Чтение онлайн

— Нет никакого дела. Наверное, я просто устал.

И не могу справиться с напряжением от того, что не знаю, кого ищу, хотел добавить Ноэль. «Я просто подумал, что даром трачу ваше время». Но Лумис уже сменил тему:

— Как у вас дела с Вегой?

— По-прежнему.

— Это значит лучше или хуже?

— Сегодня было немного хуже, чем обычно.

— Хотите это обсудить? У меня есть время.

Да, Ноэль хотел это обсудить. В баре они с Вегой едва общаются. Он его вообще почти не видит. Вега никогда ему ничего не объясняет, не делает никаких намеков, не подкидывает идей, даже предупреждений. Наверное, ему и не нужна уже никакая информация. Господи, да люди теперь к нему с вопросами обращаются. Он знает больше, чем многие другие. Он чувствует себя комфортно со всеми, кроме Веги. Чаффи стал вроде старшего брата, дающего ценные советы, даже если в своих оценках он и ошибается. Боб Зелтцер — как младший брат, который вечно гоняется за юбками; только Боб гоняется за мужиками. Даже с Максом несложно найти общий язык — находите же вы общий язык с большой собакой, относительно разумной и в потенциале — смертельно опасной. Они принимали Ноэля, а он, в свою очередь, принимал их. И благодаря этому, его принимали и все остальные, кто приходил в бар. Все, кроме Бадди Веги.

— Я не хочу его судить, — сказал Ноэль, дав излиться всему длинному списку своих жалоб, — но я ничего не могу с этим поделать. Ему же не обязательно… ну, понимаете, делать это со столькими парнями.

— Это вас смущает? — спросил Лумис. — Потому что он женат?

Временами Ноэлю начинало казаться, что он говорит с психоаналитиком.

— Это нервирует. Но я не могу понять, почему.

— Не беспокойтесь об этом. Держитесь от него подальше. Он вам больше не нужен. Вы там уже вполне устроились. Теперь просто держитесь крепче.

— Вполне устроился, — повторил Ноэль.

— Позвоните завтра, — сказал Лумис. — Знаете что, погуляйте там немного. Завтра ведь вы не работаете. Сходите в другие бары. Выпейте. Завяжите какие-нибудь знакомства.

Ноэль уловил смысл.

— Хорошо.

«Вполне устроился», — подумал Ноэль, опуская трубку на рычаг. У него есть внушительная медицинская страховка, но жизнь его не страхуют. И ни единого намека, кто такой мистер Икс.

Черт! Это вполне может быть Бадди Вега.

Дела в среду вечером шли вяло, и Ноэль уже начинал чувствовать себя персонажем какой-нибудь пьесы Юджина О’Нила, который выслушивает людские горести и дает скороспелые советы из-за барной стойки, когда вошли Бадди Вега и Мигель.

— Ты все ещё на меня злишься? — спросил Бадди, когда Мигель отошел к бильярдному столу в соседнем зале. — У соседа Мигеля гости. Нам некуда было больше пойти.

Ноэль ответил, что ему все равно.

— Отлично! — сказал Вега. — В любом случае, это не твоё дело.

Он выдержал паузу, прежде чем продолжить:

— Ты идешь завтра в «Витрину»? Будет большая вечеринка.

— Не думаю.

— Лучше бы тебе пойти. Мне птичка напела, что твой парень, мистер Икс, будет на этой вечеринке.

— Как и весь остальной город, судя по тем разговорам, что я слышу, — парировал Ноэль. — Какие у меня шансы наткнуться на него в такой толпе?

— А ещё мне птичка напела, что мистер Икс о тебе слышал.

Это заставило Ноэля замереть на секунду. Не обращая внимания на мурашки, бегущие по спине, он ответил:

— От кого? От тебя?

— Просто сходи туда, о’кей? Можешь воспользоваться «петлей». Он тебе скажет тоже самое.

— Я воспользуюсь «петлей», — сказал Ноэль, давая понять, что указания Веги он исполнять не собирается, какими бы обоснованными они ни были.

Бадди заявил, что говорит серьёзно, бросил на Ноэля мрачный взгляд и присоединился к Мигелю за бильярдным столом. Там они провели ещё полчаса, а потом покинули «Хватку», обнимая друг друга за плечи. Все ещё продолжая злиться, Ноэль проводил их взглядом.

Во время своего перерыва он выскользнул из бара и прошелся пару кварталов до телефона-автомата, откуда набрал номер «петли». Через некоторое время он добрался до Лумиса. Рыбак сказал, что одобряет эту идею и Ноэлю стоит сходить на дискотеку, хотя шансы установить контакт с мистером Икс — не в его пользу. Это почему-то разозлило Ноэля ещё больше.

Он только-только вернулся в бар, когда два парня-латиноса устроили ссору. Прежде чем до них успел добраться Макс, тот, что был крупнее, уже вышвырнул своего приятеля за дверь и расквасил ему нос. Во мгновение ока они уже выясняли отношения при помощи кулаков.

Все высыпали из бара или прилипли к окнам. Когда Максу и ещё двум парням, наконец, удалось разнять дерущихся, кровь и синяки покрывали обоих. Даже со скрученными руками каждый желал оставить за собой последнее слово — выкрикивал оскорбления и пытался дотянуться до своего противника.

— Maricon! [20] — вдруг выкрикнул тот, который поменьше, выплевывая слово со сгустком слюны.

Второй вырвался из сдерживающих его рук и бросился на своего дружка, целя ему головой в живот. Снова их смогли растащить только через несколько минут: одного отвели к машине, второго — обратно в бар, чтобы он мог умыться.

— Maricon! — прокричал маленький снаружи, проезжая мимо «Хватки» на чьём-то «форде» и потрясая в воздухе сжатой в кулак рукой с отставленным средним пальцем.

Его любовник был в это время в баре. Он прислонился к стене и начал тихо плакать, пряча лицо; его плечи вздрагивали. Внезапно он обернулся — его лицо искажали гнев и ненависть.

— Я из этого урода душу выну! — выкрикнул он, обводя бар бешеными глазами, и вылетел вон.

Происшествие занимало всех посетителей «Хватки» следующие полчаса. Ноэль был особенно возбужден. Эта драка вытащила на поверхность всю скрытую враждебность, которую он питал к Бадди Веге. С ужасом он осознал, сколько вреда они могут причинить друг другу.

Ему достаточно просто назвать Вегу «maricon»…

На следующий вечер, часов около десяти, Ноэль был занят просматриванием своего перечня подобранных в «Хватке» новых слов. Он так увлекся этим занятием, что, когда зазвонивший телефон издал два звонка, он едва успел спохватиться и не снять трубку. Как и следовало ожидать, третьего звонка не последовало. Ноэль ждал. Телефон прозвонил ещё дважды и неожиданно смолк. Разве это не сигнал Рыбака? Он подождал ещё, но телефон больше не звонил, и Ноэль вернулся к работе.