Чтение онлайн

— … весьма пунктуален, — донеслись до меня слова игрока. Видимо, перенеслись мы прямо посреди его разговора с Хамель. Где она, кстати?

Девушка находилась за моей спиной. Оказалось, я и Гильт появились прямо перед ней, а Ванорз — по её правое плечо.

— Очень приятно познакомиться, — мужчина встал и протянул мне руку прямо через стол. — Меня зовут Петровичем. Ну а про тебя я наслышан! Можно же на «ты», правда?

— Конечно, — я пожал руку и улыбнулся. — Спасибо, что согласились встретиться, не ставя в известность клан.

— Присаживайтесь, в ногах правды нет, — махнул нам рукой Петрович и снова опустился в кресло. — А встречи с тобой я искал и сам, — мужчина хитро усмехнулся и прищурил один глаз, — причём не только по своей инициативе. Помимо поиска наших, русскоговорящих, я разыскиваю и других игроков, по заказу. И совсем недавно такой заказ поступил и на тебя. Догадываешься от кого?

— Ёж? — предположил я, пододвинув кресло ближе к столу и присаживаясь.

Гильт встал позади меня и облокотился на кресло. Ванорз схватил ближайший стул и оседлал его, поставив спинкой вперёд, к явному неудовольствию Петровича, который аж поморщился от такого варварского отношения к мебели. Хамель отошла на несколько шагов к двери и скрылась в тени шкафа, опёршись о него плечом. Я стал незаметно подготавливать заклинание телепорта, чтобы активировать его в кратчайшие сроки.

— Угадал, — Петрович расплылся в довольной улыбке. — Дима весьма обидчивый молодой человек, особенно когда дело касается провалов на работе. И я, несомненно, доложил бы и доложу ему о твоём местонахождении, как только его узнаю, — тут он лукаво подмигнул. — Впрочем, перед этим я хотел попытаться с тобой встретиться и поговорить. А тут вы сами на меня вышли… Очень удачно получилось!

— Удача тут ни при чём, — я не видел смысла скрывать первопричину нашего появления, — меня направил к вам наш покровитель, — я указал пальцем вверх. — И прежде чем предпринимать враждебные к клану действия, я посчитал нужным сперва поговорить.

— Именно это и послужило для меня основным мотивом искать встречи с тобой, — кивнул, нахмурившись, Петрович. — Было бы наивно надеяться, что, однажды наткнувшись на враждебность, ты больше не обратишь на нас внимания. Но сначала, чтобы ты меня понял, тебе нужно узнать предысторию нашего клана.

Мужчина откинулся в кресле и смерил меня внимательным взглядом. Я вежливо кивнул, показывая, что готов слушать.

— Я появился здесь несколько лет назад, в числе первых игроков на Оминарисе, — Петрович говорил медленно, будто вспоминая, однако чувствовалось, что он если и не репетировал свою речь, то уж точно много о ней рассуждал. — Достаточно быстро пришёл в себя, поняв, что оцифрован. Нашлись друзья, я бы даже сказал, единомышленники. Нас было пятеро, и мы загорелись идеей создать русскоговорящий клан, чтобы помочь вновь прибывшим устроиться, найти своё место в этом мире. И у нас получалось: Влад был очень толковым руководителем. Вскоре у нас появилась база, которая впоследствии выросла в целый замок. У нас получалось вытащить многих, которые уже одной ногой попали в застенки церковников… Не всех, конечно, но мы не стояли на месте, клан развивался, и мы верили, что когда-нибудь станем достаточно сильными, чтобы попытаться изменить сложившийся миропорядок. А потом Влад умер, — Петрович замолчал на несколько мгновений. — Многие подумали, что он просто бросил играть, но я хорошо его знал, и знал, что он тоже оцифрован. Его исчезновение могло означать только его смерть.

— А разве оцифрованные могут умереть? — удивился Ванорз. — Может быть, его забрали церковники? Или какой-нибудь из богов утащил его в свой план?

— Нет, — уверенно ответил Петрович. — Я был с ним в момент, когда он исчез. Мы как раз выпивали после зачистки очередного данжа, и он растворился в воздухе посреди разговора прямо на моих глазах. Выглядело это точь-в-точь как обычный дисконект, когда кто-то внезапно выходит из игры. Остаётся, конечно, шанс, что оцифрованного можно каким-то образом вернуть в его реальный мир, может быть, Влад и не был действительно оцифрованным, а просто имел заблокированной опцию выхода… Но я знаю его, он бы нашёл способ вернуться. С тех пор прошло больше года, поэтому, скорее всего, Влад скончался. Он был очень стар и болен, поэтому-то и играл в свои годы, и, похоже, смерть достала его даже здесь…

Повисла пауза, пока все мы осмысливали услышанное.

— Когда Влада не стало, — продолжил Петрович, — управление кланом постепенно прибрал к рукам Николай. Он тоже играл почти с самого начала, но всегда был на вторых ролях, при Владе он совершенно не пытался лезть во власть, и мы даже не представляли, какие у него в голове тараканы… Вроде бы хороший парень, толковый игрок, поддерживающий наши стремления и искренне заботящийся об интересах клана… Лидеры из нас не очень, вот он и выдвинулся потихоньку на первый план. А когда мы поняли, что что-то идёт не так, было уже поздно. Он сколотил свою боевую группу, уж не знаю, как они так прокачались… гриндили, наверно, днём и ночью. Плюс создал толковую оперативную службу. Быстро стало понятно, что силой его не сковырнуть. А его оперативники показали высокую эффективность, не чураясь самых грязных методов. Нет, у нас оставалось достаточно влияния, чтобы оказать достойный отпор… вот только это повлекло бы за собой раскол и, скорее всего, гибель клана. А всё-таки, несмотря ни на что, Николай продолжал следовать первоначальному курсу клана: спасать, поддерживать и оберегать русскоговорящих, с надеждой изменить в будущем весь сложившийся миропорядок.

— И вы смирились с таким положением вещей, — подвёл я итог, когда пауза в рассказе Петровича показалась мне слишком затянутой.

— Да, — он вздрогнул, будто спохватившись и вырывая себя из задумчивости. — Я с головой ушёл в рекрутинг, мне всегда нравилось путешествовать, да и под видом поиска игроков можно раскинуть по миру отличную разведывательную сеть. Киря стал чем-то вроде министра образования, в реале он был учителем и теперь с головой окунулся в родную ему стезю. А Миша превратился в отшельника, наконец занявшись своими странными изысканиями… Впрочем, Кирилл скоро стал жаловаться, что Николай заворачивает образовательную программу в какие-то уж совсем лютые дебри. Ладно удалось усовершенствовать печатные станки, но Николай приказал печатать учебники русского языка, чтобы преподавать его местным! До меня стали доходить весьма достоверные слухи о сговоре руководства клана с церковниками, благодаря чему клану удалось захватить приличную территорию. Николай стал переименовывать города на русский лад, назвал столицу Новгородом, а всю территорию — Русью. А ведь изначально название клана было просто всем понятной аббревиатурой РУС, а не этой неонацисткой чушью! Параллельно Николай стал открывать церкви, православные церкви здесь. Школы, те несколько имевшихся и новые, стали переводиться в приходские, детей обучают молитвам по учебникам на старославянский манер. Несомненно, это идёт вразрез со сложившимся миропорядком, но это совсем не то, что мы планировали изначально. Николай хочет создать национальное государство, внедрить земную религию и русский язык, а впоследствии распространить свою империю на весь Оминарис. И семена злобы уже активно разбрасываются: людей чуть ли не силком загоняют в церкви, заставляют учить чуждый им язык, все организационные моменты переводятся на обязательное причащение к новой религии. Даже не буду говорить о том, какие книги переносятся здесь на бумагу по велению Николая…

— Вы хотите сказать, что в клане имеется серьёзное недовольство политикой, проводимой лидером? — подала голос Хамель.

— Именно так, — кивнул Петрович. — Недовольство имелось и изначально, а за прошедшее время оно только нарастало. Однако у нас нет никаких возможностей хоть как-то справиться с Николаем — как и любой другой игрок, он бессмертен. Открытое противостояние приведёт к войне и расколу. Мягкое давление не меняет курса всей политики. А она, на мой взгляд, превращает весь клан в пороховой погреб, который, когда рванёт, погубит всё достигнутое за годы работы. А вот если отстранить Николая и преданных ему людей от руководства, клан можно спасти и вернуть на правильный путь. Загвоздка в том, что устроить такое могут только боги этого мира, но, как ты понимаешь, — Петрович посмотрел на меня, — обращаться к богам, устроившим здесь всё это непотребство, совершенно бессмысленно.

— Понимаю, — кивнул я. — Но сейчас началась Война Богов, и вы увидели свой шанс. А я вижу наш. Шанс привести клан Русь на нашу сторону. Заявленные вами цели перекликаются с моими, разве что не только в отношении какой-то одной группы игроков, а вообще всех разумных в этом мире. — Петрович снисходительно улыбнулся на эти мои слова. — И у меня есть некоторые задумки, которые, возможно, помогут нам устранить мешающих игроков, не прибегая к помощи покровителей. Но для этого мне нужно провести несколько экспериментов. Над игроками, — жёстко пояснил я в ответ на вопросительно приподнятую бровь собеседника. — И выбрал я как раз тех, кто уже поступил с нами нехорошо.

— Ты хочешь разобраться с Ежом, — с некоторой горечью констатировал Петрович.

— Так точно, — кивнул я. — И если получится, я смогу убрать и мешающую вам верхушку. Если нет, обещаю выступить посредником. Мой покровитель точно способен решить данную проблему, я видел это собственными глазами. У вас есть план, как прибрать управление кланом к рукам, не допустив его развала после гибели руководства?

— Есть. — Петрович поморщился, достал из кармана жилетки очки в блеснувшей золотом оправе, водрузил их на нос и переложил несколько листов на столе в поисках нужного. — Я ожидал нечто подобное… Выйти на Ежа совсем не просто. Нет, слить-то вам его местонахождение я могу, вот только… поэкспериментировать у вас может и не получиться, — он нашёл наконец нужный лист и протянул его мне. — Для начала вам нужно внедрить в клан верного человека. И у меня есть на примете подходящий кандидат.