Шрифт:
Глава первая
Проснувшись, Джорджия еще какое-то время лежит в полутьме и, медленно моргая, смотрит в пространство прямо перед собой. Так она избавляется от остатков сна, подробностей которого уже не помнит. Но судя по мокрым дорожкам на щеках, ей снова снился Джаред. Это происходит довольно часто, и каждый раз Джо снова переживает события той проклятой ночи. Тело старшего брата, распростертое на столе хирурга, вскрытая грудная клетка и кровь… повсюду кровь. Эти воспоминания Джо считает худшими в своей жизни, и ничто не сравнится с ними. Даже тот факт, что ее грубо вырвали из родного мира и притащили в этот – чужой и ужасный.
Девушка медленно стирает слезы, подносит запястье к глазам и смотрит на часы. Каким-то чудом они все еще продолжают работать несмотря на то, что их хозяйка переместилась на бесконечно далекое расстояние от дома. Света, проникающего из коридора, оказывается достаточно, чтобы определить – скоро рассвет. И хотя он почти не отличается от того, каким Джорджия привыкла видеть это явление дома, она в любом случае была бы рада посмотреть на чересчур яркое и горячее солнце этого мира. Но пока ей не суждено этого сделать.
Девушка садится и свешивает ноги с кровати, безошибочно попадая ступнями в ботинки. Надо привести себя в порядок до тех пор, пока она еще одна. Но Джо и не думает двинуться с места, давая себе еще минуту. Сейчас девушка как никогда остро чувствует одиночество. И место, куда она попала несколько недель назад, является тому причиной лишь отчасти. Все началось намного раньше. А если точнее, чуть больше трех лет назад. До этого жизнь Джо была легкой, наполненной счастьем и уверенностью в том, что так будет всегда. К ее большому разочарованию, все оказалось по-другому.
Сначала братья рассорились в пух и прах из-за какой-то девки, не способной отличить черное от белого. А через полгода отец ушел из семьи. Просто собрал вещи и переехал в другую страну, где встретил женщину, чем-то оказавшуюся лучше той, с которой прожил почти тридцать лет.
А когда три года спустя появилась аномалия, Джорджия Купер, вероятно, стала единственной, кто был этому рад. У нее появилась возможность собрать воедино хотя бы часть семьи. Но…
Джо встряхивает головой, наконец, поднимается с постели и отправляется в угол комнаты, где расположена встроенная в стену раковина. Умывшись холодной водой, Джо окончательно прогоняет из головы горькие мысли. Что толку думать о том, чего никогда не случится? Отец неизвестно где и жив ли вообще. Джорджия лишь надеется, что с ним все в порядке, как и с мамой, и с Джексоном. Но это она узнает лишь в одном случае. Если когда-нибудь вернется. А Джаред… Джо тяжело вздыхает при новой порции воспоминаний о той ужасной ночи.
Услышав шаги в коридоре, Джорджия, как обычно, проходит к кровати, садится на краешек в самой дальней части от двери и в ожидании смотрит на решетку. Через несколько секунд возле нее останавливается Оуэн, всегда сопровождающий Льюиса в лабораторию, что специально для них оборудовали местные, и обратно. А мгновение спустя Джо видит и самого Льюиса, который терпеливо ждет, когда конвоир откроет замок и впустит его в камеру.
Оуэн мельком смотрит на Джорджию, после чего отпирает дверь, дожидается, когда доктор Грант зайдет внутрь, запирает камеру и отправляется восвояси.
Льюис подходит к Джорджии и устало опускается на кровать рядом с ней. Девушка прижимается боком к Льюису, кладет голову ему на плечо и спрашивает:
– Как ты?
– Устал, – признается он и закрывает глаза.
Некоторое время в помещении сохраняется тишина, нарушаемая лишь их тихим дыханием. Джо покусывает губы, не решаясь задать волнующий ее вопрос. Но в конце концов все же перебарывает свою неуверенность.
– Есть новости?
Льюис медленно качает головой, касаясь при этом своей щекой лба девушки.
– Нет. – Подумав, мужчина добавляет: – Никаких изменений. Прибор по-прежнему сломан, а чтобы починить его, мне не хватает важных деталей. И, похоже, никто не в курсе, где их достать. Да и можно ли вообще сделать это.
Джо кивает, она ожидала услышать что-то подобное, но все равно испытывает досаду.
– Кеннет будет недоволен, – тихо произносит она.
Льюис утомленно вздыхает, невесело хмыкает и сообщает:
– Я вообще ни разу не видел его в благодушном настроении.
Джо снова кивает. Так и есть. Кеннет Стрендж никогда не выглядит удовлетворенным.
– А что насчет Картера? – осторожно спрашивает она, поднимая голову.
Льюис поворачивается к девушке, ласково заправляет ей за ухо длинную светлую прядь. При таком освещении говорить об эмоциях сложно, но Джо кажется, что она видит печаль в его глазах.
– Картер сдержит слово только в том случае, если мы выполним то, ради чего нас сюда доставили.
Джо это известно, но существует множество обстоятельств, препятствующих достижению их цели. И никакой вины ни Льюиса, ни Джорджии в этом нет. А Кеннет в свою очередь требует еженедельных отчетов, но каждый раз испытывает только раздражение, когда ему говорят не то, что он хотел бы услышать.
Джо сердито выдыхает и смотрит на Льюиса.
– И что будем делать?
Он легко пожимает плечами.
– Работать. Других вариантов все равно нет.
Девушка пару раз кивает, но ничего не успевает ответить. От решетки до них доносится бодрый жизнерадостный голос:
– Доброе утро!
Джо и Льюис обращают все внимание на пришедшего. За разговором ни один из них не услышал шагов.
– Пора? – спрашивает Джорджия, даже не подумав поприветствовать Ники в ответ.
Этот парень до крайности раздражает ее своим нескончаемым позитивом.
– Да, идем. Мы достали то, что ты просила, – сообщает Николас и гремит ключами, отпирая дверь камеры.
Джо поднимается с кровати, но Льюис перехватывает ее руку и коротко пожимает ладонь, оказывая молчаливую поддержку. Девушка улыбается ему и шагает на выход. Когда Ники закрывает замок, Джо оборачивается и смотрит на Льюиса, оставшегося на кровати. Когда она вернется, он скорее всего будет спать. Если Оуэн не уведет его раньше. В таком случае они смогут ненадолго пересечься в лаборатории.