Путь кшатрия

The Times They Are A-Changing, Bob Dylan

Ученик спросил Мастера:

— Что есть Будда?

Мастер ответил:

— Будда есть ум.

Ученик спросил:

— Тогда что есть Путь?

— Путь есть не-ум.

— Что же, Будда и Путь — это разные понятия?

— Будда — это открытая вытянутая рука, а Путь — это рука, сжатая в кулак.

— …Ракшасы и обезьяны окружили поле, на котором бились Рама и Равана, и, прекратив сражение, стали недвижно с обеих сторон, словно нарисованные: повергнутые в изумление и ужас, глядели они на тот небывалый поединок. И боги смотрели с небес на единоборство человека и ракшаса…

Женщина, сидящая возле детской кроватки, тонкими пальцами перелистнула страницу книги и приятным тихим голосом продолжила читать. — … Равана пронзил своими стрелами коней Рамы. Но не сразили их стрелы Раваны, даже не дрогнули небесные кони, и быстрота и сила их не умалились. Тогда повелитель ракшасов затмил небо своими пылающими стрелами, и, сливаясь одна с другою, они нависли над головами сражающихся, как второй небосвод, объятый огнем. И Рама послал им навстречу непрерывный поток своих стрел, и стрелы Раваны и Рамы сталкивались в воздухе с оглушительным громом. И обе колесницы, управляемые искусными возничими, носились по полю, как тучи, извергающие ливни. И Равана пронзил многократно Раму и Матали своими стрелами, и Рама поразил Равану и его колесничего; но оба — и Рама и Равана — стояли неколебимо и продолжали битву, не дрогнув под ударами; и возничие их продолжали править конями. Колесницы Рамы и Раваны сошлись и снова разошлись, и оба могучих воина непрерывно обрушивали друг на друга удары стрел, и дротиков, и копий, и булав, и палиц; земля сотряслась от их боя, и громом наполнились окрестности.

Сидя на кровати, мальчишка увлеченно слушал очередную главу о приключениях своего любимого героя- Рамы. Легендарного древнеиндийского царя Айодхьи, сына правителя Дашаратхи. Мальчик представлял себя на его месте: красивый, сильный, облаченный в золотые доспехи воин, скачущий на золотой колеснице. В руках лук и стрела. Он натягивает тетиву и стреляет по зловещему ракшасу. Вокруг сражается его доблестная армия — Ванары. Каждый воин восхищается своим лидером и все с большим усилием продолжают биться с демонами. Не на жизнь, а на смерть…

От разыгравшегося воображения, мальчик отвлекся от рассказа.

…-Наконец Рама поместил на тетиву своего лука огромную стрелу, подобную чудовищной змее. Натянув свой лук, он послал ту стрелу в Равану — ею снес он голову с плеч повелителю ракшасов. И на глазах обитателей трех миров — земли, и неба, и подземного царства — голова Раваны упала на землю. Но тотчас на месте ее выросла новая голова, подобная прежней!

Мальчик от волнения вздрогнул и с еще большим интересом стал слушать женщину.

… - И эту голову в тот же миг отсек Рама своими стрелами, и мгновенно новая голова появилась на ее месте. И эту отсек сын Дашаратхи. И так одну за другой он отсек сто голов у Раваны, равных сиянием, и всякий раз новая голова вырастала на месте прежней. И семь дней и ночей, не прекращаясь, длилась эта битва, и Рама не мог одолеть царя демонов, который казался бессмертным. «Поистине, это те самые стрелы мои, которыми были убиты Марича, и Кхара, и Вирадха, и Валин, — подумал Рама. — И я не могу постичь, почему бесполезна их сила, обращенная против Раваны». Тогда Матали сказал Раме: «Почему устрашился ты его, о воин? Порази его оружием, заклятым именем Брахмы. Ибо пришел час его гибели, предсказанный богами». И Матали подал Раме пылающую стрелу, созданную некогда самим Брахмой, Прародителем богов, для Индры. В оперении ее заключен был Ветер, в острие — Огонь и Солнце, в древке — Небо, в тяжести ее — горы Меру и Мандара…

— Да!! — выкрикнул мальчишка — Вот он ему сейчас задаст!!

— Потише Шаста — сказала женщина, кашлянув в кулак — А то разбудишь всех соседей.

Мальчик посмотрел за плечо женщины. Вроде все в порядке и никто не проснулся. Но от чего-то вдруг Шасте показалось, что было тут что-то не так.

В комнате царил полумрак. Лишь только небольшая цилиндрическая лампадка, с изображением дракона освещала его кровать и лицо женщины. Все остальное вокруг было не разглядеть, из-за темноты окутавшей все пространство. На момент мальчику показалось, что они совсем одни в этом месте, даже за отрытой дверью нет никого живого. Только он, его тетушка, и маленькая лампадка, которая теплым светом озаряла их.

— Я продолжаю — посмотрев на мальчика, сказала тетя. Шаста все с таким же интересом продолжил слушать рассказ.

— … Поместив ту страшную стрелу на свой лук, Рама выпустил ее в Равану. И стрела Брахмы, посланная Рамой, поразила Равану, разверзла грудь его и, пронзив сердце, омытая кровью ракшаса, вернулась в колчан. А Равана упал бездыханный….И бежали ракшасы, лишенные надежды, а обезьяны пустились преследовать их с деревьями и камнями в руках. Оглушительным ревом возгласили обезьяны победу Рамы. В небе зазвучала труба, и дождь цветов упал на колесницу Рамы. Ярче засияло солнце, ветер, напоенный благоуханием, овеял землю, и вселенная обрела мир… — женщина закончила читать.

— На сегодня все — сказала она, и положила книгу на тумбочку рядом с кроватью.

— А чего так мало? — надув губы спросил мальчишка.

— На сегодня хватит. Завтра уже конец дочитаю и все. Тебе понравилось? — спросила тетя

— Да! Здорово он его. Я знал, что Рама справится, он сильный. Вот был бы у него еще автомат как у дяди, тогда вообще он бы его сразу прижучил! — мальчик резко махнул пальцем по воздуху.

— Шаста — засмеялась тетя, — Какой ты все таки фантазер — тетя пригладила волосы мальчика и улыбнулась — Ладно. Давай уже спать.

— Не, я не очень хочу — сказал мальчишка.

— Надо Шаста. Завтра мне рано вставать. И тебе надо набираться сил.

— А вдруг ко мне не придут ракшасы ночью? Они страшные — мальчик нахмурил брови и натянул одеяло повыше.

— Не бойся, никто тебя не тронет — улыбнулась тетя.

Шаста краем глаза увидел промелькнувшую тень за дверью. " Может это кто-то из соседей возвращается?" — подумал мальчик. — "Но так поздно и без лампадки? Странно…"

— Все, я пойду, а то тоже спать хочу, доброй ночи Шаста — тетя поцеловала мальчика в лоб и улыбнулась.