Предъява
Шрифт:
Николай Викторович побледнел, задрожал губами. Голова Хранителя как-то сразу опустела. По сердцу расползся противный липкий страх. Руки повисли плетьми. Ноги ослабели, сделались ватными, чужими. Внимательно наблюдавший за ним Андрей презрительно фыркнул.
– Эй, эй, погодите! Хватит вам! – закричал не на шутку встревоженный пахан. – Стоило из-за швали вроде Хромого склоку устраивать?! Собаке собачья смерть!!! А ты, Андрей, между прочим, зря разнервничался! Тебе же известно, КАК те сволочи растерзали нашего парня! Потому Коля и... – под тяжелым взглядом Никонова Ярошевич внезапно осекся.
– Если человек начинает вести себя как животное, то он сам становится животным, – четко, раздельно произнес майор. – Я достаточно ясно выразился?
Горыныч неохотно кивнул.
– Хорошо, – спецназовец сунул пистолет за пояс брюк. – Надеюсь, вопрос исчерпан!
– Да, да, разумеется, – хмуро подтвердил Константин Павлович.
Горыныч предпочел отмолчаться...
2
«Чует кошка, чье мясо съела».
Примерно в это же время. Москва. Квартира Сугробова
– Сваливаем, ребята! Сию же секунду! – объявил Полянскому с Глухаревым Игорь Владимирович. – Отсидимся с месяцок в укромном местечке, а дальше решим по обстановке!
Вадим и Эдуард, полчаса назад вернувшиеся из очередного безуспешного рейда за бесследно исчезнувшим Батраковым, тупо воззрились на шефа. (После напряженной, бессонной ночи мозги у подельников работали неважно.)
– А Агрегат? – хрипло спросил экс-омоновец. – Вы же сами велели – «Обязательно зачистить концы», а он, падла, будто в воду канул! Все указанные вами «малины» обшарили, у дома караулили-караулили...
– Заткнись, болван! – гаркнул бывший начальник ОВД. – К лешему твоего Агрегата! Он уже не имеет значения. Раскрыли нас!!! Понятно, олухи?!!
– Но как же, как?! – потерянно залепетал мигом «спавший с лица» Глухарев.
– Да черт его знает КАК! – тоскливо скуксился Сугробов. – Но раскрыли! Однозначно!!!
– Интуиция?! – с изрядной долей недоверия осведомился Полянский.
– В первую очередь она! – не обратив внимания на интонацию подручного, согласно кивнул Игорь Владимирович. – Шестое чувство меня ни разу не подводило! Опасность я задницей чую, за версту! Однако имеются и факты. Весьма настораживающие! Допустим, Федя Яковенко уже несколько дней на связь не выходит. Это тебе ни о чем не говорит? И Хромой с тех самых пор не звонит, к телефону не подходит...
– Но почему тогда нас сразу не схватили?!! – упорствовал одуревший от недосыпа Эдуард.
– Трудно сказать с уверенностью, – вздохнул Сугробов. – Возможно, Федьку тяжело ранили при задержании и ждут, пока оклемается. Для задушевной «беседы» при посредстве раскаленного паяльника. Возможно, что-нибудь еще... Вы едете или нет?! – видимо, устав объяснять, взорвался он. – Коли нет – можете остаться здесь, подождать ребят Горыныча!!!
– Едем, едем!!! – поторопился заверить шефа экс-омоновец. – Вы извините, но от усталости котелок плохо варит. Вот я и не врубился поначалу!
– В таком случае хватайте деньги, собирайте оружие, потом грузимся в мою тачку и линяем в темпе вальса! Пошевеливайтесь, мать вашу!!!
Полянский с Глухаревым испуганными тараканами забегали по квартире...
Там же. Полтора часа спустя
– Не открывают. Похоже, никого нет дома! – десятый раз позвонив в обитую черной кожей дверь, растерянно глянул на Ярошевича Паша. – Будем ломать?
– Не суетись, босота! – Пахан вынул из кармана увесистую связку отмычек. – Учись работать аккуратно, по-тихому. Ну-ка, посторонись!
Молодой боевик послушно отошел в сторону.
Горыныч деловито заковырялся в хитроумном замке. Кроме них, на лестничной площадке находились Никонов и Трубецкой с оружием на изготовку. Гаврилов остался на улице в машине. «Для подстраховки», дескать. Из-за отсутствия времени никого больше к операции не привлекли. Малость остыв после перепалки с Гаврошем, Андрей предложил немедленно ехать к Сугробову.
– Нельзя терять ни секунды! Если они там – справимся собственными силами. Если нет – вообще нет смысла собирать кодлу, – сказал бандитам спецназовец. Горыныч (хоть по известным причинам порядком раздосадованный) мнение майора поддержал полностью...
– Готово! – через пять минут усердного труда удовлетворенно бормотнул Константин Павлович, промокнул носовым платком выступивший на лбу пот и осторожно толкнул дверь. Она бесшумно отворилась. Жестом отстранив остальных, Андрей первым проник вовнутрь. Недалеко от входа валялся на полу массивный золотой портсигар. Видимо, оброненный кем-то в спешке. «Удрали, – подумал спецназовец. – Причем ужасно торопились!» Не снимая пальца со спускового крючка, он быстро обследовал комнаты, проверил кухню, ванную, туалет, кладовку и окончательно убедился в правильности своего умозаключения. В квартире никого не было. Все вокруг носило на себе следы лихорадочного, панического бегства: беспорядочно разбросанные вещи, распахнутые дверцы шкафов, вывернутая на ковер пепельница; недопитое, разлившееся по столу кофе из опрокинутой чашки...
– Заходите, – вернувшись в прихожую, окликнул Никонов дожидавшихся на лестнице бандитов. – К сожалению, птички успели упорхнуть...
Сугробов (сегодня на удивление трезвый) на предельной скорости гнал «девятку» прочь от Москвы. Стрелка спидометра дрожала на цифре сто семьдесят. Глухарев с Полянским устроились на заднем сиденье. Оружие и похищенный общак покоились в багажнике. Пару раз Игорь Владимирович едва не вляпался в ДТП, [30] грубо нарушал правила дорожного движения, иногда чуть не слетал в кювет, [31] но тем не менее гибэдэдэшники к нему не цеплялись. Наверное, чувствовали родственную душу...
30
Дорожно-транспортное происшествие.
31
При такой скорости «девятка» становится неустойчивой, плохо управляемой, и ее, что называется, «заносит».
Конечной целью путешествия бывшего начальника ОВД являлась полузаброшенная, захудалая деревня Козловка, находящаяся приблизительно в ста километрах от столицы. Там Сугробов рассчитывал отсидеться в ветхой деревянной хибаре, доставшейся ему в наследство от покойных родителей. Конечно, у Игоря Владимировича имелась добротная, комфортабельная дача в ближнем Подмосковье, однако он прекрасно понимал – месторасположение дачи известно слишком многим и, соответственно, его разыщут в два счета. Что же касается деревенской лачуги, то о ее существовании не знал никто. (Так, по крайней мере, считал сам наследник...) Жестоко «изнасиловав» несчастную «девятку», честная компания добралась до пункта назначения в рекордно короткие сроки.