Чтение онлайн

— Это мне? — спросил с сомнением сыщик.

— Вам, Ястребиный Глаз, — ответил Сноу.

Сыщик развернул пакет и издал удивленный вскрик, увидев его содержимое.

— Да… но… — сыщик покачал головой. — Ведь это не ваша работа? Это не по вашей части. Откуда оно?

— Это единственное, чего я вам не сообщу, — спокойно ответил Сноу, — но если вы желаете знать, то я вам объясню, как я их добыл. Я взломал дверь и нашел это в денежном сейфе одной конторы.

— Когда?

— Этой ночью.

Инспектор нажал кнопку электрического звонка, и в комнату вошел полисмен.

— Разослать по всем участкам извещение: в случае поступления сведений о взломе конторского помещения, жалобщика поставить под надзор.

Полисмен записал приказ и вышел.

— Я разослал это на тот случай, если вы не измените своего решения.

— Я вам этого не сообщу, — решительно сказал Сноу. — Во-первых, вам оно принесет мало пользы, если вы не знаете, где находится место изготовления денежных знаков. Во-вторых, у такой шайки имеется масса вспомогательных средств, и если вы захотите ее накрыть, то вам в руки попадет лишь хвост, а тело ускользнет…

— Я бы мог поставить их под надзор, — начал инспектор.

— Ха! — возразил Сноу, — надзор окажется безрезультатным! Они вмиг раскроют вашего агента, они узнают его по сапогам, по подбородку… Я знаю ваших людей и смог бы их распознать и в толпе! Нет, это не то…

— Дальше! Возьмите еще сигару, — подбодрил его инспектор.

— Нет, благодарю вас, — сказал Сноу серьезно. — Я прошу вас обратить весь ваш пытливый ум, весь ваш опыт на дело, которое касается, как вас, так и меня. Малейшая оплошность может все провалить…

Он помолчал минуту, встал и зашагал по комнате.

— В тюрьмах много говорят о шайке, которая распространяет фальшивые банкноты, и не только английские, но и иностранные, — начал он.

— Не в одних только тюрьмах, дорогой мой Сноу, — перебил его инспектор, — нам бы очень и очень хотелось взять эту шайку. — Он взял одну из пластинок. — Хорошо сработано, но без оттиска трудно судить…

— Предположим, — Сноу наклонился к инспектору и продолжал серьезным тоном, — предположим, что это дело рук именно этой шайки — предположим, что я могу напасть на их след…

— Ну?

— Вы бы приняли меня к себе?

Одно мгновение они смотрели друг на друга, потом складочки вокруг глаз инспектора задрожали и он разразился неистовым смехом.

— Инспектор, — сказал с упреком Сноу, — вы меня обижаете!

Этот протест не подействовал на инспектора, он продолжал смеяться так, что слезы потекли у него из глаз.

— Ах, черт возьми, ну и развеселили же вы меня! — Он встал, достал из стенного шкафа какие-то бумаги и положил их на стол.

— Ваши злодеяния, — сказал он. — Опись ваших преступлений!

Сноу ничего не ответил и только задумчиво почесал подбородок.

— По моему подсчету, — медленно продолжал инспектор, — вы за вашу короткую, но темную карьеру были осуждены в совокупности на восемьдесят лет тюремного заключения.

— Порядочно, — заметил Сноу.

— И вы хотите, чтобы я не смеялся, если после этого вы приходите ко мне, говорите, что хотите исправиться и поступить в отделение уголовной разведки! Но, серьезно, — продолжал он тише, — можете вы помочь нам в этом деле?..

Сноу утвердительно кивнул.

— Думаю, что да, — ответил он, — если я смогу пробыть еще неделю на свободе.

— Попробуйте, — улыбнулся Фельс.

— Попробую, — улыбнулся Сноу.

Лондон никогда не спит. Абсолютной тишины в нем никогда не бывает.

Далеко за полночь, когда уже давно умолк трудовой шум, раздается еще дребезжание трамваев и гудки автомобильных рожков. Затем на некоторое время наступает сравнительная тишина, но вскоре вдали раздаются пронзительные гудки паровозов и грохот вагонов маневрирующего состава товарного поезда где-то вдали на ранжировочной станции с ее световыми сигналами, стрелочниками, сцепщиками и т.д. Новый день начался. Зятем начинают громыхать рыночные повозки, направляющиеся в Ковент-Гарден, все больше и больше начинает катиться по улицам колес, шум все нарастает, на башне раздается глухой бой часов и пешеходы начинают стучать каблуками по тротуарам.

Метавшийся в постели Ламбэр все это слышал, даже больше, до него доносились звуки, происхождение которых нужно было искать в его воображении. Перед его дверью вдруг замирали чьи-то шаги, возбужденно перешептывались какие-то голоса… Ему чудилось бряцание цепей от стальных наручников… Временами он ненадолго впадал в дремоту, потом вдруг снова вскакивал с постели. Холодный пот выступал у него на всем теле, и он напряженно вслушивался в ночную тьму. Маленькие часы на камине мирно тикали: «десять лет, десять лет». Он не вытерпел, соскочил с кровати и, завернув часы в полотенце и халат, сунул их под диван, чтобы не слышать этого ужасного пророчества.

Всю ночь в его пылающей голове мелькали планы бегства, если таковое потребуется…

Если пластинки у Сноу, что он станет с ними делать? Трудно предположить, чтобы он их отнес в полицию. Скорее всего он ими воспользуется для шантажа. Если дело обстоит так, то не все потеряно. Уайтей в таком случае найдет выход, он отъявленный мерзавец без совести и жалости… Ламбэр ужаснулся… Нельзя же в самом деле думать об убийстве, — подумал он.

На днях он прочитал статью, в которой доказывалось, что лишь четыре процента всех убийц Лондона удалось поймать… Если на этот раз каким-нибудь чудом все сойдет благополучно, он начнет честную жизнь. Он откажется от маклерства, от типографии и займется исключительно алмазными россыпями. Если при учреждении общества и не все было законно, то это сойдет с рук, коль скоро дело будет доведено до благополучного конца… Другие ведь сумели нажить миллионы и тем самым заставили забыть о своих прежних темненьких Делишках…

На рассвете он впал в беспокойную дремоту, но стук в дверь заставил его вскочить с кровати. Его охватил безумный ужас и взгляд его невольно обратился к ночному столику, где лежал револьвер.

— Открой, Ламбэр, — раздался снаружи нетерпеливый голос Уайтея, и Ламбэр дрожащими руками открыл дверь.

В комнату, ворча, вошел Уайтей. По его виду нельзя было предположить, что он тоже провел бессонную ночь.

— Хорошо, что ты живешь в гостинице, а то я бы не достучался… Но что я вижу? На кого ты похож?! — выпалил Уайтей и неодобрительно покачал головой.