Предательство
Шрифт:
Саксен похлопал его по спине.
— Я думал, что моя новость сегодня будет самой удивительной. Но вы с Элиссой меня перещеголяли.
Его улыбка была радостной и лукавой. Тор улыбнулся в ответ.
Пришло время праздновать.
Соррель устала. Праздник затянулся допоздна, но старушка не могла винить своих друзей за то, что они не хотят упускать случая повеселиться вволю. Во имя Света! Сколько каждому из них пришлось пережить, чтобы оказаться здесь и насладиться неомраченной радостью! Увы, она старалась казаться весёлой, но разделить эту радость не могла.
Элисса понесла.
Что скажут на это Старейшины Академии?! Соррель содрогнулась. Но через миг поняла: Академия вместе со всей их прежней жизнью осталась далеко в прошлом.
Конечно, надо рассказать Меркуду. Последнее, о чём он слышал — это о побеге и о том, что им удалось укрыться в Великом Лесу. Но и только.
Все уже спали. Сердце Лесов погрузилось в тишину. Но Соррель знала, что не разбудит Меркуда. И в самом деле, он откликнулся мгновенно.
«Какие новости, любовь моя? Мне тебя так не хватало».
Соррель почувствовала, как на душе теплеет.
«Со времени нашего последнего разговора произошло столько всего удивительного. Саксен чудесным образом исцелился. Исцелился полностью, Меркуд!»
«Его исцелил Тор?»
«Нет. В первую ночь, когда мы оказались в лесу, клук куда-то исчез. Откровенно говоря, я в это время спала. Саксен утверждает, что к нему пришла огромная серебристая волчица и отвела его в некое место, где и произошло чудесное исцеление. Больше я ничего не знаю».
«А ты видела эту волчицу?»
«Конечно. Первый раз — только мельком, когда мы вошли в Лес. Поэтому я не усомнилась в его словах. Но по-настоящему с Солианой я познакомилась только сегодня вечером».
«Солиана!» — она услышала, как Меркуд смеётся. Последнее время такое случалось редко.
«Что тебя так развеселило, любовь моя?»
«Просто радуюсь добрым вестям, Соррель. Вот и все».
«Ну, тогда я тебя ещё обрадую. Если в двух словах… Тор с Элиссой поженились»
«Да неужели?»
«Я при этом не присутствовала, но тем не менее. Доказательство тому — травяное колечко на пальце у Элиссы».
«Хочешь сказать, по Великому Лесу толпами гуляют жрецы? — раздражённо проворчал Меркуд. — И обручают всех желающих?»
Соррель хотела ответить ему колкостью, но вовремя одёрнула себя.
«Нет, конечно, — терпеливо ответила она. — Только одна жрица, праведная отшельница. Солиана про неё знает».
«Только не говори, что её зовут Арабелла! Ведь это так!»
«Так оно и есть, — Соррель знала Меркуда давно — слишком давно, но не могла припомнить, чтобы он когда-нибудь был настолько взволнован. — Я слышала, как они называли её Арабеллой».
Меркуд молчал, но она чувствовала, что связь не прервалась, и терпеливо ждала — пока не услышала, как тот вздохнул.
«Спасибо, любовь моя. Ты принесла мне поистине счастливую весть. Я уверен, Нанак тоже будет очень рад».
Соррель не знала, кто такой Нанак, но решила не уточнять.
«Это ещё не все, Меркуд. Надеюсь, ты сидишь?»
Снова вздох, но на этот раз недовольный.
«Тор и Элисса утверждают, что эта отшельница обняла Элиссу и вдруг заволновалась и попросила разрешения её осмотреть. Разумеется, девочка не возражала. Так вот: по мнению этой Арабеллы, Элисса беременна».
«Вот оно… — прошептал Меркуд, а потом его восторженный возглас наполнил голову Соррели: — Вот оно!»
«Что, что, Меркуд? Объясни мне».
«Триединство, женщина! То, чего мы искали. Тор, Элисса и ребёнок. Трое. Они едины. Как я раньше не догадался? Это же очевидно!»
В следующий миг Соррели показалось, что на неё обрушился многоголосый бормочущий поток. Меркуд забыл прервать связь. Он что-то взвешивал, обдумывал, проверял… и все эти мысли звучали у неё в голове одновременно. Оставалось лишь снова набраться терпения и ждать, пока он немного успокоится.
«Чего ты хочешь от меня?» — спросила она, почувствовав, что старик слышит её.
«Что говорят дети?»
«Они хотят какое-то время пожить в Сердце Лесов. Во всяком случае, так считает Тор. Отсидеться в убежище — по крайней мере, до рождения ребёнка. После этого… кто знает».
«Тогда просто оставайся рядом. Следуй за ними. Я уже говорил: пока мы ещё можем влиять на ход событий. Возможно, когда ребёнок родится, наша задача будет выполнена, любовь моя. И мы наконец-то сможем завершить свой путь».
Странно, но Соррель почему-то обрадовалась. Она устала от бесконечных поисков.
Глава 24
Рождение
Со дня свадьбы прошло восемь месяцев.
О такой жизни можно было лишь мечтать. Беглецам довелось пережить многое — каждому своё. Ныне тишина, дарованная Лесом, и его безграничная щедрость вызывали смущение, граничащее с благоговейным трепетом. Но никто не хотел иной жизни — и прежде всего новобрачные.
Тор с Элиссой поселились в шалаше, который выстроили из ветвей и сучьев, сброшенных Лесом. Их жизнь была простой и беззаботной. Что же до Соррели, то она, похоже, жила как прежде, и её видели редко. Она бродила по лесу, собирала травы и наслаждалась этим. Непохоже, чтобы её что-то беспокоило. Саксен тоже соорудил себе шалаш, получив от Леса всё необходимое, и все дни напролёт осматривал окрестности.
Казалось, время остановилось. Один день был похож на другой, и лишь округляющийся живот Элиесы напоминал о том, что жизнь идёт своим чередом. Ребёнок рос. Элисса расцветала, роды обещали быть лёгкими.
Арабелла часто навещала новобрачных. Она подружилась с Саксеном и Клутом, и эта дружба крепла. Странно, но трос Паладинов словно никогда не знали друг друга. Порой то у одного, то у другого из тёмных глубин памяти всплывала смутная мысль — и ускользала, не оставляя ничего, кроме досады. У Тора было на этот счёт своё мнение. Он считал, что в урочный час сила вернётся к ним, и всё, что нужно будет вспомнить, вспомнится. Остальным оставалось лишь согласиться и утешиться этим.