Продром
Шрифт:
— Что. Вы тут. Устроили? — выдавил я сквозь внезапно пересохшее горло.
— Мы? — Бекан демонстративно переглянулся со своими воинами, словно ища у них поддержки. Те наконец смекнули, что запахло жареным, и собрались вместе, не хватало лишь одного, того самого, который успел скрыться в здании до начала конфликта. — Ничего, — Бекан мерзко ухмыльнулся. — Это инициатива местных жителей. Цверги хотят подзаработать… а мы лишь протягиваем им руку помощи.
— Я слышал о выработке… — начал было я, но тот из-за моей спины появилась Хамель.
— Насколько я поняла из его разговора со старостой, — начала Хамель, и с лица Бекана в одно мгновение слетела ухмылка, — он устроил тут весьма недурную схему. Старосте он поставил определённую норму выработки, в обмен на которую Меркатор якобы поставляет им продовольствие. Я так понимаю, эту норму они разделили здесь на каждый дом и, если выработка не добрана, этот дом недополучает еды. Но если обслужить одного из дварфов, то это снимает недостачу с дома, к которому принадлежит девушка. Ещё я услышала о том, что излишки продовольствия, остающиеся после задранной нормы, можно выкупить или обменять на что-либо ценное… Интересно, гильдия торговцев знает о столь прибыльном деле? Потому что я уверена, что Совет — нет.
— Узнает, — грозно пообещал я и, заметив, как воины потянулись к оружию, перестал сдерживать свою ауру. Вытащив из поясной сумки амулет связи, я продемонстрировал его Бекану. — Если вы вдруг не знаете, что это такое, то я вам объясню: это амулет связи, и глава гильдии приключенцев уже проинформирована о ваших выходках, — Бекан переменился в лице. — Давайте, прибавьте к этому ещё и нападение на нас, и вам придётся совсем туго… если вообще живыми останетесь!
Я изо всех сил постарался напустить негативной энергии на посох, чтобы заставить его светиться, и, судя по округлившимся глазам воинов, у меня это получилось. Краем глаза я заметил сообщение об успехе запугивания в системном окне и поспешил развить успех:
— Немедленно разгружайте продовольствие и раздайте его всем поровну. Со старостой мы переговорим позднее. Вы двое, заберите у Бекана оружие и свяжите его. Сторожите негодяя, чтобы не сбежал, а как вернётесь, сдадите его властям, будьте уверены — вас будут ждать.
Несколько дварфов колебались, но те двое, на которых я указал посохом, подчинились и сняли с Бекана пояс с оружием, достали из рюкзаков верёвки и принялись вязать ему руки за спиной. Остальные растерянно наблюдали за их действиями, но хотя бы руки к оружию уже не тянули.
— Вам велели разгружать телеги! — прикрикнул на них Гильт. Вид грозного дварфа с молотом окончательно сломил их волю к сопротивлению, и воины бросились к повозкам. — Позорище…
Надо было идти к оторопело метавшемуся у крыльца старосте, но первым делом я оглянулся на девушек. Оказалось, моя аура разогнала и их, я увидел лишь исчезающие между халуп фигурки. На площади оставались только девушка-игрок, на которую, похоже, моя аура совсем не подействовала, и два гнома с копьями. Один из них тянул девушку за руку, пытаясь увести её за собой, а второй колотил её по плечу древком своего оружия, чтобы она шагала быстрее.
— А ну прекратить! — рявкнул я, и один из гномов, тот, который бил девушку, чуть не упав от испуга, немедленно побежал прочь. Второй растерянно замер.
— Привет, — обратился я к девушке. — Как тебя зовут?
Глава 17
Девушка не ответила, лишь посмотрела на меня пустыми глазами без тени заинтересованности.
— Альма её зовут, — прервал затянувшуюся паузу оставшийся гном.
— Откуда ты знаешь? — опередил меня Гильт.
— Она сама так назвалась, — ответил гном, но тут же стушевался под моим взглядом. — Ну… так рассказывали, я сам не слышал… но она откликается, почти всегда…
— Альма, — мягко обратился я к ней. — Всё позади, мы не дадим тебя в обиду. Видишь, мы тоже игроки.
Девушка продолжала смотреть на меня с прежней безучастностью, её зрачки так и не сдвинулись, чтобы взглянуть на табличку у меня над головой, и она всё так же молчала.
— Расскажи, как ты тут очутилась, что с тобой произошло? — потребовал я и тут же осёкся, подумав, что, пожалуй, ей будет тяжело вот так сразу поведать незнакомцам о своих злоключениях. Однако же мне хотелось добиться от неё хоть какой-то реакции.
— Ракушки, среди камней на пляже есть ракушки, — тихо, почти невнятно пробормотала девушка. — Осторожно, можно порезаться, — мне показалось, что на какое-то мгновение в её глазах промелькнула осмысленность и Альма будто увидела меня, но тут же её зрачки неестественно задвигались в глазных орбитах, описали круг, она быстро осмотрелась по сторонам и вновь остановила на мне пустой взгляд. — Если она споткнётся, — выражение лица девушки вдруг сделалось гневным, а голос повысился, — её вообще может унести волной. Бесполезная дура!
Я не знал, как реагировать на такое, и обернулся к Ванорзу — тот с не меньшей растерянностью пожал плечами. Хамель опять куда-то запропастилась, а мысли, исходящие от Гильта, были полны печали.
— Да тронулась она умом-то, — видя наше замешательство, сказал гном. — Так вроде понимает, что ей говорят… иногда даже откликается, но вот болтает в основном невпопад.
— Вот дерьмо! — Ванорз с досадой поправил шлем. — И что нам с ней делать?
— Оставлять её здесь однозначно нельзя, — твёрдо сказал я.
— Но и тащить с собой опасно, — ворчливо заметил Гильт. — Я слышал о сумасшедших Призванных, да и с парочкой каэльтов таких сталкивался. Некоторые теряют рассудок в результате встречи с особо лютыми монстрами или после нескольких периодов под завалом… В спокойной обстановке и при должной заботе иные приходят в себя, а другие так и остаются спятившими… как бы то ни было, в тоннеле она станет нам обузой, к тому же может броситься на рожон в неподходящий момент, вы ринетесь её спасать и тоже все поляжете…