Чтение онлайн

– Ты уже обречен, братишка. На следующих выходных они обедают с мамой. Упрости все для себя и надень фартук к моменту, когда она вернется домой. Если нет, она начнет увиливать от очень важных… Физические игр.

На этой ноте, Гэвин обвил рукой шею Эмили, тепло улыбнулся и начал поглаживать её животик:

– Дорогая, милая, любовь всей моей жизни, думаю, нам нужно купить кое-что из одежды. Ведь так?

– Думаю, да, – улыбнулась в ответ Эмили.

– Класс, – кивнул Гэвин и огляделся вокруг. – В какой стороне одежда?

Колтон склонил голову на бок:

– Сразу за мебелью для детской. Направо от плюшевых зверей и в паре шагов от игрового центра.

Гэвин стоял, как статуя, пялясь на брата.

– Брат, у меня двое детей и жена. – Колтон пожал плечами, его зеленые глаза сияли. – Я домашний, как они и говорили.

Гэвин усмехнулся, схватил Эмили за руку и потащил в направлении, которое Колтон так основательно объяснил. Гэвин брал вещи всевозможных пастельных и основных оттенков, пока они шли по огромному бутику. Он также взял все виды детских купальных принадлежностей, детский шезлонг, и имеющуюся в наличии сумку с подгузниками. Гэвин посмотрел на Эмили, которая казалась ошеломленной окружающим. Улыбаясь, он остановился.

– Что? – спросила Эмили.

Он нежно положил ладонь ей на затылок.

– Ты в порядке?

Она покачала головой, глаза наполнились слезами:

– Нет, не в порядке. – и она не была. Между Гэвином, закончившим оформлять детскую, её округлившимся животом и возрастающим страхом быть мамой, она превратилась в ненормальный комок нервов. Гарантированно, – в человека, близкого к сумасшествию. Она провела рукой по щекам и сняла с вешалки крошечный комплект одежды из новой коллекции. – Ты видишь, какой маленький, Гэвин?

Вот дерьмо. Теперь Гэвин был ошеломлен её реакцией. Он кивнул, стараясь не расстроить её.

– Вижу.

Она шмыгнула носом.

– Значит, маленький человечек, надевающий это, должен быть таким же маленьким. Я никогда не держала малыша. Понятия не имею, как их кормить. Он может умереть от голода. Не представляю, почему он заплачет. Что, если он возненавидит меня? – Гэвин начал говорить, но она продолжила. Слова слетали с губ быстрее, чем вспышка молнии. – Я не узнаю, как дать ему отрыгнуть. Что, если я уроню его, пока купаю? Закон отберет его у меня. Что, если я даже не услышу его плач посреди ночи? – остановившись, она набрала в легкие воздуха и по-настоящему сорвалась. – И эти присыпки. Что, если я присыплю недостаточно, и у него будет раздражение? Что, если я присыплю слишком много, и у него будет инфекция? О чем я говорю? Я даже не знаю, как менять подгузник! Он будет лежать на пеленальном столике голенький с недостаточным количеством или избытком присыпки, потому что его мама не знает, как на него надеть подгузник?

Матерь. Божья.

Гэвин моргнул, с трудом сглотнул, и медленно убрал руку от её затылка. Он всегда знал, как успокоить Эмили. Дерьмо, он жил только для этого. Но женщина напротив него потеряла контроль. Быстро соображая, пробежал рукой по волосам и мельком взглянул на единственную вещь, которая, как он думал, сможет её успокоить.

– Присядь на пол со мной.

Распахнув полные слез глаза, Эмили нахмурила брови:

– Что? Ты хочешь, чтобы я села на пол вместе с тобой прямо в магазине?

Гэвин сел, скрестив ноги, на пол кленового дерева и жестом пригласил её присоединиться:

– Эмили, мы почти занимались сексом на капоте моей машины посреди дороги в Мексике. Садись.

Шокированная, Эмили нервно смотрела на покупателей, бросающих на Гэвина такие взгляды, будто он свихнулся. Но она всегда знала, что он слегка сумасшедший. Спустя пару секунд, она, скрестив ноги, опустилась перед ним на пол.

Он переплел свои пальцы с её. С заботливым взглядом и теплой улыбкой, он ласково поцеловал её в губы.

– Привет, – прошептал он.

Слабая улыбка коснулась её рта:

– Привет.

– Меня зовут Гэвин Блейк, и я расскажу тебе кое-что о детях, хорошо?

Эмили кивнула, разглядывая их руки:

– Ты пытаешься заставить меня прекратить пасовать. – Она снова посмотрела на него, сердце таяло. – Разве нет?

– Пытаюсь. И заставлю. Дай мне пять минут. Идет?

Она закусила губу, концентрируясь на его глазах:

– Ладно.

Положив её руки себе на колени, Гэвин облегченно вздохнул. Её истерика уже начала затихать.

– Первое: с малышами легко поладить. Они… Доверчивы с первых же секунд. Они знают, ты рядом, чтобы заботиться о них. В ту секунду, когда ты его увидишь, Эмили, ты уже не сможешь противиться этому. Твои руки автоматически поймут, что нужно делать. Даю гарантию, ты никогда не захочешь его усыпить. Ты такая заботливая и милосердная. Это все станет для тебя естественным. – Он наклонился и оставил на её губах еще один неторопливый поцелуй. – Хорошо?

Она кивнула, доверяя ему.

– Второе: когда малыш плачет, он плачет только по нескольким причинам. Либо он голоден, устал, болен, у него колики, ему нужно отрыгнуть, его нужно переодеть, или он хочет, чтобы его покачали. Или, в твоем случае, ты его уронила, и ему очень больно, или ты не знаешь, как его переодеть, и он лежит в мокром, грязном подгузнике целый день.

Эмили вздернула бровь:

– Я думала, ты пытаешься успокоить меня?

Он улыбнулся и провел рукой по её щеке:

– В этом вся суть, ты поймешь почему. Поймешь, потому что ты его мама. Ты будешь жить и дышать для него. Научишься тому, как дать ему отрыгнуть и как купать его. Ты выучишь, какое количество присыпки необходимо. Он никогда не будет голодать, потому что ты не сможешь вынести его плач, и возможно закончишь тем, что запихнешь в его ротик слишком много бутылочек.

Эмили покачала головой, хихикая.

Гэвин наклонился, остановившись в дюйме от её лица, и сосредоточился на её глазах.

– И он никогда не возненавидит тебя. Не сможет. Ты любишь вокруг себя все с такой легкостью, что любить тебя становиться слишком просто. Он почувствует это. Поверь, так и будет.

Эмили сглотнула:

– Ты так думаешь?

– Я это знаю, куколка. В тебя просто невозможно не влюбиться.

И вот там, сидя на полу рядом с мужчиной, без которого она не может жить, с мужчиной, который показал, что значит быть по-настоящему любимой, Эмили больше не боялась быть мамой. Вместо этого она убедилась в том, что не только мужчина, сидящий рядом, верит в её силу и любит со всеми её слабостями, но и еще один маленький парень очень скоро будет точно так же её любить.