Чтение онлайн

– Джек Макмиллан? Нефтяной король?

Пол молча кивнул.

– Да ведь он самый богатый человек в Америке!

– Ну, я бы сказал, что он входит в первую десятку или около того. Надо думать, плата за колледж его не разорила.

– А он... Я хочу сказать, он потом не проталкивал тебя?

– По службе? – Пол постарался, чтобы его голос звучал спокойно. – Ты имеешь в виду протекцию?

– Я ни на что такое не намекаю.

– Торговать нашими отношениями мне не приходилось. «До недавнего времени по крайней мере». Макмиллан с лихвой расплатился со мной за поступок, в котором не было ничего особенного. Я попросил его позволить мне идти собственной дорогой. Мне не хотелось всю жизнь ходить у него в должниках.

– Твоя история куда интереснее моей. Я только встречала капитана Кенгуру [12] однажды.

– Знаешь, а ведь в твоем списке побед на одного человека больше, чем у меня.

– Я могу сравнивать с тобой только троих мужчин, но ты определенно попадаешь в верхнюю половину списка. – Шерри подняла простынку и заглянула внутрь. – Ну что, старый вояка, как насчет следующего тура вальса?

Пол отчаянно цеплялся за ускользающее сознание, а когда немного пришел в себя, то понял, что его накачали наркотиками. Мир вокруг плыл, а собственное тело словно одеревенело. Он различил фигуру человека, стоящего подле кровати. Лицо неизвестного скрывал темный капюшон.

– Ты кто? – прохрипел Пол.

– А ты как думаешь? – усмехнулся Флетчер и придвинулся.

– Мартин?

– Это одно из моих имен. Тот самый Мартин Флетчер, которого ты посадил, сфабриковав улики.

– Нет, я спас тебе жизнь. Ведь другие хотели...

– Ты взял себе в помощники Барнетта, Хилла и Торна Гри. Вы подложили деньги и наркотики между стеной и книжной полкой, пока меня не было. Как тати в ночи. А поскольку я оказался за решеткой, конторе потребовалось мое молчание. Вот так погибли мои жена и сын. А я выжил, чтобы стать добычей лютой боли, которая пожирает меня изнутри.

Пол чувствовал тепло Шерри, лежащей рядом.

– Такова правда. – Флетчер шагнул ближе. – Все твоих рук дело.

– Нет, – солгал Пол.

– Спроси у них. – Флетчер сдвинулся в сторону, и Пол увидел Барнетта и Хилла, стоявших в углу комнаты и ловивших каждое слово. – Повторите моему старому недругу то, что говорили мне.

– Это правда, сэр, – раздались голоса. – Вы убили нас.

Флетчер отошел от кровати и откинул капюшон. Лицо его показалось Полу знакомым... Ну, конечно же, это лицо отца. Таким Пол видел его в больнице в последний раз. Желтая пергаментная кожа. Только еще пятна плесени в придачу.

– Ты поступил бесчестно. И этим навлек беду на их головы. Вина на тебе. А уж я позабочусь отворить для тебя врата преисподней.

Душа Пола корчилась от немыслимой сжигающей боли, но даже в агонии он понимал, что этой пытке не будет конца.

Пол зашелся криком и проснулся. Открыв глаза, он увидел, что Шерри исчезла, а ее кровать находится теперь на вершине какой-то башни. Он сел и огляделся. Башня шириной едва ли превосходила кровать и вздымалась над землей футов на восемьсот – девятьсот. Это ветхое строение было сложено из древних кирпичей, едва схваченных раствором. Перепуганный насмерть, Пол смотрел, как башня покачивается на ветру, разваливаясь прямо на глазах. Он увидел другие башни, все разной высоты. Ближайшая – футов на тридцать пониже. Там, вцепившись друг в друга, стояли Лаура и дети. Башни то почти соприкасались, то снова расходились в стороны. Пол мог перепрыгнуть к ним, он знал это, но боялся окончательно доконать шаткие конструкции. Потом понял, что так и так обе башни вот-вот развалятся. Они покачивались, как кобры в корзине заклинателя змей, при каждом движении вниз сыпались кирпичи. В тот момент когда его башня, согнувшись под немыслимым углом, переломилась пополам, Пол прыгнул. Он успел уцепиться за край соседней площадки и тут же осознал: его близких здесь нет, они – на третьей башне, дальше отсюда. Первая башня беззвучно рассыпалась у него на глазах. Кирпичи достигли земли, и остатки сооружения поглотило облако пыли. Пол силился подтянуться, но край платформы скользил, уходя из-под пальцев. Лаура сама прыгнула к нему и ухватила Пола за руку. Потом вместе с Ребом и Эрин она втянула-таки его наверх. Едва он успел их обнять, как и эта башня накренилась и рухнула. Они с криками полетели вниз, к земле. Пол раскинул руки, пытаясь спланировать, но падение было слишком стремительным. Он попытался дотянуться до близких, но не смог. Каким-то шестым чувством он знал, что видит кошмарный сон.

Он подскочил на кровати и с криком: «Лаура! Лаура!.. Прости меня!» – вцепился в лежащую рядом женщину и тут же понял, что обнимает Шерри.

– Пол, что с тобой?

– Ничего, – ответил Пол. «Просто я умираю», – добавил он про себя.

– Ты звал Лауру.

– Мою жену. Бывшую.

– Я должна ревновать?

Пол медленно слез с кровати и непослушными руками натянул на себя брюки.

– Хочешь уйти? – спросила она. – Не уходи, пожалуйста.

Пол сел рядом и нежно поцеловал Шерри.

– Просто привык спать один. Да и работы у меня много.

– Не передумаешь? Я собиралась подать завтрак в постель. – Шерри взглянула на часы. – Тут же все сделаю. Уже светает.

– Могу я заглянуть к тебе как-нибудь еще? – спросил он, надевая рубашку.

– Конечно. Надеюсь, что по крайней мере еще на одну ночь нечеловеческого наслаждения меня хватит.

Рейд храпел. Лаура лежала без сна. Казалось, уже много часов она лежит с закрытыми глазами и пытается не обращать внимания на размеренное рычание у себя под боком. Она пихнула Рейда локтем и уперлась ему в плечо, пытаясь перекатить его со спины на бок. Обычно это срабатывало. Рейд храпел, когда ему случалось выпить, что бывало довольно редко, а также когда в воздухе скапливалось много пыльцы, а может, дело было в погоде или во влиянии местной флоры. Лауре не хотелось будить его, по крайней мере пока. Рейду скоро все равно перебираться к себе, чтобы их не застукали дети Они не делали тайны из своих отношений, и дети воспринимали их связь более или менее спокойно, однако приличия соблюдались. Лаура хотела спать, но неослабевающая в душе тревога нашла себе лазейку и прокралась в мысли, Теперь, как ни старайся, сон не придет.

Лаура и сама не знала, как вышло, что после отъезда Пола из Монтаны ее отношение к Рейду переменилось. Пропал огонек, хотя, возможно, когда этот кошмар кончится, все еще вернется на круги своя. Но как бы то ни было, впервые за время их связи Лаура испытывала неловкость от того, что они спят вместе. Она все чаще вспоминала Пола, собственно, почти постоянно. Иногда она ловила себя на мысли, что ей нестерпимо хочется оказаться с ним рядом. Неосуществимое желание. «Этот человек бросил нас, вычеркнул из своей жизни и сердца. А может, наоборот, мы покинули его в беде?»

Лаура пыталась вызвать в себе злость, но не могла. Вот уж не думала она, что Пол до сих пор ей небезразличен. Разве такое возможно?

Она встала с постели, оделась, не разбудив Рейда, и вышла из спальни в сопровождении Волка. Лаура прошла было мимо комнаты Реба, но заметила полоску света и вернулась, спохватившись, что у мальчика до сих пор работает телевизор. Реб часто засыпал с включенным экраном. Она вошла в комнату и, освоившись с неровным голубоватым мерцанием экрана, на котором мелькали кадры старого черно-белого вестерна, увидела сына. Реб примостился на подоконнике, прижав колени к груди, и смотрел в окно.

– Реб? Ты знаешь, который час? – Она подошла к сыну, но тот даже не шевельнулся. – Что с тобой?

– Не понимаю почему? – Губы мальчика дрожали. – За что он нас ненавидит? Ведь я тогда был просто маленький несмышленыш.

Лаура прижала ребенка к себе и посмотрела в окно на бамбуковую стену, где, словно неровный ряд черных нот, сидели спящие птицы.

– Твой отец вовсе не питает ненависти ни к тебе, ни ко мне, ни к Эрин. Наоборот, он очень любит тебя и твою сестру. Но папу мучит боль.