, завернувшись в свои крылья, как в кожаный кокон. Струйка крови текла из ее тела. Гарпия была ранена, возможно, умирала. Среди мусора на полу валялись кости. Горка человеческих черепов украшала металлическую колонну – часть проржавевшего скелета баржи. Черепа были похожи на желтоватую связку кокосов. Впереди виднелась дверь.

У основания лестницы лежало тело, бледное, обнаженное и обезглавленное. И все же узнаваемое.

Валентайн нашел Гэбби.

Его охватила ярость. Валентайну было уже наплевать на вонь. Скользя по грязному полу, он подошел к спящей гарпии и увидел щелки ноздрей, кошачьи усики и огромные зубы. Гарпия часто, со свистом, дышала, и из ее рта капала слюна. Валентайн поднял топор и со всей силы опустил его на голову твари.

Гарпия рухнула на бок, не успев осознать, что произошло. Валентайн вскочил на нее, снова и снова погружая топор в кашу из крови и мозгов. Горячие брызги попали ему на лицо.

Со стороны люка донесся знакомый звук хлопающих крыльев, и свет от фонаря на палубе заслонила крылатая тень. Валентайн пересек трюм по направлению к двери, стараясь держаться подальше от люка.

Он может засесть там, поджечь динамит и взорвать еще пару гарпий к чертям собачьим.

Снаружи раздались выстрелы. Дельвечио и Оран, должно быть, запаниковали, увидев возвращающихся гарпий, и попытались остановить их до того, как они заберутся на баржу.

Валентайн, каким-то образом переборов себя, не смотрел на тело Гэбриэллы. Он вытащил пистолет и бросил рюкзак на ступеньки. Гарпия с раненым крылом влетела в люк.

– Добро пожаловать домой, сукин сын! – выкрикнул Валентайн, всадив пулю в живот твари. Гильза с грохотом отскочила от железной стены.

Гарпия издала жуткий, леденящий кровь, вой. В ответ послышались вопли снаружи. Валентайн знал, что сейчас призывает на свою голову всю нечисть как с неба, так и с буксира, но он хотел, чтобы тело девушки было далеко не единственным, что пойдет на корм ракам. Он услышал, впервые в жизни, грохот пулеметной очереди. У команды на буксире, вероятно, было достаточно оружия. Он наделся, что у Дельвечио и Орана хватит ума отступить и бежать на запад.