Чтение онлайн

Одышка сбила голос. Ловя ртом воздух, Алексей никак не мог отдышаться. Сердце, стремясь выскочить наружу, билось в груди тяжёлым молотом. Уперевшись ладонями в дрожащие от усталости колени, Алексей позволил себе немного отдышаться. Крупные капли пота, срываясь с кончика носа, барабанили о внутреннюю поверхность лицевого щитка скафандра.

— Ну ты и кретин, — удалось наконец выдавить Алексею.

— Кретин тот, кто произвёл тебя на свет, — отозвался наушник хриплым задыхающимся голосом. — Хотел бы я посмотреть на существо, которое тебя родило.

Это был перебор. Алексей подскочил к человеку, стоящему к нему спиной, и с силой ударил прикладом в затылок. Тот завалился вперёд.

Глядя на копошащегося под ногами командира группы, Алексей пожалел, что они так и не успели снять скафандры. Скафандр повышенной защиты — вещь крепкая, прикладом не пробьёшь. Так, просто пощечина.

Сулайх вскочил и вскинул автомат, сыпля ругательствами. Взбешённый Алексей ответил тем же. Два человека зло уставились друг на друга сквозь прицелы, спроецированные на щитки.

— Что, гоблин? — видя нерешительность Сулайха, всё больше распалял себя Алексей. — Страшно? Здесь тебе, сука, не тренажёр, здесь всё по-настоящему. Поэтому или стреляй, или заткни свою пасть.

— Сначала я заткну пасть тебе.

— Заткнитесь оба и помогите, — прохрипел наушник голосом Алекса. — Если вы ещё не заметили, то для выяснения отношений место не совсем подходящее. Оторвитесь друг от друга и помогите запитать передатчик.

Слова Алекса остались без внимания.

— Я тебе, барану, говорил, — опустив вслед за Сулайхом автомат, продолжал Алексей, — надо было спускаться по северному склону — но нет, наши слова тебе не указ.

— А кто ты такой, чтоб твои слова были мне указом? — Сулайх не говорил, он в бешенстве шипел. — Я командир группы, я отдаю приказы, а ты эти приказы молча выполняешь.

— Да ты оглядись! — воскликнул Алексей и сделал недвусмысленный жест, призывая командира воспользоваться советом.

Кругом громыхал ад. В быстро сгущающихся сумерках склон горы, залитый кроваво-красным, выглядел неестественно жутко. Раскалённые потоки лавы, пожирая всё новые участки заросшего кустарником склона, медленно тянулись к подножию. Разбуженный вулкан, грозно рокоча, выдавливал из недр планеты реки расплавленной породы.

Площадка, до которой они кое-как добежали, находилась у подножия. Раскаленные потоки отрезали группу на небольшом пятачке, который медленно и неотвратимо сокращался в размерах.

Система охлаждения скафандра натужно гудела, но уже не справлялась с нарастающим жаром. Тело вспотело и дико чесалось, хотелось скинуть скафандр и содрать с себя кожу.

Бесило всё. И причины, и следствия, и Алекс, и судьба, и отказавшийся работать передатчик. А тем более чёртов Сулайх, который, не выдержав бешеного взгляда, опустил глаза и наконец-то понял, что перегибать не стоит.

Сулайх как-то сник, закинул автомат за спину и шагнул к сидящему около передатчика Алексу.

«Так-то лучше, — успокаиваясь, думал Алексей. Вместо злости пришла апатия и усталость. Алексей вдруг пожалел, что ссора не дошла до развязки. — Лежали бы себе тихонечко и никаких забот».

Вера в добродетель, поднявшая голову после разговора с добрячком генералом, померкла при встрече с офицерами разведки, курирующими предстоящую акцию. Два лейтенанта с приятными интеллигентными лицами, холодно глядя в глаза Алексею, доходчиво объяснили, что дедушка генерал, ввиду почтенного возраста и неприятия некоторых оборотов речи, не совсем точно изложил суть сделанного Алексею предложения. Они готовы восполнить пробелы и настоятельно рекомендуют внимательно их послушать.

Дальше Алексей выслушал длинный монолог, в ходе которого ему ясно дали понять, что в первую очередь на него смотрят как на человека постороннего. Поэтому ни руководить группой, ни тем более участвовать в планировании ему не придётся. Его используют в качестве пушечного мяса, а весь свой прошлый опыт и умения он может применять в свободное от выполнения приказов время.

В конце монолога Алексею намекнули, что их группа всего лишь ширма, и в случае неудачи истерик не будет.

Через несколько дней, встретив в учебном центре братьев по оружию, Алексей понял, что его не обманули. При встрече с Алексом первым порывом было желание вцепиться ему в глотку. Сдержался с трудом.

— Добро пожаловать на мой тонущий корабль, — кривя губы, произнёс он ехидным издевательским тоном.

— Нет, друг, добро пожаловать на мой, — выдохнул в ответ Алекс.

К удивлению, они быстро нашли общий язык. В перерывах между занятиями общались, точнее, один засыпал другого вопросами, а тот посвящал Алексея в устои Республики.

Антипатия кончилась в первый день знакомства, и Алексей увидел потенциального товарища в совершенно ином свете. Умный, не трус, подготовлен и предан делу. В дополнение ко всему Алекс оказался чемпионом мира по спокойствию. В этом Алексей убедился, встретившись с третьим членом группы, сержантом Сулайхом Костровым.

С первых же секунд знакомства Сулайх повёл себя грубо. Более склочного и упёртого человека Алексей ещё не встречал. За четыре совместно проведенных дня их словесные перепалки несколько раз едва не переросли в драку. Единственным местом, где они хоть как-то уживались, являлась секция нейроблока.

Ощущения были довольно странными. Членов группы обвешивали многочисленными датчиками и присосками, укладывали в подобие саркофага и усыпляли. После каждого сеанса Алексей находил в голове что-то новое. На первых порах информация, записанная на кору мозга, сбивалась в шершавый ком, от которого с трудом приходилось отслаивать крупицы знаний. Научившись управлять процессом, Алексей быстро раскладывал всё по нужным полкам, принимая информацию как собственные знания. Сеансы мыслезаписи заканчивались часами головной боли, но Алексей, быстро поняв, что час в нейроблоке заменит месяцы занятий на тренажёре, стоически вынес шесть сеансов.