Пульс
Шрифт:
— Я измельчаю их в комбайне «Магимикс».
— В жизни не поверю.
— А моя подруга Хейзел использует для джема скороварку.
— Вот я и говорю. Это все равно что варить яйцо. Или, может, жарить яичницу? Опрос общественного мнения показал, что все делают это по-разному и каждый считает, что его способ — самый правильный.
— И какой отсюда вывод, о хранительница общей темы?
— Ларри говорил, что все мы одинаковы. Но это не так. Даже в мелочах мы различаемся.
— Мармеладная теория национального характера.
— Поэтому не бойтесь стать европейцами.
— Не знаю, где находился Ларри — в нашей стране или за ее пределами, — когда уважаемый министр финансов, мистер Браун, который скоро станет бывшим премьер-министром, сформулировал условия для входимости старого доброго британского фунта в болото заграничного евро.
— Не входимости, а сходимости. Признаки сходимости.
— Кто сейчас помнит эти признаки? Хотя бы один?
— Никто. Они и не предназначены для запоминания. Их разрабатывали, чтобы нагнать туману, а потому запомнить их невозможно.
— А почему так?
— Да потому что решение ввести евро было политическим, а не экономическим.
— Мысль понятна — и, возможно, соответствует действительности.
— Но разве можно утверждать, что французы или итальянцы изменились под влиянием евро?
— Французы останутся французами.
— То же самое они говорят про нас.
— Что мы останемся французами?
— Между прочим, севильские апельсины вовсе не обязательны.
— Как славно, что мы вернулись к этой теме.
— Дик в разные годы варил апельсиновый джем из чего придется.
— Зачем ты меня позоришь?
— Однажды он сделал ассорти… из каких же фруктов?.. Севильские апельсины, сладкие апельсины, розовый грейпфрут, желтый грейпфрут, лимоны и лаймы. На этикетке я написала: апельсиновый джем из шести фруктов.
— В Евросоюзе такие номера не проходят.
— Заказывайте, кому что: мятный чай, или ничего, или кофе без кофеина, или все-таки мятный чай?
— Я, пожалуй, сегодня воздержусь.
— Эту же фразу я, вероятно, услышу сегодня ночью.
— Дэвид, голубчик мой…
— Да, Сью, голубушка?
— Раз уж ты все равно об этом заговорил… Хочу задать ВСЕМ совершенно не британский вопрос: в последнее время кто-нибудь из вас, вернувшись домой после застолья у Фила и Джоанны, хоть раз выполнил обязательную программу?
— Она имеет в виду традиционный секс.
— Традиционный — это как?
— Ну все, что связано с проникновением.
— Какое ужасное слово, вы не находите?
— Мне рассказывали историю про леди Диану Купер. Или, может, про Нэнси Митфорд? Ну, не суть — главное, про какую-то гламурную дамочку. В общем, они… то есть она… на борту трансатлантического лайнера переспала со стюардом. На другой день он столкнулся с ней где-то на палубе и вежливо поздоровался.
— Логично.
— Логично. А она ответила: «Интимная близость — не повод для знакомства».
— Ну разве можно не восхищаться нашим высшим светом? Англия на том стоит.
— После таких историй мне хочется влезть на стол и запеть «Красный флаг».
— Рубиновый.
— Вы, все как один, избегаете ответа на мой вопрос, да?
— Как мы можем избегать ответа, если не помним вопроса?
— Позор вам.
— Виной всему не алкоголь, не отсутствие кофеина и даже не усталость. Просто по возвращении домой мы уже, как говорится в нашей семье, ЧТЧТ.
— Это, наверное, аббревиатура, которую ты нам сейчас расшифруешь.
— Чересчур Толстые, Чтобы Трахаться.
— Ага, тайное становится явным.
— Вы помните Джерри?
— Это тот несчастный, с пластмассовыми testicules?
— Так и знала: что-что, а эту подробность вы запомнили. Рассказываю: Джерри на несколько месяцев уехал за границу, а Кейт — его жена — стала беспокоиться, что у нее появились жировые складки. Ей хотелось к приезду Джерри быть в хорошей форме; она пошла к пластическому хирургу, чтобы проконсультироваться насчет липосакции. Хирург пообещал ее приплюснуть…
— Приплюснуть?
— Это я своими словами. Единственное неудобство, тактично объяснил он, заключалось в том, что после операции пару месяцев нельзя подвергать животик давлению извне.
— Ох ты! Выходит, оставался единственный вариант — проникновение через задний проход.
— Чем не рассказ о большой и чистой любви?
— Скорее о женских комплексах.
— Поднимите-ка руки, кто хочет узнать происхождение слова «мармелад».
— Ты, наверное, долго в сортире был — мы уже это проехали.
— Да нет же, «Marie malade» здесь совершенно ни при чем. На самом деле оно восходит к греческому слову, обозначающему гибрид яблока и айвы.
— Все гениальные этимологии ошибочны.
— Хочешь сказать, тебе известны и другие примеры?
— Пожалуйста: «гламур».
— Глянец, Лоск, Антураж, Мода, Успех, Романтика. Все, что ассоциируется с леди Дианой Купер и Нэнси Митфорд.
— Ничего подобного. «Происхождение не установлено».
— Какая же это этимология — «происхождение не установлено»?