Чтение онлайн

Он чувствовал, что их было двое или трое, они прижимали его к стене и тяжело дышали.

— Что ты тут делаешь? — Голос был резкий, холодный, невыразительный.

Ноэль напрягся.

— Человек… — начал он.

— Какой человек? — спросил другой голос рядом с его левым ухом.

— На той стороне улицы, — смог наконец выдавить Ноэль. — Он сказал, чтобы я шел сюда за помощью. Он ранен.

— Какой человек?

— Я не знаю, кто он такой.

— Что здесь происходит? — спросил ещё один голос.

— Он послал тебя сюда? — спросил Ноэля первый, тот, с холодным голосом.

— Да. Он очень тяжело ранен.

— Кто ранен? — спросил новый голос.

— Не знаю. Чей сегодня день? — Снова первый, холодный.

— Ничей. Погодите, а разве не Канзаса?

— Сегодня он должен был установить контакт, — сказал тот, что был слева от Ноэля.

— Там?

— Где он? — спросил Ноэля человек с холодным голосом, грубо толкая его о стену.

— На той стороне улицы. На заброшенном складе. Второй этаж. Пятая дверь справа, когда подниметесь по лестнице. Я ехал мимо…

— Лучше пойти посмотреть, — сказал человек с холодным голосом, прерывая объяснения Ноэля. Потом, ещё раз ударив Ноэля о стену, он велел повторить, куда идти.

Отвечая, Ноэль слышал, как в темном коридоре собираются ещё люди. Теперь вокруг него было множество голосов, они тихо и торопливо переговаривались.

— Я ехал мимо по эстакаде, — снова попытался объяснить Ноэль. Чья-то рука опять перебила его, впечатывая в стену.

— Заткнись! — бросил мужчина справа.

— У кого есть браслеты? — спросил другой.

Ноэля схватили за плечи, повернули, кто-то сжал его руки вместе. Он почувствовал что-то холодное, услышал щелчок. На него надели наручники.

— Подождите минутку, — взмолился он. — Вы не понимаете. Я ничего не делал. Я просто ехал мимо и увидел, что происходит.

— Подержите его, пока мы не вернемся, — велел человек с холодным голосом. — Где врач?

— Уже на улице, — ответил кто-то. — Все на улице.

— Найдите Рыбака, — распорядился человек с холодным голосом. — И подержите этого.

— Давай, — поторопил кто-то. — Пошли.

— Но я ничего не делал, — запротестовал Ноэль. Стеклянная дверь захлопнулась, а его за руки потащили назад, потом толкнули в другую сторону с такой силой, что он чуть не упал. Пока он поднимался на ноги, в нескольких дюймах от него захлопнулась тяжелая дверь. Прямо перед собой он увидел маленькое зарешеченное окошко.

— Но я ничего не сделал. Я просто ехал мимо, увидел, что происходит, и попытался помочь.

— Ну да, конечно, — отозвался более старый безжизненный голос по ту сторону закрытого решеткой окошка. — Ты что, не слышал? Шоссе закрыли.

— Я был на велосипеде. Я ехал на велосипеде. Он сейчас на складе! — крикнул он, но услышал только звук удаляющихся шагов, а минуту спустя раздался другой звук: дверь закрылась. Он остался один.

Он медленно двинулся сквозь густую тьму. Похоже на камеру. Не очень большую. Сырую. Холодную. Господи! Вот вам, пожалуйста, замечательный кейс-стади [1] на тему нецелесообразности помощи попавшим в беду. Не удивительно, что никто никогда ни во что не вмешивается.

Он дрожал, и ему пришлось поерзать по стене, чтобы поднять капюшон свитера. Стало немного получше, но дыхание всё равно превращалось в пар. Его глаза уже приспособились к освещёнию; впрочем, смотреть было практически не на что: просто пустая камера с двумя металлическими полками по стенам, на которых едва может уместиться человек.

Это безумие, сказал он себе. Это ещё безумнее, чем увидеть, как кого-то закалывают у тебя на глазах. Но они найдут раненого, вернутся и отпустят его. Поймут, что он пытался помочь, и тогда отпустят.

Прошло, кажется, бесконечно много времени, прежде чем он услышал какой-то шум в коридоре. Они возвращались. Хорошо. Сейчас его выпустят. Очень хорошо. Он чуть не оледенел в этой камере.

Дверь с лязгом распахнулась, и вошли несколько мужчин.

— Он в порядке? — спросил Ноэль.

— Ага, как огурчик, — ответил человек с холодным голосом, и Ноэль почувствовал, как его отрывают от пола и швыряют о стену.

Его, потрясенного, прижали к стене и стали бить. Вопросы сыпались так быстро, что ему едва хватало дыхания для ответа.

— Кто был с тобой? — спросил холодный голос.

— Никого. Я был один.

Его ударили кулаком в живот.

— Кто был с тобой?

— Я ехал мимо на велосипеде. Я был один.

— Дай я его спрошу, — предложил кто-то, пробиваясь вперед. — Я был во Вьетнаме. У нас были свои методы.

Одной рукой он отвел голову Ноэля назад, к стене, глаза блестели совсем близко.

— Так, сейчас я буду задавать тебе вопросы, и за каждый неправильный ответ ты будешь получать головой о стену. Слышал?

— Пожалуйста, нет. Я был один. Я пытался помочь ему, — взмолился Ноэль. — Я ехал мимо и увидел, как они напали на него…

— Откуда ты узнал, кто он такой?

— Я не знал. Я не знаю.

— Эй, — вмешался кто-то ещё, — дайте мне спросить. Я из него все вытяну.

Ноэль почувствовал ещё один сильный удар — по ребрам.

— Дайте мне, — сказал новый голос. Его снова ударили, на это раз ниже.

Они окружали его, пихая и пытаясь ударить, они менялись местами, стараясь добраться до него. Они убьют его. Убьют его в этой ледяной камере.