Продавец слов
Шрифт:
«КТО ПИШЕТ ЗА АНТОНИНУ БЕКЕТОВУ? Стр. 5»
Взволнованный Антон тут же развернул газету на указанной странице. Рубрика «Скандалы». Крупный подзаголовок.
«Она улыбается нам с обложек глянцевых журналов, с экранов телевизоров, её книги обожают тысячи читателей. Но вряд ли её поклонники догадываются, кто на самом деле скрывается под именем Антонина Бекетова».
Далее шёл сам текст.
«Не секрет, что многие известные писатели пользуются услугами так называемых литературных „негров". Автор предоставляет только раскрученное имя, все остальное – работа платных помощников. Похоже, не стала исключением и популярнейшая писательница Антонина Бекетова, знакомая читателям по серии книг о похождениях Шершня. По имеющейся у нас информации, новый роман „Капкан для Шершня" за неё сочиняет другой человек. В издательстве „Ариадна“ с нами отказались беседовать на эту тему. Мы позвонили самой Антонине и попросили прокомментировать эти слухи. «Гocподи, я не собираюсь комментировать всякую ерунду. Приезжайте, посидите рядом со мной по шестнадцать часов у рабочего стола, и все сомнения отпадут сами собой. А по поводу возникновения слухов могу сказать одно – у любого состоявшегося человека есть завистники, которым не даёт покоя чужой успех".
–А не могли бы вы приоткрыть содержание нового романа? О чем он будет?
–Считаю это преждевременным. Пусть читатель все узнает сам. Тем более, я готовлю для него сюрприз.
Что ж, поживём-увидим. Ждать осталось недолго. Роман „Капкан для Шершня" выйдет в конце следующего месяца».
Ещё ниже шла обширная реклама таблеток от импотенции и ожирения. Молодец Антонина, заодно и пилюли рекламнула.
Во, дают! Даже название пронюхали. Хотя его только двое знали. Если, конечно, Ульянов не раструбил.
Антон позвонил главному редактору «Ариадны». Тот тоже читал заметку.
– Не волнуйся, Антон, трудись спокойно, пускай пишут, что хотят. Чем больше, тем лучше.
– Откуда они название узнали?
– Скорей всего, в нашем рекламном отделе.
– А если журналисты действительно поедут к Бекетовой и сядут рядом?
– Не поедут. Работай спокойно и не отвлекайся на всю эту мишуру… Как у тебя дела? В сроки укладываешься? Не подведёшь?
– Не подведу.
– Будут проблемы, звони, не стесняйся. Счастливо.
Антон повесил трубку.
«Не поедут… Все понятно. Молодец Лев Борисович. Самая лучшая реклама – скандал. Все тот же грамотный подход. Не будет скандала – создадим. Ждите сюрпризов, дорогие читатели».
Больше ничего стоящего в газете не имелось. Бросив её на диван, Антон достал из шкафа специально купленный уголовный кодекс. Надо хоть немного въехать в тему, чтобы не написать полной галиматьи…
На следующий день, ровно в три часа он нажал кнопку звонка соседской квартиры. Удивительно, но Борька не обманул – он оказался дома. Антон, по правде говоря, и не рассчитывал. Сосед смотрел на Антона каким-то затравленным взглядом, словно на том был надет белый балахон, а в руке зажата окровавленная коса.
– Ну, что, обрадуешь чем-нибудь?
Борька молча кивнул, потом пробормотал: «Да, сейчас», и скрылся в комнате. Вернувшись, протянул пять стодолларовых купюр, перетянутых резиночкой.
– Извини, пока больше нет…
– И когда будет? – Антон убрал деньги в карман.
– Ну, Антон, так тоже нельзя… Ты не прав…
– Интересно, а как можно?
– А вот так.
Последняя реплика принадлежала не Борису. Антон обернулся на голос и тут же получил резкий удар в живот из темноты. Дыхание словно остановилось, Антон закашлялся, согнувшись от боли в поясе и упав на колени. Хрустнули суставы заламываемых за спину рук, щёлкнули наручники. Мелькнули красные лампасы на серых брюках.
– Не дёргаться! Милиция!
– Вы чего, обал…
Удар по почкам.
– Хамить команды не было. Леха, обыщи этого говоруна.
Умелые руки пробежались по карманам старого спортивного костюма Антона.
– О, есть контакт. От ПМ маслёнок.
– Понятые! Понятые! Все видели?!
Антона поставили на ноги. Он узнал одного из милиционеров. Лейтенант из зала игровых автоматов. Второго, коротко стриженого крепыша в чёрной куртке он видел впервые. Судя по голосам, в подъезде находилось ещё несколько бойцов из когорты захвата.
– В чем дело, можно объяснить?
– Объясним… Сначала познакомимся. Старший оперуполномоченный Колядко. Криминальная милиция, – представился крепыш.
Антона подтолкнули к табурету, стоявшему в тесной прихожей. Дыхание восстанавливалось с трудом. Как бы ребро не сломали. На тумбочку положили пять знакомых купюр, ключи от квартиры и маленький пистолетный патрон.
В прихожей присутствовала чета пенсионеров с нижнего этажа. Антон их прекрасно знал, особенно Владимира Аркадьевича, которого снабжал книгами Блаватской, Гурджиева и Штайнера. Тот страстно увлекался окультными авторами. Вероятно, соседей пригласили в Борькину квартиру заранее.
– Здравствуй, Антон… Это ты? Ничего не понимаю.
– Объясняю, – взял слово оперуполномоченный Колядко, – на ваших глазах данный гражданин задержан за вымогательство. При досмотре мы изъяли у него помеченные деньги и пистолетный патрон.
Товарищ аккуратно взял с тумбочки патрон и поднёс к большим очкам Владимира Аркадьевича.
– Сейчас мы составим протокол изъятия, вы подпишитесь в качестве понятых. Это буквально пара минут.
– Владимир Аркадьевич, – кое-как прохрипел Антон, – это все неправда. Борька мне должен… А патрон не мой.
– Так все говорят, – Колядко присев на краешек тумбочки, извлёк из папки чистый лист, – кругом одни жертвы, хоть памятник ставь.
– Владимир Аркадьевич, – не унимался Антон, – я не вру… Не мой это патрон.
– Может, и не твой. Понятые расписываются только в том, что изъят он у тебя. Вместе с деньгами. Представься, пожалуйста, и назови адрес.
Антон выполнил просьбу, скрывать ему особо нечего. Через минуту Колядко протянул понятым исписанный лист и предложил ознакомиться. Владимир Аркадьевич прочитал протокол и как-то неуверенно кивнул:
– Все, вроде, так…
– Ну, и отлично. Возле галочек распишитесь.
Соседи растерянно поставили автографы, Владимир Аркадьевич ещё раз, недоумевая, взглянул на Антона. «Не ожидал…» Тот горько усмехнулся.
«Как дурили вас всю жизнь, так и дурят. А вы только подписи ставите и со всем соглашаетесь».
– Владимир Аркадьевич, маме позвоните… И в издательство «Ариадна». Льву Романовичу.
Понятые удалились. Оперуполномоченный поднёс акт к лицу Антона.
– Ознакомься и распишись.