Чтение онлайн

– Я всё уже объяснял. Это довольно просто. Видели по телевизору искусственные руки, ноги? Как люди шевелят железными пальцами, суставами без помощи компьтера. Так и здесь. Только там прямой нервный импульс идёт от прилегающих к протезу окончаний, а здесь от всего... что... ты тут делаешь?

Я выглянул из укрытия с величайшей осторожностью. И, конечно, тут же эту осторожность потерял. Двое стояли ко мне спиной, наполовину заслоняя покрытый брезентом операционный стол. Верх был почти полностью скрыт под массивным электроприбором, оттуда тянулось несколько толстых кабелей, но не узнать лежащую на столе фигуру было невозможно.

– Я... я пришёл. Я знаю, как всё было.

Человек рядом с Гариком выглядел не очень симпатично. Небесно-голубая рубашка с блестящими запонками, чисто выбритая голова, немигающий взгляд из-под густых бровей.

– Мне принять меры? Игорь?

– Не надо. Я с ним поговорю.
– Гарик остановил незнакомца, доставшего было телефон, и выступил вперёд.
– Нет, Митя, ничего ты не знаешь.

Тело Светы было почти свободно, только от запястья отходила трубочка капельницы, а голова крепилась в увешанных проводами тисках. В скудном освещении казалось, что она задремала в гостиной у телевизора, пока шёл неинтересный сериал.

– Ты сейчас скажешь, что я заманил несчастную в тёмный переулок и использовал для своих опытов. Это не так, совсем не так.
– Гарик отошёл на шаг от стола, будто демонстрируя свои добрые намерения.
– Мы познакомились в прошлом году, на фейерверке, на "Дне науки". И я никогда не знал человека, которому так хотелось вырваться. Думал, это я такой, а вот нет. "Вырваться" - не просто в город покрупней, а совсем, по-серьёзному, на другой уровень. И у нас получилось.
– Он обернулся к приборам.
– Да. Мы развернули "эрго-тету" вспять.

– Ты сделал это для себя. Украл у меня паспорт, накупил техники и начал работать, "доводить до ума" ради науки...
– Я разозлился.
– Да ладно бы ради неё. Кто это с тобой? Покупатель?

– Спонсор. И клиент.

– Клиент. Значит, заработать на этом деньги и свалить? А её оставить овощем?

– Ты ничего не понял. Он делает это не ради денег, а по своей доброй воле. Она тоже. И она не овощ. Ты ведь слышал, что я говорю. "Развернуть" волны - значит, сделать их двусторонними. Все, кто о нас знает, помнит, кто о нас думает - мы в каждый момент времени находимся в них. Не образно, а по науке. Теперь - по науке. Ты видишь имя Светланы, лучше - её фотографию, вспоминаешь, и её "эрго-тета" в тебе. Наоборот тоже верно. Но ты не можешь этого почувствовать, а она, благодаря этому прибору, не только чувствует - управляет своими волнами. Доказательств, я думаю, не надо. Ты в эти три дня сам всё почувствовал. Я спрашивал: у всех жителей то же самое. Мне не известно пока, как именно она это делает, но её мозговая активность растёт, она осваивается и учится. Света в мыслях всех, кто о ней помнит, а листовки не дают забыть. Мы победили.

Чего угодно я ожидал, отправляясь вслед за Гариком: вооружённых бандитов, гонок на выживание, даже собственный до смерти избитый труп на заднем дворе института. Не этого. Я смотрел на неподвижное тело, и хотелось злиться, метаться, кричать: вот, она не ради денег, а ты, ты?.. Но я стоял на месте.

– Что этот... спонсор здесь делает? Тоже хочет остаться в душе нашего городка?

– Почти.
– Незнакомец, кажется, устал от разговоров и отвечал неохотно.
– Но у меня другие масштабы.

– Интернет-баннеры, - закончил за него Гарик.
– Цифровая реклама, размножающая сама себя через агентства и агрегаторы. Сколько рекламных площадок можно купить на все свои деньги, если не собираешься никуда больше их тратить? Если не нужно ни богатства, ни власти, просто войти в жизни людей... остаться в людях.

Гул от аппаратуры усиливался, перерастая в ровный белый шум. Шшшш... Сердце превратилось в холодный камень, как в предыдущие два дня при мысли о Свете, но что с ним делать, я не знал. Я ничего не знал.

– Эти шведы, что открыли "эрго-тету", сами себя не поняли. Я понял. Мы живём, составленные из частей других людей, из их полей, постоянно в их власти. Почему не сделать наоборот, принести свою власть в них, почему нет? Мы со Светой подумали: почему нет?..

Шшшшш...

Я вдруг почувствовал невероятный покой и ясность. А я, оказывается, неплохой журналист. В критической ситуации я будто отрешаюсь от всего, бездействую и наблюдаю, чтобы потом во всей полноте рассказать другим. Или не для этого, или просто так. Зато не надо думать, что решить, какую кнопку выбрать в игровом диалоге. Отключить прибор? Сломать? Обмануть, что буду молчать, а потом раструбить всему свету? Попроситься в долю?..

Шшшшшшаа...

Неважно. Как с мамой вечером того же дня. Я был таким всю жизнь. Не можешь принять решение - не принимай. Пусть всё подождёт. Весь мир. Весь этот... город.

Шшшшшш... Выпусти... Отключи... Я... Хочу...

Но не теперь. Теперь, кажется, кто-то лучше знал. Я в последний раз с какой-то нежностью, влюблённостью ощутил внутри этот холод, эту призрачную бледную руку Светы. Решать всегда сложнее, чем делать. Но только если не решат за тебя. И я сделал.