Чтение онлайн

Я зашла к Маркусу рано утром, но увидела, что он еще слишком слаб для долгих разговоров или знакомства с Луной и Регом, которыми собиралась порадовать его, и ушла, пообещав, что вернусь, когда он хорошенько выспится. Потом Лив показывал мне на карте расположение воронок (и тех, которые удалось ликвидировать, и тех, что еще оставались, и новых), места появления коганцев и замеченных следов от их порталов. По всей стране сейчас было относительно спокойно, новые воронки в большом количестве появлялись в сопредельных государствах, но не в Растании. Однако именно здесь сами маги появлялись с подавляющей частотой.

– Они что-то замышляют?
– спросила я.
– Если им нужны только соки мира, зачем тогда они вообще появляются здесь?

– И зачем хотят убить тебя. Неприятно это признавать, но мы пока этого не знаем.

Днем стало понятно, что лучше Маркусу не становится, даже напротив, у него поднялся сильный жар, он начинал бредить.

– Что с ним?
– спросила я, зайдя к лекарю.

– Я не могу сказать точно, - пробурчал лекарь.
– Но не думаю, что это связано с его обмороком... Похоже, он заболел.

– Заболел? Так почему вы его не лечите?

– Я сбивал ему жар уже несколько раз, но он поднимается снова, ткани горла воспалены и отечны, но стоит отвести от них излишек крови, как она приливает снова. А раз так, полагаю, не стоит вмешиваться в этот процесс.

– Что? Как это не стоит вмешиваться? Вы что же, не будете ничего делать? Вы же лекарь!

– Не горячись, Тания, - сказал Лив, тоже зашедший в палатку.
– На Эльдорисе редко болеют. Бывает легкая простуда, если недостаточно закаленный изнеженный организм резко переохлаждается, бывают тепловые удары, роды или больной зуб. Последнее крайне редко. Порезы, ссадины, реже более серьезные раны, в основном бытовые. Если Гиннель говорит, что жар поднимается снова и его бесполезно сбивать, значит, так оно и есть.

– Бесполезно, Лив? Ты видел Маркуса? Он бредит! Жар поднимается, когда организм борется с инфекцией, это хорошо, что борется, но температуру выше 38,5 сбивают, чтобы не давать нагрузку на сердце и вообще, - пробормотала я то, что хорошо запомнилось мне еще с детства, когда мы с сестрой регулярно подхватывали ОРВИ, особенно зимой.
– Стоп... Получается... Лив! Это я виновата!

– О, Тания, и в чем же ты можешь быть тут виновата?
– сказал Лив ласково, как говорят с любимым, но еще несмышленым малышом.

– Нет, Лив, я серьезно. У него вирус. Никто, кроме меня, не мог его заразить.

– Разве ты болеешь?

– Нет, не болею. Но это не имеет значения. В вашем мире нет тех болезней, которыми болеют у нас. А я - носитель многих из них. Наш иммунитет привыкает с самого детства бороться с сотнями разновидностей постоянно мутирующих вирусов. Уже не помню, кто рассказывал мне о семье староверов, живущих отшельниками в лесу вдали от других людей и цивилизации. Они жили так много лет, будучи полностью изолированными от мира, а потом их случайно нашла какая-то экспедиция. Они поговорили и ушли, никто из них не был болен, но этого оказалось достаточно, чтобы почти вся их семья умерла!

– Тания, если ваши вирусы так страшны, почему же тогда мы все еще живы? И я, и Эданор, и Джетта, и все, с кем ты когда-либо говорила?

– В общем-то, в словах Тании есть резон, - сказал молчаливо слушающий нас лекарь.
– Мальчик был сильно ослаблен, естественные защитные его барьеры истончены до предела. В таком состоянии он вполне мог подхватить этот самый вирус.

"Что же делать?
– думала я, подавленно передвигаясь из одного конца палатки в другой.
– Получается, я опасна для эльдорийцев? Я заразила Маркуса, просто побыв вблизи. Что же теперь делать?"

– Не вини себя, в конце концов, не ты это начала. А тех, кто достаточно долго с тобой общается, возможно, ты уже и не можешь заразить, мы привыкли к твоим вирусам. Как думаете, Гиннель?

– Вполне вероятно, что так, Ливолис. В любом случае, у всех нас работает достаточно эффективный барьер от любых чужеродных болезней, а вот мальчику предстоит перебороть этот вирус.

– Вы можете дать стопроцентную гарантию, что он справится?
– спросила я.

– Ну...
– начал было лекарь, но его тон не понравился мне, и я не стала дожидаться ответа, а выбежала из палатки в сторону нашей с Ливом. Это более чем маловероятно, что я взяла с собой что-то подходящее, жаропонижающее возможно, но вот как быть с первопричиной, с самим вирусом? А что, если стерильный организм, никогда прежде не сталкивавшийся ни с чем подобным, не справится? Я должна помочь ему!

Перерыв содержимое аптечки уже в который раз, я не нашла ничего, кроме упаковки парацетамола, причем взрослого.

Лив уже с минуту стоял у входа и молча наблюдал за моими действиями.

– В любой ситуации сначала лучше успокоиться, ати, - сказал он, когда я все-таки обратила на него свой измученный взгляд.

– Научишь, как это сделать?

Лив улыбнулся.

– Сядь, глубоко вдохни и медленно выдохни несколько раз, закрой глаза и постарайся расслабиться.

Со вздохом я послушно села и прикрыла глаза. Успокоение наступать не спешило. Я чувствовала свою вину в случившемся с мальчиком.

– Мне страшно, Лив, - сказала я.

– Он справится.

– А вдруг нет? Я никогда не смогу себе этого простить. Я должна это сделать.

– Что ты задумала, ати?

– Если магия не помогает против земного вируса, значит, нужно земное лекарство. Я должна вернуться на Землю. Ты поможешь мне?

– Хорошо, - кивнул он.

– И еще. Лив, убеди меня, что я смогу вернуться, прошу тебя.

– Не сомневаюсь, что сможешь. Но я обещаю тебе, если у тебя возникнут какие-то трудности, я верну тебя сам.

– Хорошо, спасибо, Лив. Мне нужно всего несколько часов там. Но... я боюсь. Что, если я попаду в какую-нибудь временную петлю? Или не смогу сразу вернуться? Объясни мне, Лив, почему ты не мог сразу вернуть Эда обратно на Эльдорис, когда понял, что на Земле ему тоже небезопасно? Почему не мог вернуть меня домой? Или ты мог?

– Нет, не мог, Тания. Все дело в Созвездии Змея. Оно показывается на небосклоне на два месяца в году и затмевает своими излучениями видение потоков, существенно усложняя, а порой и делая невозможными дальние переходы. По хорошо отработанным потокам можно перемещаться и, так сказать, вслепую, но между мирами это практически невозможно. Мне пришлось отправить Эда, когда Змей уже показался, но еще не вступил в полную свою силу, потом я искал кристалл, который помог бы мне лучше сфокусироваться на переброске Эда, выбирал наиболее точное соответствие координат там и тут, чтобы не промахнуться с порталом. Но переместить тебя на Землю, на которой не осталось ощутимых ориентиров, главным из которых для меня являлась ты сама, вслепую, было просто невозможно. И не забывай, небезопасно.