Полигон
Шрифт:
Роман покачал головой.
— Пацан совсем еще… Он этого дядю Геру чуть ли не за батьку считает, — сказал он, словно оправдываясь перед товарищами. И тоже встал, поправляя амуницию: — Пойду-ка и я с ним поздороваюсь.
— Дядя Гера!
Пожилой сталкер остановился, вглядываясь в лицо бегущего к нему парня, и сделал знак спутникам — мол, не бойтесь, это свои.
— О, малой, да это ты! — ладони сцепились в крепком рукопожатии. — Живой, чертяка!
Бен у дяди Геры и на шее бы повис, если бы надетые на них обоих «разгрузки» с набитыми карманами не мешали.
— А меня твой капитан тогда отправил от «Вымпела», говорит, вали от греха подальше; ну, я и рванул… Потом сколько раз про вас вспоминал — живы ли, нет ли? Вот и свиделись! А капитан-то твой где?
— Да жив он, все нормально, сейчас вон там сидит, — Бен оглянулся, указывая на заросли и развалины, и только тогда увидел Романа, тихо вышедшего на открытое место. — О, да вот же он, дядь Гера!
Роман издали приветственно помахал ладонью, но ближе подходить не стал.
А один из спутников дяди Геры, вглядевшись в Ромку, вдруг попятился назад и резко потянул проводника за рукав:
— Э, ты это… Гера, да ты знаешь, это кто?! — на его лице отразились одновременно удивление и испуг.
— Знакомец мой. Я его в мае в Зону вел. Вот, малого, и его тоже. А что? Сивый, чего это у тебя морда такая, как будто кровососа увидел?!
— Ничего… Ничего, Гер… — пошел на попятный Сивый, все еще боязливо косясь на Романа. — Я тебе потом расскажу…
В кустах тихо зашуршало и захрустело, и из-за Ромкиной спины выглянули Генка и Завхоз. Не утерпели, однако. Тоже решили подтянуться и посмотреть на встречу старых приятелей.
Сивого аж затрясло. Он уже силой оттащил дядю Геру на пару шагов назад, и зашептал ему что-то в самое ухо. Бен расслышал только «скорее отсюда!»
— Да ладно тебе, — примирительно сказал дядя Гера. — Нормальные ребята. Тех двоих, правда, я не знаю, но раз Ромка и малой с ними корешаться — значит, и те нормальные.
— Да вот как будто все ты знаешь! — огрызнулся Сивый. — Ты много чего еще не знаешь! Я тебе потом расскажу…
— Нет уж, ты сейчас говори! — дяде Гере, как говорится, шлея под хвост попала. — Чтоб сплетни за спиной не разводить!
— Ну, сам напросился! — в сердцах бросил Сивый. — Это ж та самая четверка!
— Какая это — «та самая»?
— Да та! Не слышал ни разу? Четверка сталкеров есть. Их самих ни пули, ни аномалии не берут, ни твари не трогают, зато где эта четверка появится — там вскоре заварушка начинается! Такая, что только ноги уноси! Одного кого-то из них встретить — уже недобрый знак. Если встретил — то в том районе точно что-то произойдет, а если уж все четверо вместе — то там вообще вскоре пекло начнется!
«Однако», — подумал Роман, весь этот разговор прекрасно слышавший. — «Народ-то нашу деятельность замечает и делает выводы… Надо Фоксу доложить. А то вдруг уже пора принимать какие-то меры в целях сохранения секретности…»
— Да, дядь Гер, — вдруг подтвердил слова Сивого Бен, — вы лучше идите-ка отсюда подальше. На Верхние болота, например. Там…
Он задумался, подбирая нужные слова, которые одновременно и позволили бы объяснить пожилому сталкеру суть дела, и не нарушили строгий запрет Хозяев на выдачу информации игрокам.
— Мы там еще долго не появимся, — наконец нашелся Бен.
«А что? Я ничего такого не сказал. Ведь уже есть сталкерская легенда, что где хоть один из четверки — там заварушка. Так что я ничего и не выдал.»
— И вообще, лучше уходите из Зоны, — серьезным тоном продолжил он. — Найдите какой-нибудь другой источник дохода, более безопасный.
— Да если было бы, — развел руками дядя Гера. И скомандовал спутникам — мол, идемте дальше.
— Погодите! — Бен поймал его за рукав. — Пару минут подождите, я вам сейчас одну штуку достану!
Неподалеку отсюда, так, что было видно с тропы, на кустарнике растянулись нити режущей, как бритва, «паутины», а в самой их гуще на земле лежал «бивень» — редкий и дорогой артефакт, действительно похожий на обломок бивня, только покрытый сверху зеленоватым мхом. Бен спокойно отодвинул рукой тенета «паутины» — трое сталкеров охнули, ожидая увидеть, как из искромсанной руки парня хлынет кровь, но этому странному типу аномалия не причинила никакого вреда. Бен вытащил «бивень», аккуратно обтер его, убирая остатки «паутины», и вручил дяде Гере:
— Вот, возьмите, на Янтаре за них хорошую цену дают.
— Спасибо, малой! Ты-то вообще как? Живой? Все нормально?
— Да в порядке, сами же видите! Ну все, все, дядь Гера, мы пошли!
Тройка и четверка после взаимных расшаркиваний отправились каждые своей дорогой. Игротехники — поджидать других подходящих кандидатур для запуска подготовленного сценария, а сталкеры двинулись прежним курсом.
По пути Сивый, все еще не успокоившийся, опять завел разговор:
— Гера, а ты знаешь, кто был тот парень постарше, который вслед за юнцом первым из кустов вышел?
— Ну? — дяде Гере было любопытно послушать другую версию, кем же на самом деле является капитан Роман Фадеев.
— Это ж Рома Шнурок!
— Ну, и что? И чем этот Рома знаменит?
— Да ты чего, правда не знаешь, что ли?! Во-первых, болтают, что он — Дух Зоны. Во-вторых, Шнурок — он же гроза всех кагэбэшников!
— Неужто мочит их всех? — недоверчиво спросил дядя Гера.
— Нет, но знаешь ли, вытворяет не хуже… Он если кого-то из Конторы в Зоне встретит, то сначала парализует взглядом… Чего смеешься?! Он умеет! Чес-слово, я сам видел! Я сам как-то раз одного типа вел, потом оказалось, что он агент из Конторы… Так вот, Рома взглядом парализует, потом достает вот такенный нож, и подходит, этак небрежно им поигрывает… А потом шнурки на обоих берцах — хрясь!