Чтение онлайн

Пока было время, напросился посмотреть на “гражданина Романова”, Быков отправил меня с делегатом от полка, несшего охрану дома. Хорошо хоть дом не Ипатьева, а Главного начальника уральских горных заводов — до изъятия частных строений дело еще не дошло.

Пока шли, любовался планировкой — никаких тебе кривых улочек и переулочков, все прямоугольное, прямо как в Америке, авеню вдоль, стриты поперек. Двухэтажное здание с мезонином и классическим портиком стояло прямо на берегу Исетского пруда, левую половину занимали помещения караула, там же работала и военная секция Совета. А в правую меня не пустили.

Поначалу уперся часовой, потом доктор Боткин, лейб-медик Николая. Сюда с экс-императором приехал не только личный врач, но и повар, горничные, камердинер, слуги…

— Категорически против. И я считаю своим долгом заявить, что решительно возражаю против постоянных и отвлекающих визитов разного рода комиссаров и делегатов. На пациента и так негативно воздействует соседство с военной секцией, а…

— Евгений Сергеевич, — взял я Боткина под локоть, — я инженер Скамов, возможно, вы знаете обо мне от вашего покойного брата или вашего коллеги, лейб-хирурга профессора Федорова…

Доктор осекся на полуслове, удивленно поднял брови и тут же сообразил:

— Вы автор расчетно-эвакуационной модели! Но помилуйте, что вы делаете здесь, в этом окружении?

— Я председатель Московского Совета.

— Вы же приличный чело… Простите, я не это хотел сказать. Я не понимаю, почему вы с… этими.

Вот так вот. Сословный снобизм, а ведь всего два поколения, как Боткины из посадских людей вышли…

— Вот именно потому, что приличный. И наш долг, извините за неуместный пафос, быть с народом. Но к делу, давайте вот как поступим. Мне нет нужды видеться с Николаем лично, достаточно посмотреть на него издалека и оценить режим содержания. Кстати, будет хорошо, если вы свои протесты и предложения подадите в письменном виде.

Боткин помолчал, кивнул и сделал приглашающий жест рукой. Внутри дома стояло еще два поста, причем я отметил, что никакой расхлябанности у солдат не было. Мой провожатый проверил их, перебросился двумя словами со старшим и ушел на половину Совета. Боткин же повел меня по лестницам к выходящему во двор окну мезонина.

Внизу, между каретным сараем и конюшней, заготваливали дрова. Пара солдат тягала туда-сюда визжащую двуручную пилу, третий стоял у составленных винтовок. Чуть поодаль моложавый седой дед колуном разваливал плашки на чурки, еще один солдатик складывал наколотое в поленицу. Я вопросительно глянул на лейб-медика, но он только мотнул подбородком в сторону седого.

Матерь божья…

— Да, во Пскове еще. Как известия получил, — сухо подтвердил доктор. — С тех пор отсутствует проявление эмоций, даже при контактах с дочерьми. Общение сведено к “да” и “нет”. Механической работой может заниматься, пока не остановят. Еще молится, тоже пока не остановят.

— А… прогноз? Возможно ли возвращение в… — я запнулся, подбирая слово.

— Состояние стабильное, ухудшений и улучшений нет. Прогноз… Не могу сказать, я не психиатр. Возможно, со временем придет в норму.

— Я слышал, что положительно может подействовать эмоциональная встряска.

— Как и отрицательно. Во всяком случае я, как лечаший врач, резко против подобных экспериментов.

— Да какие эксперименты, бог с вами… Как думаете, может перевести семейство куда-нибудь поближе к столицам? Например, в одну из усадеб вокруг Москвы?

— На природу? Пожалуй, это будет неплохо. Лес, рыбалка, простые радости…

— Евгений Сергеевич, бытовых жалоб нет? Питание, отопление, уборка? Нет? Тогда жду ваши предложения в письменном виде, телеграфом на мое имя. Совет я предупрежу.

***

В Екатеринбурге выборы прошли чинно-благородно, с явкой полков строем, с заводскими колоннами рабочих под красными флагами и транспарантами — до запрета агитации в день голосования никто еще не додумался. Собрали и подсчитали бюллетени, подписали протоколы да и наладили меня с охраной обратно.

Очень мы правильно продавили сроки выборов — как раз зашевелились окраины. Ладно там поляки с финнами, дашнаки или мусаватисты, они давно существуют, но началась движуха в Грузии, Бессарабии, Средней Азии и в казачьих областях, пока с разговорами об автономии. Но все эти национальные потуги дело такое — стоит лишь немножко упустить, как из автономии мгновенно вылупится самостийность и все, нету страны, растащили по норкам.

И англичане активизировались, очень нехорошие сигналы идут из Баку и Туркестана. Нефть и давнишний пунктик джентльменов насчет угрозы Индии, все неймется результаты Большой Игры пересмотреть, сделать между жемчужиной короны и Россией прокладку потолще.

А следом за англичанами — американцы. Стоило только им выбрать в президенты Вудро Вильсона, как он объявил войну Германии. Очень своевременно, как раз к дележу добычи поспеют. Но нам бы хорошо послать к ним десяток-другой человек поучиться — там же колоссальные процессы сейчас, введены государственное управление всеми железными дорогами, продовольственный и топливный контроль. И логистика, феерическая логистика. Перебросить через океан всего за несколько месяцев миллионную армию — это вам не хрен собачий. Вот только где сейчас учеников взять, наши все при деле, даже с учетом приехавших из Швеции и других стран.

В станционном буфете Рязани все было по-прежнему, не считая цен. Шустрили официанты, стояли пирамиды бутылок и горы пирожков, разве что публика стала малость подемократичнее — меньше золотого шитья и генеральских шинелей. Оттого на меня с сопровождающими никто особо внимания и не обратил, если не считать Шухова. Владимир Григорьевич тоже возвращался в Москву и с радостью примкнул к нашей компании.

— Откуда путь держите?

— С Волги, Миша, в Саратов и Царицын ездил, место под завод подбирал. Рябушинские вознамерились трактора производить.

Ого, вот это здорово. А что — двигательный завод АМО есть, дизель какой освоить можно. На сам трактор купить лицензию у тех же американцев, чтобы с разработкой не возиться. А что меня не позвали — так зачем я в таком деле? Подходящих патентов у меня нет, разве что волшебное слово “болиндер” знаю, но их и так в Россию поставляют.

— А почему там? Трактора сейчас в армии нужны, пушки тягать, нет бы в Москве или Киеве, поближе к фронту…

— Так война не вечна, когда-то и пахать надо будет. А спрос на такую технику — как раз в южных губерниях. Я вот больше к Саратову склоняюсь. По Волге — нефтепродукты из Баку, по железной дороге — сталь и уголь. Мост опять же…