Чтение онлайн

— Юра, забирай, все нормально. Осмотр прошли.

Верзила построил нас и пересчитал по головам:

— Меня, ребятишки, Юрий Константинович зовут. Я физрук пионерлагеря. Надеюсь, вы хорошо будете себя вести?

— Ага… — пробубнили мы, и побрели вслед за мрачным физруком.

— А как у вас тут с культурно-массовыми мероприятиями? — попытался пошутить Яшка.

Юрий Константинович улыбнулся, растянув тонкие бледные губы, но ничего не сказал. Он привел нас к длинному кирпичному корпусу, с деревянной зеленой верандой-прихожей, и приказал занимать койки в комнатах. Девчонок физрук повел в другой корпус.

Комнаты оказались небольшие, всего на трех человек. Яшка, Андрей и я — заняли угловую комнату с номером восемь. Мне досталась кровать справа, возле стены. Я неторопливо раскладывал вещи из рюкзачка в тумбочку и шкафчик, не зная, куда положить пакет с оставшимися пирожками.

— Ребята, уже устроились?

Я обернулся и увидел симпатичную девушку с темно-русыми волосами до плеч, в коротких шортах и белоснежной футболке. Красный пионерский галстук прикрывал ее высокую упругую грудь, рвущуюся наружу, из обтягивающей футболки.

— Меня Лена зовут. Я пионервожатая вашего первого отряда. Пакеты с пирожками, колбасой и яйцами сдайте мне, а конфеты можете оставить.

Она быстро собрала пакеты с продуктами.

— Пока располагайтесь, отдыхайте, через сорок минут построение на ужин.

Когда пионервожатая вышла, Яшка мечтательно протянул, вытянув в трубочку толстые губы:

— Вот это соска, я бы даже на такой женился…

Не успели мы толком разложить вещи, как из соседнего крыла корпуса пришли трое незнакомых пацанов. Вперед вышел коренастый бритоголовый паренек, наморщив большой, породистый нос:

— Пацаны, вы тоже в первый отряд?

— Да… только сейчас приехали… — протянул Яшка.

— Меня Костей зовут. Я местный, из Зареченска. А это, — он кивнул на ребят, — Славик и Димон.

Мы пожали друг другу руки.

— Сегодня после ужина пойдем на футбольное поле. Я собираю лагерную сборную, посмотрю, что вы из себя представляете…

— А ты чего тут раскомандовался? — удивился Андрюха, — староста отряда что ли?

— Да нет… — пожал плечами деловой Костя, — я просто футбол люблю. А это уже ваше дело — будете вы участвовать в лагерной сборной или нет…

— А я пионербол больше уважаю, — честно признался я.

— Дурак ты. Футбол — это мировая игра. К тому же наши парни в сборной СССР скоро порвут всех на Чемпионате Мира. И знаете почему?

— Почему? — поинтересовался Яшка.

— Потому что игроки из капстран играют за деньги, а наши за Родину. За страну. Вот почему.

В коридоре послышались тяжелые шаги и в комнате появился невысокий плечистый мужичок с большими залысинами на голове. Белые шорты, футболка, и красный галстук на груди смотрелись на нем несколько карикатурно:

— Добрый вечер, ребята. Я Борис. Ваш второй пионервожатый. Смотрю, вы уже познакомились? Тогда дружно строимся на ужин…

Ужин мне совсем не понравился. Молочная рисовая каша, два кусочка темного хлеба и компот из сухофруктов. Этот рацион больше напомнил мне больничное меню. Когда мне было пять, я с отцом лежал в больнице, и кормили примерно так же.

— Этот наш пионервожатый странный какой-то… — пробурчал Андрюха, — видели, у него на руке татуировка «Алекс», а самого почему-то Борисом зовут.

Спозаранку над сосновым бором разливался звук пионерского горна.

— Мальчишки, подъем! — носилась по корпусу энергичная Лена, бросая подушками в ребят, не желавших вставать. — Быстренько выходим на утренний кросс!

Я бежал вслед за пионервожатой, наблюдая за ее округлыми ягодицами, обтянутыми в синие спортивное трико и мне хотелось так бежать еще и еще, хоть до самого обеда…

На лесной опушке мы сделали зарядку, и построившись, направились по грунтовой дороге обратно в лагерь.

После завтрака мы собрались на пятачке, возле Штаба. Пионервожатый Борис, с немного распухшим лицом, поинтересовался:

— Ребята, как наш отряд назовем?

— Может, «Орленок»? — предложила чернявая Аня, самая крупная девочка из нашего отряда.

— «Красногвардейцы»! — рявкнул Яшка.

Вожатый задумался, почесав подбородок:

— Так уже второй отряд назвали.

— Предлагаю «Соколы Ильича», — тихо сказал Андрюха.

Довольный Борис звонко хлопнул себя по коленке:

— Отлично! Вот так и назовем! А теперь давайте придумаем веселую речевку.

Вскоре весь пионерлагерь столпился у летней сцены клуба, где проходил конкурс на лучший пионерский девиз. Неожиданно для всех, наш отряд занял первое место, с бодрой речевкой:

Андрюха гордился, что сам сочинил эту речевку, а директор Валентин Петрович Загорулько лично пожал ему руку, и сказал, что Андрюху точно ждет блестящее будущее. После конкурса ребята разбрелись по территории лагеря. Я сел на скамейке, возле корпуса, полистать журнал «Костер». Вдруг сзади кто-то зарядил мне щелчком по уху. Я резко обернулся — и увидел футболиста Костю:

— Сокол, хорош зрение портить. Пойдем лучше где-нибудь подымим…

Мы зашли за угол столовой, и спрятались за бетонными кольцами.

— Вовка, ты скажи, у тебя баба-то дома есть? — Костя расслабленно выдохнув дым через ноздри.

Выбив щелчком пальца сигарету из пачки, я неторопливо закурил:

— Баба? Есть конечно…

Я вспомнил о Наташе Смирновой. Симпатичная, глазастая девочка с короткой светлой челкой, мне очень нравилась. Она жила в соседнем дворе и училась в параллельном классе. Пару раз я проводил ее домой, и даже пообещал взять Наташу в поход на плотах по Ахтубе. Она всегда смотрела на меня огромными голубыми глазищами, и смеялась, когда я что-то рассказывал. А я ведь, скотина такая, даже не попрощался с ней, когда уехал в пионерлагерь…