Чтение онлайн

Диана подняла влажно блестевшие глаза, и Мэтью увидел, как по ее щекам медленно поползли две слезинки. Он подавил порыв вытереть их или даже снять губами и обернулся к официантке, спросившей, пора ли подавать кофе и десерт.

Диана поспешила промокнуть глаза салфеткой.

– Не хочешь ли предаться чревоугодию и съесть что-нибудь жирное и сладкое вроде шоколадного торта? Во всем этом есть и положительная сторона: тебе еще долго не придется ограничивать себя в калориях!

Диана нервно рассмеялась.

– Господи, Мэтью, извини, что я такая зануда!

– Не извиняйся. Если я могу хоть чем-то быть полезен – только позвони. Я серьезно. – И он написал на обороте своей карточки домашний телефон. – Вот, пожалуйста, в любое время. Не бойся меня разбудить. Я ведь нештатный член Общества анонимных звонков! А уж мы-то знаем, как утешить человека в таких обстоятельствах!

– Спасибо, Мэтью, – Диана криво улыбнулась, опасаясь заплакать опять, – за помощь и сочувствие. За то, что веришь в меня больше, чем я сама. Просто отвратительно чувствовать себя такой… такой дурой! – Она вдруг подалась вперед и горячо спросила: – Скажи, как я могла так ошибиться? То есть совсем ничего не разглядеть в Ники? Кстати, я встретилась с ней недавно и увидела совершенно другого человека. Она жестокая, опасная, коварная – словом, прожженная дрянь. Не осталось и следа от той милой и преданной девчушки, которой я верила. А эта ее гнусная ложь?.. И не только обо мне. Я… я, наверное, должна тебе рассказать, просто на случай, если она начнет распускать слухи. Понимаешь, Ники наговорила Люку, будто мы с тобой… в общем, как получилось, что ты вообще решил купить наш сериал…

Мэтью захлестнула горячая волна, и он потупился. Ники, а пожалуй, даже и Люк запросто разглядели бы то, чего не замечала Диана, – его любовь. Мэтью безумно хотелось тут же во всем признаться, но он промолчал. Слишком рано. Сейчас Диане и без того хватает проблем. А от него ей пока не нужно ничего, кроме дружбы, предлагаемой им от всего сердца.

– Диана, самое главное то, что теперь ты знаешь правду. Все могло кончиться куда хуже, если бы вы поженились.

– Ну, я все же не склонна упрекать во всем одного Люка. Разве можно обвинять его в том, что он поверил лжи, когда я сама купилась на притворство Ники?

Мэтью с раздражением слушал, как Диана выгораживает Люка, стараясь свалить всю вину на Ники. Люк, видите ли, был слишком наивным, хотя, конечно, немного жестоким и грубым. Оказывается, ему никто так не лгал прежде, вот он и поверил, поскольку Ники так умеет притворяться…

– …а в глубине души Люк очень добрый человек.

Мэтью только вздохнул и не стал возражать Диане: она все еще не смогла бы смириться с правдой. Люк Мерримэн был ее творением. Из куска дерьма Диана умудрилась вылепить золотого мальчика и не желала видеть того, что скрывалось под позолотой.

– Мама, м-мне это шоу не нравится! – громко кричал Джой.

– Тс-с! – злобно шикнула Сара. – Скажи спасибо, что нас вообще пустили посмотреть! К тому же… – Она умолкла на полуслове, позабыв, что хотела сказать. Ее взгляд был прикован к Лукасу Мерримэну, который выкаблучивался на экране, ужасно довольный собой.

Сара едва верила своим глазам. Это ее-то Лукас, пацан, бегавший когда-то по соседству, стал теперь на телевидении большой шишкой?! И как только ему удалось?..

Это казалось настоящим чудом. И пока Сара смотрела шоу, до нее дошло, что если Лукас стал актером, то ему должны прилично платить. Тут было над чем подумать: ведь коли он разжился деньгами, то должен отстегнуть кое-что и Саре с детьми. Это будет справедливо.

Может, стоит послать ему письмо? Но где раздобыть адрес? Нет, с почтой связываться не стоит: письмо может потеряться. И по телефону звонить тоже незачем. Надо явиться к нему самой. От этой идеи Сару охватили возбуждение и страх. Это ведь не так-то просто сделать, и она не знала, получится ли у нее.

– А где мой папа? – вдруг спросил Джой, увидев, как Пэт Уинстон обнимает своего младшего сына.

Господи, до чего иногда догадлив этот сопляк!

– А ну заткнись, дай досмотреть! – И Сара припала к экрану. Между прочим, эти его детки из шоу жили в шикарном доме со всякими там электрическими драндулетами и финтифлюшками. Они отлично одевались, жрали до отвала и даже имели свои деньжата. Сара, увлеченная всеми этими мелочами, с трудом следила за ходом действия и испуганно вздрагивала каждый раз, как только публика начинала смеяться или хлопать. Наверное, актеры говорили что-то смешное, но она не понимала, над чем тут смеяться.

Ее детям тоже было не до смеха. Им до смерти хотелось запомнить все, что там показывали. И Сара не могла их в этом винить.

– П-п-почему у меня нет велика? – заныл Джой.

– Потому что ты маленький, – отрезала Дэйзи. – А я уже большая! Мама, купи мне велик!

– Цыц, малявки! Это все одна показуха! – сердито соврала Сара. Господи, за что такая несправедливость? Ее дети ничуть не хуже других! Конечно, по телику идет одна показуха, но ведь немало и таких детей, у которых есть красивые шмотки, велики и настоящий дом…

Как только шоу закончилось, Дэйзи и Джой выскочили на улицу играть с ребятишками Гарсиа, а Сара поблагодарила за доброту Розу и Хулио. Хорошие они люди, эти Гарсиа, на таких вот земля держится. И детки у них хорошие, хоть по-английски ни бум-бум.

Между прочим, это тоже беспокоило Сару. С каждым годом на шабашке оставалось все меньше настоящих американцев, поэтому Дэйзи и Джой гораздо легче говорили по-испански, чем на родном языке.

– Эй, дети, пора спать! – крикнула Сара в окно.

Она вздохнула и вытерла потный лоб. Пусть еще малость побегают. Может, хоть немного устанут. И откуда у них столько сил? Правда, когда-то Сара была такой же неугомонной, но тяжкий труд под палящим солнцем вытянул из нее все жилы.

Пожалуй, стоит сейчас поковыряться в машине, пока малышня не вертится под ногами. Лук уже весь убран, а в Орегоне поспела ежевика. Вот только выдержит ли их «додж» такой путь?

И Саре внезапно осточертело все на свете: уборка урожая, страх за машину, которая вот-вот развалится посреди дороги, необходимость держаться подальше от Уолта… И что ему неймется? Она для него никто и не любила его никогда, и дети ему не родные – так почему он не хочет оставить их в покое? Конечно, если бы Сара где-то осела, Уолт мигом бы отвязался. Он здорово боится городов.