Чтение онлайн

— Ой, мамочка!

Полные ужаса слова лейтенанта сообщили о наличии связи.

— Оружие есть? — Алексей удивился хрипоте собственного голоса.

Вместо ответа послышались всхлипы и неразборчивое бормотание.

Алексей и сам был не прочь забыться в приступе паники, но присутствие женщины взывало к мужеству. В помутившейся от страха голове заворочались мысли, ища варианты спасения.

Начальной точкой оказалось воспоминание о висящем на поясе контейнере. До Алексея внезапно дошло, что чёртов прибор готов передать хранимую им информацию кому угодно. Ему нет разницы, кто победит в этой войне. Попав к противнику, данные обернутся против людей и, скорее всего, лишат их возможности одержать победу. А заодно и против Алексея, не теряющего надежды вернуться домой. Это было немыслимо.

Прошлый опыт выхода из критических ситуаций сослужил верную службу. Алексей сумел успокоить нервы и, чувствуя, как на смену страху приходит холодный расчёт, приготовился к действию. Он понимал — без посторонней помощи им не обойтись, но мысль о беспрекословной сдаче претила всем его жизненным устоям. Алексей хладнокровно ждал. Он не знал, чем закончится эта битва, но точно знал, как она начнётся.

— Вскроют фонарь — лежи на месте.

Он надеялся, что смысл сказанного дойдёт до лейтенанта.

Твёрдой рукой он нащупал винтовку, перевёл начинку боекомплекта на максимальную мощность. Скорострельность сократилась вдвое, но другого выхода он не видел.

Под натиском механизмов остекление кабины пошло трещинами и с хрустом приподнялось на несколько сантиметров. Алексей приступил к осуществлению наспех придуманного плана. Выставив в образовавшуюся щель ствол винтовки, он обрушил на внешний створ шлюза очередь из двенадцати снарядов. Как и ожидалось, створ, не рассчитанный на мощный внутренний удар, не устоял.

Худощавые фигуры чужаков смело к маленькой пробоине величиной с блюдце. Следом отправились механизмы, давя собой тела хозяев. Внутренние ворота шлюза закрылись, перекрыв утечку кислорода. Невесомость сыграла Алексею на руку. Откинув ногами колпак, он выскочил из кабины и, держась за нее рукой, открыл огонь по машинам, нашедшим точку опоры.

На этом месте план Алексея дал осечку. Сила отдачи первого же выстрела оторвала его от кабины и бросила на переборку. К моменту, когда удалось повернуться лицом к противнику, в шлюзе произошли заметные изменения. Найдя точку опоры, механизмы ринулись вперёд. Один успел забраться на кабину, отведя манипулятор для удара, второй висел в метре от Алексея. Перед ним встал нелёгкий выбор — либо спасать пилота, либо продлить собственную жизнь. На раздумье ушли доли секунды. Алексей сдвинул ствол и сбил механизм с кабины. Отдача откинула Алексея назад и, как следствие, спасла от неминуемой смерти. Он выстрелил ещё раз, взрыв отбросил машущий конечностями механизм в сторону.

Винтовка вздрогнула, поменяв вид боеприпаса. Тяжёлого оружия не осталось. Алексей с надеждой оглядел шлюз, и сердце его упало. Машины получили повреждения, но продолжали функционировать. Они медленно подбирались к кабине. Рискуя попасть под сокрушительный удар, Алексей выдернул лейтенанта из кресла.

Корабль тряхнуло. Упрямо ползущие машины вновь откинуло в сторону, а Алексея и Эльмиру оторвало от спасительной стены. Следующий удар сотряс корабль до основания. Освещение погасло, погрузив шлюз в кромешную тьму. Потянулись минуты. Когда внутренняя переборка раскалилась и осыпалась вниз, а в образовавшийся проем протиснулась громоздкая фигура пехотинца, Алексей не поверил своим глазам. Мощный луч, обшарив пространство шлюза, упёрся в неподвижно висящих пленников.

— Центр, здесь Бровски. Мы их нашли.

В шлюз вломились ещё несколько массивных фигур и, подтолкнув пленников к разрушенной переборке, занялись барахтающимися неподалёку машинами.

— Контейнер цел?

Вопрос адресовался Алексею. Получив утвердительный ответ, пехотинец облегчённо выдохнул.

Отсеки корабля носили следы ожесточённого боя. Разгромленные переборки, искромсанные остовы машин. Встречались изуродованные тела пехотинцев и хозяев корабля.

Поддерживая Эльмиру, Алексей устало брёл в окружении закованных в скафандры пехотинцев. Командир взвода, не остыв от жаркой схватки, сбивчиво делился впечатлениями:

— Хорошо, что засекли маяк. Они вас прихватили и рванули к станции. Достали в последний момент. Затем абордаж — и вот.

Он сделал жест, как бы призывая их стать свидетелями царившего кругом разгрома.

— Дерутся, гады, отчаянно, — то ли поругал, то ли похвалил он противника. — Чтобы к вам пробиться, пришлось в нескольких отсеках кислород выпустить.

Алексей, вполуха слушавший рассказ пехотинца, прибавил шагу, едва завидев лаз переходного тамбура. Абордажный челнок встретил его ярким светом и привычной для глаз обстановкой. Упав в кресло, Алексей отстегнул шлем и мгновенно уснул.

Бой стих. Из четырёхсот кораблей, пришедших на выручку застрявшей станции, уцелели тридцать. Эти тридцать, прорвавшись сквозь республиканские заслоны, укрылись за её силовым барьером.

Добив остатки истребительных звеньев противника, люди приступили к спасательной операции. Команды спасателей обшарили остовы кораблей. Спасти удалось немногих. По первым подсчётам, потери Новой Республики составили немногим более пятисот тысяч человек.

Параллельно шла обкатка штурмовых групп. Они высаживались исключительно на разбитые суда неприятеля. Людям досталась масса витавшего в пространстве хлама и один боевой корабль, успешно взятый на абордаж. Живых пленных взять не удалось, уцелевшие чужаки к концу боя все как один добровольно расстались с жизнью. Это повторялось во всех стычках и уже никого не удивляло.

Несмотря на внушительные потери, люди поздравляли друг друга с победой.

— Господа офицеры.

Настойчивый голос разметал вату тяжёлого забытья. Зелёная обивка абордажного челнока быстро заставила вспомнить о последних событиях.

— Господа офицеры, просыпайтесь, прибыли.

Первое, что увидел Алексей, окончательно проснувшись, был внимательный взгляд боевой подруги, сидящей напротив. Встретившись с ним взглядом, она поспешно опустила глаза.

«С чего это вдруг?» — задумался было он, но ход мыслей прервало настойчивое покашливание.

— Вас ждут. — Молодой боец в форме космического пехотинца смотрел на спутницу Алексея с нескрываемым обожанием. — Ведь вы Эльмира Марис?

Дождавшись утвердительного ответа, пехотинец расплылся в улыбке:

— Много о вас слышал, господин лейтенант. Для меня великая честь первым приветствовать вас на борту нашего корабля.

Девушка улыбнулась, поблагодарила пехотинца. Было видно, что подобная реакция мужчин ей привычна, и теперь Алексей знал, что уважение и почтение Эльмира заслужила отнюдь не красивыми глазами.