Чтение онлайн

Цифра превратилась в 13, а Игорь - в симпатичного худощавого подростка с тонкими чертами лица, чуть длинноватым носом, высоким лбом, слишком бледной, но чистой кожей и тёмным беспокойным взглядом.

Торт с надписью "13" прибыл утром, и мать поставила его в холодильник, сказав, что сегодня учитель к Игорю не придёт. Но не потому что день рождения, а потому что они едут в Центр исследований мозга делать тест.

"А торт?" - спросил сын.

"Съедим после, - улыбнулась мать.
– Вечером".

"Ладно, а что там внутри?" - поинтересовался Игорь, провожая взглядом кремовые цветы и залитые блестящим желе фрукты.

"Узнаешь, когда попробуешь", - мать закрыла холодильник.

Но сын не узнал: вечером торт так и не съели - вернувшись из Центра исследований мозга, мать просто про это забыла, а Игорь ей не напомнил. Зачем, если нечего праздновать? День рождения? Да лучше б он и не наступал никогда! А что? Мало ли в жизни случайностей? Катастрофы, убийства, несчастные случаи! Миллион способов не дожить до тринадцати лет, чтобы не пришлось проходить этот ужасный тест... самый главный в жизни геноптика тест, который Игорь так бездарно, можно сказать - с треском, провалил!

Получалось, что супердорогостоящая генная оптимизация пролетела мимо цели, угодив в "молоко". Что ж, справедливости ради надо сказать, что это не было совсем уж неожиданностью. Многое настораживало и раньше, но поскольку интеллект полностью развивается к тринадцати годам, мать всё же надеялась на лучшее, потому и тест запланировала как можно раньше - сил уже не было ждать хотя бы ещё один лишний день. В нетерпении пребывал и сын, он даже пытался подготовиться к предстоящему испытанию, да не помогло.

Тест не показал ни нестандартности, характерной для мышления одарённых людей, ни даже большого ума - коэффициент интеллекта Игоря лишь чуть-чуть превышал среднее значение.

Врач из Центра исследования мозга, кажется, это был нейрофизиолог, а может, нейропсихолог или ещё какой-то "-лог" с приставкой "нейро-" - Трухаков точно не помнил - заявил, что, по всей видимости, генопта просто не сработала. Ах, если бы это было так! Если бы действительно просто не сработала! Какое бы это было великое счастье - впору и отпраздновать! На самом же деле всё обстояло гораздо, гораздо! хуже. Но тогда никто этого ещё не понимал...

"Выбранная вами генная оптимизация включает дополнительный объём мозговой ткани, - сказал матери тот "лог" с приставкой "нейро".
– Пока мы никакого увеличения не обнаружили, но мозг...
– тут он заглянул в шапку результатов теста, разыскивая имя, - ...Игоря! Мозг Игоря ещё растёт. И будет расти до двадцати лет, поэтому, чтобы использовать возможный повышенный объём, надо продолжать изо всех сил заниматься, надо уже изучать медицину, наполняя и настраивая дополнительные нейроны и синапсы, так как ум зависит от синапсов - контактов между нейронами, вы поняли?"

Мать машинально кивнула, глядя в одну точку, и врачу это не понравилось. Он тронул её за руку и, заставив посмотреть себе в глаза, проговорил: "Количество синапсов растёт в детский и юношеский период и влияет на интеллект, поэтому ни в коем случае не прекращайте занятий!"...

"Однако ели же мы когда-то этот торт? Пусть и не в этот день?..

Что было там, под цифрой 13: бисквит, песочное тесто или слойка? Крем приторный или с кислинкой, воздушный или плотный? Внутри был шоколад? А может быть, орехи?.."

Вместо ответа коричневая кремовая единица снова вытянулась в червяка и, переползя за тройку, скрутилась клубком, выставив хвост вверх: "36". Сминая обмазанные кремом и обсыпанные шоколадной крошкой бока, Трухаков сунул руку в контейнер, вытащил торт наружу и, размахнувшись, со всей силы запустил в стену. Сочный шлепок с веером жирных брызг доставил неожиданно сильное удовольствие.

– Ну, спасибо, Петюня!
– проговорил Игорь, наблюдая, как торт сползает по стене бесформенной, грязной кляксой.
– Порадовал.

"С Днём рожденья, тебя!.. С Днём рожденья тебя!.. С Днём рож..." - мелодия известной поздравилки заиграла, как только Трухаков вынул торт, и оборвалась, когда в сенсор контейнера с хрустом вонзился кухонный нож.

* * *

– Давай, давай, Кулаков, соображай!
– полковник Беркутов смотрел с виртуального экрана серьёзно, но по-доброму.
– Хватит уже без дела болтаться.

– Да с меня только неделю назад карантин сняли!
– возмутился Денис.

– Значит, неделя уже, как к службе готов, - уверенно заявил Беркутов.
– Так что думай быстрее, сроку тебе до завтра.

– Завтра?!

– Да, - спокойно подтвердил полковник.
– Генерал Самсонов ждёт тебя завтра в четырнадцать ноль-ноль.

– Но я ведь ещё не решил!
– удивился Денис, но слова улетели в пустоту уже оборванного полковником соединения.

Денис свернул виртэк юнифона, чувствуя, что у него снова нет выбора. Как на Дзетте - там постоянно такое случалось. Вроде бы ещё только должен принять решение, но при этом все - и, что интереснее всего, ты сам - уже точно знают, что будет.

С этими военными всегда так: быстрота и натиск... однако не без иллюзии твоей свободы, думал Денис на следующий день, шагая по коридору Управления спецрасследований и вспоминая, как впервые увидел майора Борткова и полковника Беркутова. С тех пор прошло не так уж много времени, но Денису казалось, что целая жизнь.

Всё тогда было совсем не таким, как теперь, и сам он тоже был другим человеком. Беркутов, которого он знал сегодня, пожалуй, только внешне походил на того полковника, кто вместе с майором, примерно год назад, посадил его в мобиль и привёз сюда, в это неприметное здание без вывески над дверью. Если бы ему сказали тогда, что он будет работать в спецслужбе, он бы ни за что не поверил!