ПОТОК
Шрифт:
– Какого черта ты вытворяешь?! – воскликнул Шеф.
– Как вам уже известно, Сборщик, – произнес робот таким тоном, словно разговаривал с назойливым ребенком, – во время транспортировки об Индексе должен заботиться я.
Шокер-Судья-343 вильнул в сторону, нырнул вниз и снова возвратился на прежнее место.
– Ваша биологическая форма уязвима. Индекс не должен попасть в руки Потока. Мы должны добраться до рубки управления комплексом и активировать его. Поток распространяется! Нам надо торопиться!
Мастер-Шеф собрался уже ответить, когда увидел, как вокруг его тела смыкаются светящиеся круги, и понял, что его опять телепортируют и ему придется вновь справляться с головокружением.
«Оно что-то ищет», – понял Кейз. Воспоминания, сменявшие друг друга подобно слайдам, просеивались с какой-то определенной целью. Жужжащее присутствие в его голове чего-то хотело, но чего?
Он ухватился за эту мысль, затем навалился на стену сопротивления, возведенную вокруг его сознания «чужим». Капитан изо всех сил давил на нее, и она практически пала…
И тогда он понял: бегство. Чем бы ни была эта тварь, но она искала возможность убраться с кольца. Изнывая от голода, существо мечтало добраться до обильных пищей земель.
Очередное подобное колючей проволоке щупальце оплело сознание Кейза, выдернув на поверхность картины лунного города Иртрайз, но те моментально сменились образом скота, забиваемого на ферме. И тут другие щупальца нервно затрепетали, наткнувшись на воспоминания о Земле. «Где? – загрохотало в голове капитана. – Скажи!»
Давление нарастало, и сопротивление Кейза начало ослабевать. В отчаянии он вызвал из глубин еще один образ. Чуждое сознание ошеломленно застыло, наблюдая, как молодой капитан вместе с другом гоняет мячик по сочно-зеленому полю.
Голодный чужак ослабил давление, изучая это воспоминание.
Кейз ощутил укол раскаяния. Теперь он понял, что надо делать.
Капитан собрал вместе все, что знал о Земле,- расположение, свою способность найти ее, оборонительные системы – и постарался зарыть это так глубоко, как только мог.
Пришло гнетущее чувство потери. Воспоминание о футбольном поле было выдрано из сознания и стерлось навсегда. Но он быстро прикрылся следующим: вкусом любимого блюда. Так капитан и продолжал скармливать твари всю свою память – кусок за куском.
Из всех битв, в которых участвовал Кейз, эта была самой тяжелой и самой важной.
Мастер-Шеф материализовался на мосту, который, казалось, парил над черной бездной. Рубка управления. Офицер увидел изгибы копии Гало и глобус, зависший над центральной площадкой, а также терминал управления, возле которого в последний раз расстался с Кортаной. Была ли она все еще там?
Над его головой проплыл Шокер-Судья-343.
– Что-то не так?
– Нет, ничего.
– Тогда, если не возражаете, приступим?
Спартанец прошел по мосту. Панель управления была
длинной и выгибалась дугой. Здесь обрабатывались данные, поступающие ото всех невероятно сложных электронных и механических систем Гало, благодаря чему на терминале разыгрывалось бесконечное световое шоу, а его поверхность казалась мозаикой непрестанно изменяющихся иероглифов и значков.
Здесь, если знать, как прочесть эти символы, можно было получить сведения об аналогах пульса, дыхания и мозговой активности мира-кольца. Здесь содержались данные о скорости вращения, состоянии атмосферы, погоде, удивительно запутанной биосфере, обслуживающих все это механизмах и даже о тех существах, вокруг которых был выстроен мир, – о Потоке. Было несказанным удовольствием наблюдать за этим устройством… и еще приятнее было понимать.
Шокер-Судья-343 подплыл к панели управления и посмотрел на стоящего перед ней человека.
– Моя роль, – в голосе робота прозвучало что-то вроде высокомерия, – на данном этапе подошла к концу. Протокол не дозволяет системам моего класса осуществлять воссоединение Индекса и Ядра. – Контролер закружился в воздухе и замер возле спартанца. – Следующий шаг придется сделать вам, Сборщик.
– Почему ты так меня называешь? – спросил Шеф.
Но робот ответил молчанием.
Тогда спартанец пожал плечами, взял Индекс и посмотрел на панель перед собой. Там имелось несколько прорезей, одна из которых казалась подходящей по размеру и светилась тем же зеленым огнем, что и артефакт. Джон-117 вставил устройство в разъем, и Т-образный предмет идеально подошел к нему.
Панель управления вздрогнула, будто ужаленная, и дисплеи замерцали, реагируя на перегрузку. Послышался электронный стон. Шокер-Судья-343 слегка покачнулся в воздухе, глядя на то, что происходит с терминалом.
– Этого не должно было случиться, – прочирикал робот.
Неожиданно вспыхнул свет, и рядом с панелью возник, начав увеличиваться в размерах, голографический образ Кортаны. Увидев ее ярко-розовые зрачки и потоки данных, мчащиеся по телу ИИ, спартанец понял, что она в бешенстве.
– Да ну?! – воскликнула Кортана.
Она взмахнула рукой, и Контролер с металлическим звоном рухнул на площадку. Спартанец посмотрел на корабельный ИИ.
– Кортана…
– Я тут уже несколько часов наблюдаю за тем, как ты, холоп, помогаешь этой… – она стояла, уперев руки в бока, – хреновине перерезать нам всем глотки.
– Постой… – Шеф оглянулся на лежащего Контролера и вновь посмотрел на Кортану. – Он наш друг.
ИИ в притворном изумлении вскинул руку к губам.